Электронные книги по юридическим наукам бесплатно.

Присоединяйтесь к нашей группе ВКонтакте.

 


 

 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
Юридический и специальный юридический факультеты

КОММЕРЧЕСКОЕ ПРАВО

Учебник
Под редакцией доктора юридических наук, профессора В.Ф. Попондопуло
доктора юридических наук, профессора В.Ф.Яковлевой
Издательство С.-Петербургского университета
1998
Часть I

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие
Глава I. Понятие и источники коммерческого права
§ 1. Понятие коммерческого права
§ 2. Источники коммерческого права
Глава II. Субъекты коммерческого права. Общие положения
§ 1. Понятие и виды предпринимателей
§ 2. Создание коммерческих организаций
§ 3. Реорганизация и ликвидация коммерческих организаций
§ 4. Несостоятельность (банкротство) предпринимателей
Глава III. Субъекты коммерческого права. Отдельные виды
§ 1. Индивидуальные предприниматели
§ 2. Полные и коммандитные товарищества
§ 3. Общества с ограниченной и дополнительной ответствен­ностью
§ 4. Акционерные общества
§ 5. Производственные кооперативы
§ 6. Государственные и муниципальные предприятия
§ 7. Некоммерческие организации, осуществляющие предпринимательскую деятельность
Глава IV. Объекты коммерческого права
§ 1. Объекты вещных прав предпринимателя
§ 2. Правовой режим вещей
§ 3. Правовой режим денег
§ 4. Правовой режим ценных бумаг
§ 5. Объекты интеллектуальной собственности предпри­нимателя
Глава V. Договор. Общие положения
§ 1. Понятие договора в сфере предпринимательства
§ 2. Заключение, изменение и расторжение договоров
§ 3. Исполнение обязательств
§ 4. Обеспечение исполнения обязательств
§ 5. Ответственность за нарушение обязательств
§ 6. Прекращение обязательств
Глава VI. Договоры о передаче имущества
§ 1. Купля-продажа. Мена. Рента
§ 2. Аренда
Глава VII. Договоры о выполнении работ
§ 1. Подряд
§ 2. Выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ
Глава VIII. Договоры по оказанию услуг
§ 1. Перевозка. Транспортная экспедиция
§ 2. Расчеты и кредитование
§ 3. Хранение
§ 4. Страхование
§ 5. Поручение
§ 6. Комиссия
§ 7. Агентирование
§ 8. Доверительное управление
§ 9. Коммерческая концессия
§ 10. Простое товарищество
Глава IX. Защита прав и интересов предпринимателей
§ 1. Общие положения
§ 2. Способы и механизм защиты прав и интересов предпринимателя
§ 3. Рассмотрение экономических споров арбитражными судами
§ 4. Защита прав предпринимателей в других судебных учреждениях
§ 5. Защита прав и интересов предпринимателя в отношениях в сфере управления; роль прокуратуры и нотариата в правовом обеспечении предпринимательской деятельности

УДК 347 ББК 6799(2)3 К 63

Коммерческое право. Учебник/А.Ю. Бушев, О.А. Городов, Н.С. Ковалевская и др. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой – СПб., Издательство С.-Петербургского университета, 1998 – 518 с.

ISBN 5-288-01963-0

В учебнике освещены особенности правового регулирования предпри­нимательской деятельности При его написании учтено новейшее законодательство по состоянию на 1 мая 1997 г. а также арбитражно-судебная практика и теоретические взгляды по основным проблемам коммерческого права.

Для студентов, аспирантов и преподаватели юридических вузов, а также для практических работников-юристов предпринимателей государственных служащих.

© А.Ю. Бушев, О.А. Городов, Н.С. Ковалевская и др., 1998
© Издательство СПбГУ, 1998
© Юридический и специальный юридический факультеты СПбГУ, 1998

Учебник подготовлен коллективом кафедры коммерческого права С.-Петербургского государственного университета в составе

А.Ю. Бушев,  – § 4 гл. IV (в соавторстве с П Ю Дробышевым),
О.А. Городов, канд. юрид. наук – § 9 гл VIII,
Н.С. Ковалевская, канд юрид наук, доц – § 4 гл V гл VII (в соавторстве с В.С. Шишкиной), § 1,3, 4, 5, 6, 7, 8 гл. VIII,
К.К. Лебедев, канд. юрид. наук, доц. – § 2 гл VIII, гл IX,
О.А. Макарова, канд. юрид. наук доц. – § 1, 2, 5 6 гл V, гл VI,
Д.В. Нефедов, канд. юрид. наук – гл III, § 10 гл VIII,
В.Ф. Попондопуло д-р. юрид. наук проф. – гл I, II,
В.С. Шишкина, канд. юрид. наук, доц. – § 1, 2, 3, 5, гл IV, гл VII (в соавторстве с Н.С. Ковалевской),
В.Ф. Яковлева, д-р. юрид. наук, проф. – § 3 гл V.

Рецензенты: д.ю.н., проф., зав кафедрой коммерческого права С.-Петербургской инженерно экономической академии Ю.М. Аристаков д.ю.н. проф., зав кафедрой хозяйственного права С.-Петербургского университета экономики и финансов А. К. Кравцов.

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящее издание является вторым, существенно переработанным и дополненным изданием учебника по коммерческому праву, увидевшего свет в 1993 г.

С тех пор произошли серьезные изменения как в экономике страны, так и в законодательстве, регулирующем экономические отношения. При­няты такие основополагающие акты, как Конституция Российской Федера­ции, Гражданский кодекс Российской Федерации в двух частях, ряд важ­нейших специальных законов, регламентирующих отношения в сфере предпринимательства. Все это дало основания к переизданию учебника по коммерческому праву.

Система изложения материала в данном учебнике, как и в его первом издании, построена по аналогии с системой изложения материала в учебниках по гражданскому праву Это объясняется концептуальным подходом авторов к пониманию коммерческого права как составной части гражданского (частного) права В то же время, поскольку предметом изучения в курсе ком­мерческого права являются особенности правового регулирования отноше­ний, складывающихся между предпринимателями или с их участием, авторы учебника стремились выявить и осветить главным образом эти особенности правового регулирования предпринимательских отношений.

В данное издание не вошли все темы курса коммерческого права, тради­ционно читаемого на юридическом факультете Санкт-Петербургского госу­дарственного университета с 1992 г. , поэтому его следует рассматривать лишь как первую часть учебника. В настоящее время коллектив кафедры работает над второй частью учебника коммерческого права, куда войдут темы, посвя­щенные вопросам правового регулирования отношений в отдельных сферах предпринимательства банковской, страховой, биржевой, инвестиционной, внешнеэкономической и др.

Необходимо отметить, что система курса коммерческого права, пред­лагаемая в учебнике, отличается от предусмотренной Государственным образовательным стандартом для учебных дисциплин «Коммерческое пра­во» и «Предпринимательское право». Кафедра коммерческого права, исходя из собственного пятилетнего опыта преподавания коммерческого права на юридическом и экономическом факультетах Санкт-Петербургского госу­дарственного университета, полагает, что целесообразнее объединить во­просы, подлежащие в соответствии с Государственным образовательным стандартом освещению в курсах коммерческого и предпринимательском права, поскольку они имеют общий предмет.

В. Ф. Попондопуло, д.ю.н., профессор, В. Ф. Яковлева, д.ю.н., профессор.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 3

Глава I. ПОНЯТИЕ И ИСТОЧНИКИ КОММЕРЧЕСКОГО ПРАВА

§ 1. Понятие коммерческого права

Предпринимательская деятельность и отношения, регулируемые коммерческим правом. Возрождение коммерческого права в России неразрывно связано с ее переходом к рыночной экономике. На ру­беже 80–90-х годов произошли глубокие изменения в правовом ре­гулировании экономической деятельности. Было легализовано предпринимательство. Отношения, являющиеся предметом гражданско-правового регулирования, возникающие между предприни­мателями[1] или с их участием, нуждались в особом правовом регули­ровании. Они и составили предмет регулирования коммерческого права. В настоящее время это нашло однозначное закрепление в п. 1 ст. 2 ГК:[2] «Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятель­ность, или с их участием...».

Следует обратить внимание, что законодатель в качестве ком­мерческих (предпринимательских) правоотношений называет два вида отношений: гражданско-правовые отношения, в которых на обеих сторонах участвуют предприниматели (например, ст. 310 ГК), и гражданско-правовые отношения, в которых предприниматель участвует только на одной стороне (например, ст. 401 ГК).

Иначе говоря, российская доктрина в определении того, что яв­ляется коммерческим правом, исходит не из объективного (реального) критерия выделения коммерческих отношений как предмета правового регулирования самостоятельной отрасли права, а из субъективного (личного) признака. Коммерческие отношения – это отношения, регулируемые гражданским правом, участниками которых являются специальные субъекты гражданского права – предприниматели (лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность). На предпринимателей и отношения с их участием в рамках гражданского права распространяется особый нормативно-правовой режим.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 4

Коммерческие отношения, являясь по сути гражданскими (частными) отношениями, характеризуются особенностями, опреде­ляемыми тем, что их участники занимаются предпринимательской деятельностью. Предпринимательской признается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систе­матическое получение прибыли от пользования имуществом, про­дажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, заре­гистрированными в качестве предпринимателей в установленном законом порядке (ст. 2 ГК).

Среди отмеченных признаков, содержащихся в легальном определении предпринимательской деятельности, необходимо раз­личать общие (родовые), присущие любой свободной (частной) дея­тельности, в том числе предпринимательской (это ее самостоятель­ный и рисковый характер), и специфические признаки предприни­мательской деятельности (это ее направленность на систематическое извлечение прибыли и необходимость государственной регистра­ции). Следует подчеркнуть, что признак государственной регистра­ции не является внутренне присущим самому понятию предприни­мательской деятельности, это юридический (формальный, внешний) признак, требование, предъявляемое к предпринимательству со сто­роны законодателя. Рассмотрим подробнее каждый из отмеченных признаков предпринимательской деятельности.

Во-первых, предпринимательская деятельность – это деятель­ность самостоятельная. Этот признак указывает на волевой источ­ник предпринимательской деятельности. Граждане и юридические лица самостоятельно, т. е. своей властью и в своем интересе осу­ществляют предпринимательскую деятельность. Если деятельность лица не является самостоятельной, то она не относится к предпри­нимательской. В частности, деятельность учреждения не может быть отнесена к предпринимательской.

Учреждения, помимо своей основной деятельности, могут осу­ществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, по­скольку это служит достижению целей, ради которых они созданы (п. 3 ст. 50 ГК). Это объясняется тем, что учреждение создается соб­ственником для заданной цели (социально-культурной, управлен­ческой и т. д.), которая не приносит прибыли. Определяя цель дея­тельности учреждения и финансируя его, собственник ограничивает учреждение в правовых возможностях.

Предпринимательская деятельность организуется лицом по своему усмотрению. Она не управляется непосредственно каким-либо органом публичной власти, что, однако, не исключает общего ее регулирования со стороны государства. Так, в ст. 8, 34 Конститу­ции РФ, ст. 18, 49 ГК гарантируется право на занятие предпринима­тельской деятельностью, не запрещенной законом. Из ст. 1, 13, 16 и других ГК следует, что нерегламентированное законодательством

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 5

вмешательство государства и его органов в деятельность предприни­мателя не допускается. Предприниматель имеет право обращаться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными (полностью или частично) ненормативных актов государственных органов или органов местного самоуправления, а в случаях, пред­усмотренных законом, – нормативных актов, не соответствующих закону или иным правовым актам и нарушающих гражданские права и охраняемые законом интересы предпринимателя. В случае при­знания судом акта недействительным нарушенное право подлежит восстановлению либо защите иными способами, предусмотренными ст. 12ГК.

Таким образом, законодатель конструирует право на предпри­нимательскую деятельность как частноправовую возможность лица, обеспечивающую ему известную сферу свободы и неприкосновен­ности. При этом право на свободу предпринимательства не следует рассматривать только с точки зрения отношений между предприни­мателем и государством. Это право гарантирует защиту предприни­мателя от посягательств не только государства, но и других частных лиц. В отношении последних также при наличии к тому оснований может быть учинен соответствующий иск для защиты нарушенного права на предпринимательскую деятельность. Право на свободу предпринимательства – это элемент правоспособности частного лица, обеспечиваемой обязанностью всякого и каждого, в том числе государства. Во-вторых, предпринимательская деятельность – это деятельность, осуществляемая лицом на свой риск. Действительно, свобода деятельности предполагает и несение риска последствий со­ответствующих действий (бездействия). Если деятельность осу­ществляется не на свой риск, то она не относится к предпринима­тельской. Например, деятельность государственных и иных учреж­дений не может быть отнесена к предпринимательской также и по­тому, что при недостаточности у учреждения денежных средств субсидиарную ответственность по его долгам несет собственник соот­ветствующего имущества (п. 2 ст. 120 ГК).

Как и всякая деятельность, деятельность предпринимателя на­правлена на приобретение и использование каких-либо благ, удо­влетворяющих потребности человека, а именно имущественных благ – прибыли. Однако в силу различных причин этот результат не всегда достижим. В таких случаях говорят о коммерческом риске.

Коммерческий риск – это нормальное рыночное явление, свя­занное с возможностью наступления неблагоприятных имуществен­ных последствий деятельности предпринимателя. Причины таких неблагоприятных последствий могут быть различными: объек­тивными или субъективными.

Если причины объективны, независимы от предпринимателя или других лиц (стихийные бедствия и другие чрезвычайные и не-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 6

предотвратимые при данных условиях обстоятельства), то предпри­ниматели должны учитывать эти обстоятельства и заранее прини­мать необходимые меры по устранению или уменьшению своих воз­можных имущественных потерь. К таким мерам может относиться страхование коммерческого риска, которое в условиях рыночной экономики приобретает особое значение. Наряду со страхованием конкретных коммерческих рисков в страховых организациях пред­приниматели могут, а в случаях, предусмотренных законом – обяза­ны заниматься самострахованием путем создания за счет части соб­ственной прибыли резервного (ст. рахового) фонда, предназначенно­го для покрытия любых непредвиденных расходов.

С коммерческим риском тесно связаны неблагоприятные по­следствия предпринимательской деятельности, вызванные субъек­тивными причинами, например, неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств предпринимателем или его контрагента­ми по договору. В этом случае наступает имущественная ответствен­ность предпринимателя либо его контрагента, что выражается в не­благоприятных имущественных последствиях для соответствующего лица и обусловлено правонарушением с его стороны.

Так, предприниматель несет ответственность в том случае, если не докажет, что надлежащее исполнение обязательства оказалось невоз­можным вследствие непреодолимой силы, т. е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (стихийные явления, военные действия и т. п. ). Вина является необходимым условием ответ­ственности предпринимателя, если это прямо предусмотрено законом или договором (п. 3 ст. 401 ГК).

В-третьих, предпринимательская деятельность – это деятель­ность, направленная на систематическое получение прибыли. При этом речь идет об основной цели деятельности предпринимателя. Если же извлечение прибыли не является основной целью деятельности ли­ца, то оно не есть предприниматель, а его деятельность не является предпринимательской. В частности, деятельность некоммерческих организаций не направлена специально на извлечение прибыли, хотя они могут осуществлять предпринимательскую деятельность постоль­ку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созда­ны, и соответствующую этим целям (п. 3 ст. 50 ГК, ст. 2 Федерального закона РФ от 12 января 1996 г. «О некоммерческих организациях»[3]).

В условиях рыночной экономики в качестве цели предприни­мательства выступает не только и не столько производство товаров (работ, услуг), которое само собой разумеется как средство достиже­ния цели предпринимательства, сколько извлечение прибыли. В прошлом советском законодательстве действовал принцип реаль­ного (натурального) исполнения обязательств, в соответствии с ко­торым замена реального исполнения обязательства денежным воз-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 7

мещением ни по усмотрению кредитора, ни соглашением сторон, по общему правилу, не допускалась. Это определялось плановым (несвободным) характером социалистического производства.

Действующим законодательством легализована иная цель пред­принимательства – систематическое профессиональное извлечение прибыли. В предпринимательской деятельности каждая отдельная сделка является лишь особым звеном целого плана предпринимателя, составленного с целью получения конечного результата – прибыли.

В конечном счете для предпринимателя не важна сфера деятель­ности, какой может быть торговая, посредническая, строительная, транспортная, страховая, банковская, инвестиционная и любая иная деятельность. Для него главное составляет цель деятельности – систе­матическое получение прибыли. В этом смысле деятельность в любой сфере экономики является предпринимательской (коммерческой, торговой), поскольку она направлена на извлечение прибыли (разницы между ценой приобретения и ценой продажи). И чем больше прибыли сулит та или иная сфера деятельности, тем большим внима­нием со стороны предпринимателей она пользуется, туда и перели­вается свободный коммерческий капитал.

В-четвертых, предпринимательская деятельность – это дея­тельность, подлежащая государственной регистрации. Осуществле­ние предпринимательской деятельности без регистрации запрещает­ся. Доходы, полученные от такой деятельности, подлежат взысканию в доход государства в установленном порядке.

Гражданско-правовые последствия осуществления гражданином деятельности, подпадающей под признаки предпринимательской, без государственной регистрации определены п. 4 ст. 23 ГК. В таком случае гражданин не вправе ссылаться в отношении заключенных им сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила Гражданского кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

В данном случае для квалификации деятельности гражданина как предпринимательской важное значение имеет установление признака систематичности извлечения прибыли. Очевидно не отно­сятся к предпринимательской деятельности эпизодически совер­шаемые разовые сделки гражданина, когда он не зарегистрирован в качестве предпринимателя.

Государственная регистрация, а в определенных случаях и ли­цензирование предпринимательской деятельности необходимы для осуществления контроля за ней со стороны общества в случаях, пря­мо указанных в законодательстве.

Предпринимательские (коммерческие) отношения, как отно­шения, возникающие между предпринимателями или с их участием в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности,

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 8

являются составной частью экономических (товарно-денежных) от­ношений вообще, регулируемых гражданским правом.

Предпринимательская деятельность и экономическая деятель­ность, предпринимательские отношения и экономические отноше­ния, предпринимательское (коммерческое) право и экономическое (гражданское) право соотносятся как особенное и общее. Предпри­нимательское (торговое, коммерческое) право – это гражданское право предпринимателя, т. е. субъекта гражданского права, пресле­дующего цель систематического извлечения прибыли. Это последнее обстоятельство определяет специфику всей экономической деятель­ности предпринимателя, в отличие от экономической деятельности другого частного лица (непредпринимателя), что и учитывается в процессе правового регулирования.

В юридической литературе широко используются такие поня­тия, как «хозяйственная деятельность», «хозяйственные отноше­ния», «хозяйственное право». В зависимости от содержания, вкла­дываемого в эти понятия, они далеко не всегда совпадают с поня­тиями предпринимательской деятельности, предпринимательских отношений, предпринимательского права.

Так, по мнению сторонников «хозяйственно-правовой концеп­ции», понятие хозяйственной деятельности неразрывно связано с хозяйственным руководством. «Хозяйственная деятельность и ру­ководство ею составляют единую сферу социалистического хозяй­ствования, которое образует единую область правового регулирова­ния... Предприятие вступает в хозяйственное правоотношение с другим предприятием (отношение по горизонтали), которое вместе с отношением по вертикали составляет единое сложное хозяйствен­ное правоотношение»[4].

Иначе говоря, сторонники «хозяйственно-правовой концеп­ции» исходят по существу из публично-правовой природы хозяй­ственного права, признавая его самостоятельной отраслью права, основанной на принципиальном единстве и однородности отноше­ний по управлению экономикой и осуществлению экономической деятельности. Именно с этим связаны их предложения исключить нормы, регулирующие отношения по управлению экономикой, из административного права, а нормы, регулирующие отношения по осуществлению экономической деятельности, – из гражданского права с целью объединения их в отрасли хозяйственного права. В этих предложениях очевидно смешение (отождествление) понятий хозяйственной деятельности, хозяйственного руководства, хозяй­ственных отношений.

Правильными представляются воззрения сторонников легаль­ной (цивилистической) концепции, которые исходят из того, что от-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 9

ношения по управлению экономикой и отношения по осуществле­нию экономической деятельности различны по природе: первые ре­гулируются публичным правом, а вторые – частным. Хозяйственное право с их точки зрения нельзя рассматривать в качестве самостоя­тельной отрасли права.

Хозяйственная деятельность, как свободная деятельность, и хо­зяйственное отношение, как ее социальная форма, – это экономи­ческие, базисные понятия. Управленческая же деятельность не яв­ляется экономической, не «погружается» в экономический базис, не представляет собой необходимого элемента собственно производ­ства. Она является функцией политической власти в экономической сфере общества и относится к сфере надстройки. В этом смысле пра­вильнее говорить не о хозяйственном управлении, а о государствен­ном управлении (регулировании) хозяйством (экономикой) как спе­цифической части единого управления.

Разумеется, нельзя отрицать, что управление присуще и соб­ственно производству (предпринимательской деятельности), но здесь оно проявляет себя как самоуправление (саморегулирование) предпринимателя. Управленческая деятельность, осуществляемая органами управления коммерческой организации, образует необхо­димый элемент самого производства, так как проявляет себя в рам­ках коммерческой организации, непосредственно в процессе осу­ществления производственной деятельности. Именно в этом смысле К. Маркс рассматривал управление производством как функцию са­мого процесса производства, а труд по управлению относил к произ­водительному труду[5].

Отмеченное выше позволяет критически отнестись к позиции некоторых представителей цивилистической концепции, считав­ших, что понятие «хозяйственные отношения» является собиратель­ным, объединяющим различные по своей природе отношения, воз­никающие в сфере хозяйствования: административные, граждан­ские, трудовые, финансовые и др.[6].

На наш взгляд, такая расширительная трактовка понятия «хозяйственные отношения» выхолащивает его суть и искажает ре­альную картину явлений. Хозяйственные отношения – это эконо­мическая форма только свободной хозяйственной (предпринима­тельской) деятельности[7]. Другие отношения, опосредующие несво­бодную деятельность, к хозяйственным не относятся. Это организа­ционно-регулятивные, надстроечные, вторичные отношения. Имея в виду последнее обстоятельство, нельзя согласиться с А.А. Собча-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 10

ком в том, что товарно-денежные (вещно-эквивалентные) связи, вы­зываемые действием закона стоимости, являются необходимым до­полнением связей, в рамках которых создаются организационные предпосылки осуществления хозяйственной деятельности[8].

Все обстоит как раз наоборот: организационно-регулятивные от­ношения являются дополнением товарно-денежных, они возникают в связи с необходимостью нормализации (упорядочения, формирова­ния) первичных товарно-денежных отношений. Отсюда, из природы этих отношений, и проистекает различие тех начал, на которых стро­ятся эти отношения, и различие методов их правового регулирования. Экономические отношения оформляют свободную экономическую деятельность лиц, которые состоят между собой в координационной взаимосвязи, взаимной неподчиненности, формальном равенстве. Организационно-регулятивные отношения оформляют несвободную деятельность субъектов, которые находятся между собой в субордина­ционной взаимосвязи, власти одного (публичного органа) и подчине­нии другого (предпринимателя).


[1] Здесь и далее понятие «предприниматель» употребляется как собирательное по отношению к понятиям «лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность», «индивидуальный предприниматель», «коммерческая организация»

[2] СЗ РФ. 1994 № 32 ст. 3301.

[3] СЗ РФ. 1996. № 3. ст. 145.

[4] Теоретические проблемы хозяйственного права / Под ред. В.В. Лаптева. М., 1975. С. 13; Мартемьянов B.C. Хозяйственное право. Т. I. M., 1984. С. 5.

[5] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23. С. 342.

[6] Хозяйственное право / Под ред. В.П. Грибанова, О.А. Красавчикова. М., 1977. С. 39; Собчак А.А. Правовое регулирование хозяйственной деятельности. Л., 1981. С. 11,16.

[7] Попондопуло В.Ф. Правовой режим предпринимательства. СПб., 1994. С. 3-23.

[8] Собчак А.А. Правовое регулирование хозяйственной деятельности. С. 11. Ба­зисные (прежде всего экономический базис) и надстроечные явления (в первую оче­редь государство и право) объединяет то, что в обоих случаях речь идет об отношени­ях, являющихся социальной формой свободной (первичной, определяющей) дея­тельности, но в первом – об их самодостаточном, саморегулирующемся, собствен­ном содержании (свободной деятельности) и форме (базисном отношении), а во вто­ром – об их дополнительной, регулирующей форме (организационно-регулирующей) отношений, имеющей своим содержанием несвободную (вторичную, опреде­ляемую, функциональную) деятельность того или иного публичного органа (см. подр.: Попондопуло В.Ф. Правовой режим предпринимательства. С. 3–14.).

Коммерческое и публичное право. Деление права на частное и пу­бличное во всех западных странах рассматривается как основопола­гающее. Оно берет свое начало в Дигестах Юстиниана: «Изучение права распадается на две части: публичное и частное (право). Публич­ное право, которое относится к положению римского государства, частное, которое относится к пользе отдельных лиц»[1]. Иначе говоря, публичное право регулирует отношения между органами власти и между ними и частными лицами и направлено на защиту совокупных интересов всего общества. Частное право регулирует отношения меж­ду частными лицами (физическими и юридическими) и обеспечивает их частные интересы.

Необходимость существования этого дуализма в юридической, литературе объясняют по-разному[2]. Одни видят различие между пу­бличным и частным правом в характере регулируемых отношений

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 11

 (теория предмета правового регулирования), другие – в методе регу­лирования этих отношений (теория метода правового регулирования), третьи полагают ненужным деление права на публичное и частное.

Суть теории предмета правового регулирования как критерия разграничения публичного и частного права состоит в том, что пу­бличное право имеет своим предметом организацию публичных уч­реждений и их отношений с отдельными лицами, а частное право регулирует отношения между отдельными лицами в связи с их пер­сональными интересами.

Содержание теории метода правового регулирования как крите­рия разграничения публичного и частного права сводится к тому, что на первый план выдвигается вопрос о том, не что регулируется пра­вом, а как регулируется. В частности, если правовая защита предостав­ляется только по требованию лица, чье право нарушено, то и само это право является частным. Если же нарушенное право охраняется толь­ко по инициативе государства, числе и помимо воли потерпевшего лица, то это публичное право.

На наш взгляд, выдвигая на первый план метод правового регу­лирования. т. е. вопрос о том, не что регулируется правом, а как оно регулируется, авторы упускают из виду следующее обстоятельство:

от того, что регулируется правом, зависит то, как оно регулируется.

Метод правового регулирования – это, безусловно, весьма важный и необходимый критерий разграничения публичного и частного права, но лишь дополнительный критерий, производный от предмета правового регулирования. Экономическому отноше­нию, опосредующему связи между независимыми друг от друга субъ­ектами, соответствует метод равенства именно потому, что сама дея­тельность каждого из этих субъектов является свободной, основан­ной на собственном интересе. Общественному же отношению, опо­средующему связи между соподчиненными субъектами, соответству­ет метод власти и подчинения, так как деятельность каждого из этих субъектов является несвободной: публичный орган действует строго в соответствии со своей компетенцией, а другая сторона (частное лицо, предприниматель) обязана точно исполнить законную волю органа власти, будь то законодательная, исполнительная или судеб­ная власть.

Разные сферы общественных отношений определяют разные режимы регулирования. Каждому типу социальной деятельности со­ответствует свой правовой режим регулирования. В этом смысле следует различать правовой режим предпринимательства и правовой режим деятельности публичной власти.

Правовой режим предпринимательства выражается в преиму­щественно дозволительном характере (типе) правового регулирова-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 12

ния.» Здесь дозволения выступают ключевым элементом юридиче­ского регулирования, определяющим правовым средством, при­званным обеспечить социальную свободу и активность предприни­мателя, осуществление его реальных прав.

С юридической стороны дозволения – это субъективные права на собственное активное поведение в целях реализации собственно­го интереса. Пределы дозволенного определяются законом в виде прямо и исчерпывающе установленных в текстах законодательных актов исключений (ограничений, запретов, обязанностей) из общего правила. Таким образом, внешняя (нормативная) объективизация дозволительного правового регулирования выражается не в нем са­мом (хотя в законе может быть провозглашено, что, например, «предприниматель может осуществлять любые виды деятельности»), а в его противоположности: запретах, ограничениях (например, в исключительных перечнях запрещенных видов предприниматель­ской деятельности). Общедозволительный тип правового регулиро­вания, характеризующий правовой режим предпринимательства, выражается формулой: «можно все, кроме запрещенного»[3].

Общедозволительный правовой режим предпринимательства базируется на признании свободы предпринимателя как товаропро­изводителя и проявляет себя во всех его элементах: в приобретении и прекращении правового статуса предпринимателя; в приобретении, осуществлении и прекращении им конкретных прав (личных, вещ­ных, обязательственных); в осуществлении защиты нарушенных прав. Действующее законодательство закрепляет свободу предпри­нимательства путем признания за предпринимателями субъек­тивных прав, через которые предприниматели приобретают широ­кую свободу деятельности, возможность для собственных, построен­ных на своем интересе действий в рамках, определенных законом.

Для деятельности публичных органов, с которыми предприни­матель находится во взаимоотношениях, характерно разрешительное начало правового регулирования («запрещено все, кроме прямо до­зволенного»). Соответственно реализация прав предпринимателя обеспечивается обязанностью органов власти соблюдать общий за­прет – воздерживаться от совершения действий, препятствующих предпринимателю свободно в рамках закона осуществлять свои пра­ва. Незаконные акты органов власти в отношении предпринимателя признаются арбитражным судом недействительными, а причинен­ный ими вследствие этого предпринимателю ущерб подлежит воз­мещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием (ст. 13,16 ГК). Перечень полномочий органов власти в отношении

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 13

предпринимателей должен быть точно закреплен в законе, опреде­ляющем компетенцию данного органа.

Такое распределение начал правового регулирования в отноше­нии «государство – предприниматель» позволяет умерить произвол органов власти, упорядочить деятельность этих органов как более сильной стороны по отношению к предпринимателю и тем самым защитить его права. В формирующемся правовом государстве упоря­дочение полномочий органов власти при помощи разрешительного начала – определяющая, доминирующая линия. Действующее зако­нодательство о предпринимательстве в целом обоснованно закреп­ляет эти начала.

Правовой режим предпринимательства не должен смешиваться с правовым режимом деятельности публичной власти. В основу их соотношения должен быть положен не отказ от деления права на частное и публичное, не смешение их, как это делают сторонники теории социальных функций[4] и производной от нее теории хозяй­ственного права[5], а строгий учет (мера) их соотношения. По тому, какой из правовых режимов лежит в основе законодательства, яв­ляется доминирующим в данном обществе, можно судить о социаль­но-экономическом строе, о политическом режиме данного общества.

Так, в советский период развития общества частноправовые на­чала практически полностью были заменены принципами публичного права и, таким образом, вполне определенно ставился вопрос о самом бытии частного права. Официальная идеология этого периода, опре­делившая правовые воззрения, может быть проиллюстрирована сло­вами В.И. Ленина: «Мы ничего «частного» не признаем, для нас все в области хозяйства есть публично-правовое, а не частное», к хозяй­ственным отношениям необходимо применять не свод законов рим­ского права, а «наше революционное правосознание»[6].

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 14

Этот подход очень быстро нашел отклик в советской юриди­ческой литературе. Так, по мнению В.М. Гордона, «дух торговых зако­нов должен быть иной, чем дух законов гражданских, не тем, чем прежде, и не тем, каков он и теперь в других государствах». Целью торгового права «должно быть исключительно общественное благо». Для этой цели нужен тот «способ давления, который давно применял­ся, метод «социального подстегивания»[7].

На вооружение берется идея хозяйственного права как отрасли права, которая должна, как считают сторонники этой концепции, объ­единить регулирование всех имущественных отношений, каким-либо образом связанных с государственным вмешательством в экономику. Эта идея, возникшая в конце XIX в. в буржуазной юридической науке и объясняющая необходимость ограничения частной собственности и предпринимательства до разумных пределов в интересах общества, ве­дения борьбы с монополизмом, недобросовестной конкуренцией, промышленным перепроизводством, установления единых правил игры в рыночной экономике, в советских условиях была доведена до абсурда, поскольку экономика и право были полностью огосударствлены.

Сторонники хозяйственного права как самостоятельной отрас­ли отвергали деление права на публичное и частное, что вело к утра­те всяких ориентиров в правовом регулировании общественных от­ношений. Комплексное правовое регулирование может осущест­вляться по усмотрению законодателя, этого нельзя отрицать, но это не дает представления о двух принципиально различных типах от­ношений: частных и публичных, и соответствующих им отраслях права.

Правовое регулирование посредством комплексных норма­тивных актов, содержащих нормы публичного и частного права, не может заменить той основы, на которой зиждется классическое раз­граничение права на публичное и частное. Ограничения свободы, в том числе свободы предпринимательства, допустимы и необходимы, что и происходит при регламентации отношений в единых ком­плексных нормативных актах, однако в каждом таком нормативном акте без особого труда можно выделить публично-правовые и част­ноправовые нормы.

Государство, как известно, зиждется на противоречии между общественной и частной жизнью, на противоречии между общими и частными интересами. И пока существует это противоречие, остает­ся обоснованным деление права на публичное и частное. В общест­вах с тоталитарным режимом, используя идеи социальных функций, хозяйственного права и некоторые другие им подобные, это объек­тивное противоречие попытались разрешить в пользу общих интере­сов, напрочь игнорируя интересы отдельной личности. В результате

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 15

не только экономика, но и все другие сферы жизни общества были огосударствлены. Частное право было попрано, торжествовало пу­бличное («полицейское») право, а на самом деле – бесправие и про­извол чиновников.

Многие авторы, хорошо понимая опасность смешения частно­правового регулирования с публично-правовым, «объединения» этих типов регулирования в «новое» качество правового регулирования, предупреждали о том, что преобладать в этом случае неизбежно бу­дет публично-правовое начало в силу собственной природы[8]. Соци­альный строй, основанный только на частноправовых началах или только на публично-правовых началах, не ведет к гуманному об­ществу. И в том и в другом случае благие намерения ведут к уничто­жению личности. Без личности же нет и не может быть общества, так как без нее невозможны развитие и прогресс[9].

Отмеченное позволяет сделать вывод, что наибольшее выражение личной свободы возможно при таком сочетании публичного и частного права, общих и частных интересов, когда имеется минимум закреплен­ных законом полномочий органов власти (необходимая и достаточная власть для общего блага), а остальное – частные права. Право на пред­принимательскую деятельность как возможность действовать по своему усмотрению – это частное право, а значит сделанный выше вывод в полной мере распространяется и на данную сферу жизни общества.

Вопрос о соотношении частного, в том числе коммерческого, и публичного права не является только теоретическим вопросом. Он имеет важное практическое значение, поскольку от его решения зави­сят пределы государственного вмешательства в частную жизнь, в эко­номическую и иные сферы жизни общества.


[1] Дигесты Юстиниана. Избранные фрагменты / Пер., примеч. И.С. Пере­терского. М., 1984. С. 23.

[2] Иоффе О.С. Из истории цивилистической мысли // Труды Киргизского ун­та / Под ред. С.К. Кусегенова. Фрунзе, 1972. С. 116-124; Кулагин М.И. Предприни­мательство и право: Опыт Запада. М., 1992. С. 10–17; Гражданское и торговое право капиталистических государств / Под ред. Е.А. Васильева. М., 1993. С. 14-16.

[3] Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных от­ношений. Свердловск, 1972. С. 73–71; Пугинский Б.И., Сафиуллин Д.Н. Правовая экономика: проблемы становления. М., 1991. С. 54–56.

[4] Теоретические проблемы хозяйственного права. М., 1975. С. 13.

[5] Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 44. С. 398.

[6] В соответствии с ней категория субъективных прав чужда современному об­ществу, знающему не права, а лишь социальные функции. «У индивидов нет прав, нет их и у коллективности, но все индивиды обязаны повиноваться социальной нор­ме, так как они суть существа социальные» (см.: Дюги Л. Социальное право. Инди­видуальное право. Преобразование государства. СПб., 1909. С. 5). Таким образом, сторонники данного взгляда, рассматривая всех лиц в качестве носителей общепо­лезных функций, совершенно отказываются различать свободную (частную) дея­тельность, основанную на собственном интересе, формируемом жизненными об­стоятельствами, и функциональную (несвободную, публичную) деятельность, осно­ванную на предписанной законом обязанности, призванной удовлетворить чей-то интерес. Они распространяют режим деятельности публичных органов власти, ха­рактеризуемый определенными задачами, функциями, компетенцией, на основных членов гражданского общества, участников базисных, экономических отношений. То, к чему это может привести, продемонстрировано, в частности, историей разви­тия советского общества после 1917 г.

[7] Гордон В.М. Система советского торгового права. Харьков, 1924. С. 6–7.

[8] Черепахин Б.Б. К вопросу о частном и публичном праве. Иркутск, 1926.

[9] Агарков М.М. Ценность частного права//Правоведение. 1992. № 1.С.40-42.

Коммерческое и гражданское право. Отнесение коммерческого права к частному ставит вопрос о его соотношении с гражданским правом, которое также является частным правом. Для ответа на него необходимо сделать краткий экскурс в историю коммерческого (торгового, предпринимательского) права.

Древнейшему праву дуализм частного права, т. е. разделение его на гражданское и торговое, известен не был. Разделение частного пра­ва на две системы берет начало в ту пору, когда в позднеримском праве наряду с гражданским правом (jus civile) возникло особое торговое – общенародное право (jus gentum). Это произошло под влиянием ино­странного права, в частности греческого. По существу это было меж­дународное торговое право.

В средние века торговое право развивалось как сословное право купцов (купеческое право). Оно называлось торговым не потому, что регулировало торговые отношения, а потому, что его нормам подчи­нялись лишь лица, входящие в торговое сословие. Помимо сослов-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 16

ного характера феодального общества, возникновению специальных норм торгового права способствовала специфическая деятельность купцов – торговля, организация производства. Нормы гражданского права, требующие от участников правоотношений совершения сложных формальностей, индивидуального подхода к оценке пове­дения обязанного лица, не отвечали потребностям торгового оборо­та: быстрому и надежному перемещению ценностей от одного лица к другому и при этом строгой фиксации прав на имущество[1].

Буржуазные революции конца XVIII – начала XIX вв. ликвиди­ровали сословное деление общества и любому лицу была формально предоставлена возможность заниматься предпринимательской дея­тельностью. Тем не менее дуализм частного права сохранился. В ряде стран были приняты, наряду с гражданскими кодексами, торговые ко­дексы[2], которые и поныне регулируют торговые отношения.

Существование дуализма частного права порождает проблему разграничения сферы действия гражданского и коммерческого пра­ва. В законодательстве западных стран данная проблема решается по-разному: путем определения лиц, признаваемых предпринимате­лями, либо путем установления круга отношений, которые считают­ся торговыми. Однако, как показано в юридической литературе, дать достаточно четкое определение торгового права, которое бы выявило его границы, эти критерии не позволяют[3].

В дореволюционной России ни история развития, ни состояние законодательства не давали «разумных оснований в пользу введения дуализма частного права»[4]. Более того, в юридической литературе того периода активно проводилась идея объединения торгового права с гражданским, поскольку у торгового права не было своего предмета регулирования, его предметом в сущности были те же отношения, что и у предмета гражданского права. Так, один из авторов писал: «Нельзя не признать условности и относительности разделения оборота на торговый и гражданский и системы частного права на две самостоя­тельные области. Торгово-промышленный характер действий, сделок и отношений составляет особое содержание торгового права. Но это есть особенности общегражданских юридических действий, когда они являются действиями торгово-промышленными»[5].

С этим утверждением следует согласиться. Отношения между предпринимателя или с их участием являются составной частью

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 17

предмета гражданско-правового регулирования. Особенности этих отношений определяют особенности их правового регулирования, заключающиеся в некоторых указанных в законодательстве исклю­чениях из общих правил и ряде институтов, имеющих относительно самостоятельный юридический характер. Однако эти особенности не меняют природы коммерческого права как частного, не отменяют действия общих принципов частного права. Сущность особенностей предпринимательских отношений в сравнении с отношениями дру­гих частных лиц заключается в том, что публичная власть предъявля­ет особые, как правило, более строгие требования к предпринимате­лям и их деятельности, устанавливает в законодательстве необходи­мые с точки зрения общества ограничения и запреты в этой сфере.

Следовательно, средствами публичного права в интересах об­щества умеряется частноправовая свобода лица, но сущность ее не меняется. Коммерческое право, как и гражданское, частью которого оно является, остается частным. Субъекты коммерческого права, как и другие субъекты гражданского права, в пределах императивных требований законодательства обладают большей или меньшей авто­номией в правовом регулировании своих возможностей.

Все отмеченное позволяло дореволюционным авторам справед­ливо ставить вопрос об объединении торгового и гражданского права в едином частном праве, о внесении особенностей правового регу­лирования торговой деятельности в гражданский кодекс, что спо­собствовало бы «утверждению идеи единства принципов, лежащих в основании норм общих и исключительных» и соответствовало бы интересам практики, давая возможность легче ориентироваться в одном кодексе. Вместе с этим отмечалось, что данное обстоятельство не освобождает исследователей от выяснения тех особенностей, ка­кими обладают институты торгового права[6].

В советский период, как отмечалось, представления о торговом праве кардинально изменились. Поскольку частноправовые начала бы­ли заменены принципами публичного права, то о частном праве, а тем более о его дуализме, вообще не приходилось говорить. Разумеется, ни политическая, ни правовая идеология не могли остановить реальную жизнь, в которой социально-экономические закономерности (хотя и в изуродованном виде) все же проявляли себя с необходимостью. Товар­но-денежные отношения игнорировать невозможно. Многочисленные экономические реформы в России (начиная с нэпа и кончая нынеш­ней) – это не столько желание политических властей, сколько безыс­ходная необходимость, определяемая объективными законами развития общества.

С учетом этих обстоятельств в новейшем российском законода­тельстве и в юридической науке происходит возврат к делению права на публичное и частное. Что же касается частного права, то здесь си-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 18

туация пока неоднозначна. Современный период развития зарубеж­ного законодательства характеризуется постепенным отказом от дуа­лизма частного права. Так, в ряде стран, и в частности в Италии – родине дуализма частного права, отказались от его деления на граж­данское и торговое и приняли единые гражданские кодексы. В дру­гих странах пока по-прежнему наряду с гражданскими кодексами действуют торговые кодексы.

Российское коммерческое законодательство в настоящее время развивается таким образом, что особенности правового регулирова­ния предпринимательской деятельности находят выражение в еди­ном Гражданском кодексе РФ и ряде специальных нормативно-правовых актов[7].

Итак, что же такое коммерческое право и как оно соотносится с гражданским? Г.Ф. Шершеневич определял торговое право как «совокупность норм частного права, общего и специального, имеющую применение к той области народнохозяйственной жизни, которую закон признает торговлей»[8]. Перефразируя это определе­ние, с которым в сущности следует согласиться, можно сказать, что коммерческое право – это совокупность общих и специальных норм гражданского (частного) права, регулирующих отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием. Следовательно, оно не претендует на самостоя­тельность в качестве отрасли права, это составная часть гражданско­го (частного) права, специальное изучение которой вызвано практи­ческим интересом. И это не зависит от того, разделен или нет част­ноправовой материал на два кодекса (гражданский и торговый) или объединен в одном гражданском.

Являясь составной частью предмета гражданско-правового регу­лирования, коммерческие отношения регулируются не только специ­альными, но и общими нормами гражданского права. Специальные нормы гражданского права имеют приоритет перед общими и подле­жат применению к коммерческим отношениям в первую очередь. Общие нормы гражданского права действуют субсидиарно, т. е. при­меняются лишь при отсутствии надлежащих специальных норм.

Возможность субсидиарного применения общих норм граждан­ского права в процессе регулирования коммерческих отношений, сви­детельствующая о единстве частноправового регулирования, – одно из главных отличий коммерческого законодательства от прошлого со­ветского хозяйственного законодательства[9].

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 19

Сторонники хозяйственно-правовой концепции боролись за принятие Хозяйственного кодекса, который объединил бы нормы разных отраслей права и обеспечил стыковку организационно-управленческих и имущественно-стоимостных отношений в сфере социалистической экономики. Нарушая принцип единства частно­правового регулирования, они стремились изъять нормы граждан­ского права, регулирующие хозяйственные отношения, из Граждан­ского кодекса, поместить их в проектируемый ими Хозяйственный кодекс и тем самым исключить возможность субсидиарного приме­нения норм гражданского права к хозяйственным отношениям. Именно это позволило бы сторонникам хозяйственно-правовой концепции, как им представляется, объявить о формальном закреп­лении хозяйственного права как самостоятельной отрасли в системе права.

В настоящее время в данную концепцию внесены некоторые коррективы. По мнению В.В. Лаптева, «сложившаяся за последние десятилетия концепция хозяйственного права не соответствует со­временным условиям и должна быть пересмотрена»[10]. Однако автор по-прежнему считает, что необходимо принять хозяйственный (предпринимательский) кодекс, который будет являться «реализа­цией хозяйственно-правовой идеи о необходимости специального регулирования хозяйственных отношений», которые «детально ис­следованы и вполне «предметно» определены в литературе по хозяй­ственному праву».

По сути В.В. Лаптев, используя современную терминологию, повторяет известные положения хозяйственно-правовой концеп­ции, в частности отмечается, что «в современных условиях хозяй­ственная деятельность – это предпринимательская деятельность, отношения – отношения между предпринимателями... Другой вид отношений, которые также составляют предмет хозяйственного пра­ва, – отношения по вертикали»; «с переходом к рыночной экономи­ке основным в хозяйственном праве становится метод автономных решений (метод согласования)»[11], а не метод обязательных предпи­саний.

Сходную позицию занимает А. Г. Быков, который рассматри­вает предпринимательское право в качестве «законного» наследника хозяйственного права. По его мнению, концепция предпринима­тельского права должна быть основана «на признании объективной необходимости государственного регулирования системы рыночного хозяйства, которая требует формирования определенной системы правовых норм, регулирующих во взаимосвязи и единстве деятель-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 20

ность государства по созданию, поддержанию, обеспечению и разви­тию рыночного механизма, а также деятельность самих предприни­мателей»[12].

В учебнике по хозяйственному праву[13] в структуру предмета хо­зяйственного права включаются, помимо предпринимательских от­ношений, также некоммерческие отношения и отношения по госу­дарственному регулированию экономики. Однако «определенное единство» названных отношений, о котором пишет автор, еще не есть единство предмета правового регулирования. Эти отношения составляют предметы разных отраслей права – частного и публич­ного. Взаимосвязь в реальной жизни этих отношений ведет к взаимо­действию норм частного и публичного права в регулировании этих от­ношений, но ни природное различие этих отношений, ни различие норм, их регламентирующих, тем самым не нивелируется. То, что ха­рактеризуется в учебнике как хозяйственное право, есть на самом деле хозяйственное законодательство, нормативные акты которого, явля­ясь комплексными, включают в себя нормы частного и публичного права, регулирующие связанные в реальной жизни, но разные по своей природе, отношения: предпринимательские – суть частные, и управленческие – публичные.

По мнению В.В. Чайкина, необходимо приступить «к форми­рованию новой отрасли – торгового права», так как существует определенная область хозяйственных отношений, которая не может регулироваться гражданским правом[14]. При этом для вычленения торгового права критерий предмета правового регулирования, по мнению автора, недостаточен, необходимо привлечь дополнитель­ные критерии: субъектный состав регулируемых отношений и метод правового регулирования.

Однако, отмечая, что предметом торгового права являются «обширнейшие коммерческие отношения в сфере хозяйственной дея­тельности», автор не дает ответа на главный вопрос: какова юридиче­ская природа коммерческих отношений и чем они отличаются от гражданских? Без ответа на него невозможно обосновать самостоя­тельность торгового права. Заявление автора о том, что «в самом об­щем виде граница между торговым правом и гражданским правом проходит как бы параллельно границе между коммерческими и не­коммерческими отношениями в гражданском и торговом праве», мало что объясняет, так как не показано само это отличие между граждан­ским и торговым оборотом.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 21

Утверждение В.В. Чайкина о том, что «метод торгово-правового регулирования есть способ связи между субъектами правоотноше­ний, преследующих своей целью извлечение прибыли», которая яко­бы сама по себе содержит черты отраслевого регулирования, также не дает ответа на вопрос о юридической специфике этого способа связи, о его отличии от гражданско-правового метода, о самостоя­тельности торгового права.

Наконец, по мнению В.В. Чайкина, самым весомым аргумен­том в пользу наличия в существующих общественных отношениях сферы, не входящей в предмет регулирования гражданского права, является фактическая легализация юридической личности предпри­нимателя, который как особый субъект правоотношений не отно­сится к классическим субъектам гражданского права – лицам. Воз­ражая против этого аргумента, следует заметить, что границы между отраслями права проводятся не по субъектам, а по характеру регули­руемых ими общественных отношений. Субъектный состав право­вых отношений предопределяется характером этих отношений.

Таким образом, проанализированные точки зрения сторонников хозяйственно-правовой концепции свидетельствуют о том, что они не желают видеть разную правовую природу отношений и способов их регулирования (частноправовую и публично-правовую), они по-прежнему пытаются обосновывать самостоятельность отрасли хозяй­ственного права, пусть даже под новым наименованием – предпри­нимательское право.

На наш взгляд, коммерческое (предпринимательское) право– это частное право, составная (хотя и специальная) часть гражданского права. Необходимость регламентированного публично-правового вмешательства в сферу частных отношений сама по себе не вызывает возражений. Однако это не требует оформления специальной право­вой отрасли, поскольку соответствующие нормы права имеют разно-отраслевой характер. Они могут быть объединены в комплексном нормативном акте (в том числе торговом, предпринимательском или хозяйственном кодексе), но лишь как специальном законе по отноше­нию к Гражданскому кодексу.


[1] Гражданское и торговое право капиталистических государств. М., 1993. С. 17.

[2] Гражданское, торговое и семейное право капиталистических стран // Сб. нормат. актов: Гражданские и торговые кодексы: Учебное пособие / Под ред. В.К. Пучинского, М.И. Кулагина. М., 1986. С. 3.

[3] Удинцев В.А. История обособления торгового права. Киев, 1900. С. 19, 130; Иоффе О.С. Из истории цивилистической мысли. С. 116; Кулагин М.И. Предприни­мательство и право: Опыт Запада. С. 18.

[4] Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права: В 4 т. Т. 1.СП6., 1908. С. 61.

[5] Удинцев В.А. История обособления торгового права. С. 105, 122.

[6] Удинцев В.А. История обособления торгового права. С. 123, 131.

[7] Вместе с тем в юридической литературе имеются предложения о необходи­мости разделения частноправового материала между двумя кодексами – граждан­ским и торговым (см. напр.: Толстой Ю.К. На путях кодификации гражданского за­конодательства// Правоведение. 1994. № 3. С. 26).

[8] Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. 1. С. 18.

[9] Матвеев Г. К. Экономическая реформа и кодификация гражданского законо­дательства (к истории дискуссии) // Государство и право. 1992. № 5. С. 52.

[10] Лаптев В.В. Хозяйственное право – право предпринимательской деятель­ности// Государство и право. 1993. № 1. С. 36.

[11] Лаптев В.В. Хозяйственное право – право предпринимательской деятель­ности. С. 37-39.

[12] Быков А.Г. Предпринимательское право: проблема формирования и разви­тия // Вестник Моск. ун-та. Серия 11. Право. 1993. № 6. С. 9.

[13] Мартемьянов B.C. Хозяйственное право. Т. 1. С. 1–5.

[14] Чанкин В.В. Право торговое: Современные тенденции // Государство и пра­во. 1993. 2. С. 59-63.

Принципы коммерческого права. Наиболее общим образом осо­бенности коммерческого права как составной части гражданского права можно проследить через принципы частного права. Никаких особых принципов коммерческого права не существует, имеются лишь особенности проявления принципов частного права в сфере предпринимательства. Только такой подход соответствует представ­лениям о единстве частноправового регулирования, несмотря на все имеющиеся особенности правового регулирования предпринима­тельской деятельности. Рассмотрим принципы частного права и особенности их проявления в сфере предпринимательства.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 22

Принципы частного права нашли свое выражение в ст. 1 ГК. К ним относятся: признание равенства участников регулируемых гражданским законодательством отношений; неприкосновенность собственности; свобода договора; недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела; беспрепятственное осу­ществление гражданских прав; обеспечение восстановления нару­шенных прав; судебная защита нарушенных прав.

В юридической науке число и наименование принципов частно­го права определяются по-разному[1]. В частности, в перечень принци­пов частного права включается также принцип дозволительной на­правленности частноправового регулирования. На наш взгляд, дан­ный принцип имеет право на существование, поскольку он интегри­рует в себе ряд более частных принципов: неприкосновенность соб­ственности, свобода договора, недопустимость противоправного вме­шательства кого-либо в частные дела, беспрепятственное осущест­вление частных прав.

Принцип дозволительной направленности частноправового регулирования означает возможность для субъектов частного права действовать по своему усмотрению, т. е. возможность свободно рас­поряжаться принадлежащими им правами, в частности осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом (ст. 18, 49 ГК). Этот принцип можно выразить формулой «дозволено все то, что не запрещено законом», в которой воплощена суть частного права и в том числе коммерческого права. Напомним, сущность публичного права выражается прямо противоположной формулой – «дозволено только то, что прямо разрешено законом».

Принцип дозволительной направленности частноправового регулирования направлен на обеспечение свободы предпринима­тельства и, в частности, неприкосновенности собственности, сво­боды договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела предпринимателя, беспрепятственного осуществления гражданских прав предпринимателя.

Неприкосновенность собственности – фундаментальный прин­цип частного права. В соответствии с ним нормы частного права обес­печивают собственникам возможность стабильного осуществления своих правомочий по владению, пользованию и распоряжению иму­ществом. В соответствии с п. 3 ст. 35 Конституции РФ никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда и только в случаях, прямо предусмотренных законом. Многие нормы ГК направ-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 23

лены на обеспечение принципа неприкосновенности собственности. Одной из важнейших является норма ст. 235 ГК, устанавливающая ис­черпывающий перечень оснований прекращения права собственности помимо воли собственника.

Принцип свободы договора нашел закрепление помимо ст. 1 ГК также в ст. 421 ГК. Он предоставляет предпринимателям возможность самостоятельно решать вопросы заключения договора, выбора партнеров по договору, определения вида договора и его условий, поскольку это не противоречит закону.

В определенных законом случаях в общественных интересах могут устанавливаться ограничения свободы договора. Так, в целях обеспечения и защиты прав потребителей не допускается отказ ком­мерческой организации от заключения публичного договора при на­личии возможности предоставить потребителю соответствующие то­вары, выполнить работу, оказать услугу (п. 3 ст. 426 ГК)[2]. Имеются ограничения свободы договора также в целях обеспечения конку­ренции (п. 1 ст. 10 ГК)[3] и ряд других.

Тесно связан с рассматриваемым принципом также принцип беспрепятственного осуществления частных прав, закрепленный в п. 1 ст. 34 Конституции РФ и ст. 9 ГК. В соответствии с ним каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной зако­ном экономической деятельности. Субъекты частного права не толь­ко приобретают гражданские права своей волей и в своем интересе, но и осуществляют их по своему усмотрению.

Гражданские права могут быть ограничены на основании феде­рального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и защиты интересов других лиц, обеспечения обороны и без­опасности государства.

Следует обратить внимание также на п. 3 ст. 1 ГК, который вслед за ст. 8 Конституции РФ устанавливает, что товары, услуги и финан­совые средства свободно перемещаются на всей территории Россий­ской Федерации. В этом также проявляется принцип дозволительной направленности частноправового регулирования. Ограничения пере­мещения товаров и услуг могут вводиться только в соответствии с фе­деральным законом, если это необходимо для обеспечения безопас­ности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культур­ных ценностей (ст. 74 Конституции РФ, п. 3 ст. 1 ГК).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 24

Свобода предпринимательства не безгранична. Ее пределы за­даны законодательством, главным образом законом, например, предусматриваются запреты и ограничения (лицензирование) опре­деленных видов деятельности; определяются перечни видов товаров (работ, услуг), свободная реализация которых запрещена либо огра­ничена; устанавливаются запреты и ограничения недобросовестной конкуренции и другие случаи.

Необходимость таких запретов и ограничений в случаях, пред­усмотренных законодательством, не вызывает сомнений. Это соответ­ствует интересам как общества в целом, так и самих предпринимате­лей, создавая цивилизованные правила игры на рынке. Благодаря вза­имодействию норм публичного права и норм частного права опреде­ляется баланс общих и частных интересов.

Другое дело – произвольное, нерегламентированное законода­тельством вмешательство кого-либо в частные дела. Оно, в соот­ветствии с действующим законодательством, недопустимо, что так­же следует рассматривать как проявление принципа дозволительной направленности частноправового регулирования. Запрет на произ­вольное вмешательство в частные дела сформулирован широко (ст. 23 Конституции РФ), но прежде всего он касается органов госу­дарственной власти и местного самоуправления. Гарантией от такого вмешательства является, в частности, норма ст. 13 ГК, в соот­ветствии с которой ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охра­няемые законом интересы частного лица, может быть признан судом недействительным со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Наряду с принципами дозволительной направленности частнопра­вового регулирования в разных его проявлениях, имеющими непосред­ственное отношение к предпринимателям, важным является также принцип равенства участников частноправовых отношений, состав­ляющих предмет частноправового регулирования. Это обусловлено са­мой сущностью имущественных и связанных с ними личных неимуще­ственных отношений (п. 1 ст. 2 ГК).

Субъекты частноправовых отношений, будь то физические или юридические лица, в том числе предприниматели, взаимно не под­чинены и в этом смысле обладают принципиально равными право­выми возможностями.

Применительно к предпринимателям прямо установлено пра­вило о том, что гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятель­ность, или с их участием (п. 1 ст. 2 ГК). Поэтому предприниматели равны по отношению к другим субъектам частного права, в том чис­ле к государству как участнику частноправовых отношений.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 25

Указанный принцип, воплощающий равенство участников ре­гулируемых частным правом отношений, означает также равенство среди предпринимателей независимо от их организационно-правовой формы и формы собственности, на базе которой они функционируют, и направлен на достижение практического функ­ционирования рыночной экономики, на создание единого рынка, на котором выступают все предприниматели: физические и юридиче­ские лица, в том числе иностранные. Таким образом, создаются условия для развития их инициативы и конкуренции, применения механизма имущественного воздействия, включая устранение с рынка тех предпринимателей, которые, не выдержав требований конкуренции, становятся банкротами.

Вместе с тем следует иметь в виду, что принцип равенства участников частноправовых отношений не означает наличия у них равного объема прав и обязанностей. Он означает, что субъекты частного права не подчинены друг другу, что они не обладают каки­ми-либо преимуществами друг перед другом, если иное прямо не предусмотрено законом.

В зависимости от объективных факторов реальные условия дея­тельности различных предпринимателей могут отличаться, что учиты­вается законодателем. Так, например, государственные и муници­пальные унитарные предприятия в силу прямого указания закона мо­гут заниматься определенными видами деятельности, т. е. обладают специальной правоспособностью (п. 1 ст. 49 ГК; п. 1 ст. 113 ГК); зако­нодательство содержит определенные ограничения для иностранных предпринимателей по сравнению с российскими и т. д.

В сфере предпринимательства принцип равенства участников частноправовых отношений проявляет себя в более строгих требова­ниях, предъявляемых законодателем к предпринимателю и его дея­тельности. В частности, это проявляется в требованиях государствен­ной регистрации предпринимателя, учета его деятельности и периоди­ческой отчетности, лицензирования определенных законом видов дея­тельности, определения организационно-правовых форм предприни­мательства, ограничения монополистической деятельности, уста­новления специального налогообложения и т. д.

Принцип восстановления нарушенных прав субъектов частного права вытекает из присущей этому праву восстановительной функ­ции. Действительно, равенство участников частноправовых отноше­ний, значительной частью которых являются предпринимательские отношения, и их широкая самостоятельность, выражающаяся в воз­можности действовать по своему усмотрению, предполагает их от­ветственность за результаты собственных действий. Если эти дей­ствия причиняют убытки другим лицам или иным образом умаляют их имущественную сферу, нарушают частные права и охраняемые законом интересы, то эти убытки должны быть полностью возмеще-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 26

ны правонарушителем, имущественная сфера потерпевшего, его частные права и охраняемые законом интересы восстановлены.

Восстановление нарушенных прав обеспечивается применени­ем способов их защиты (ст. 12 ГК). При этом следует иметь в виду, что восстановление нарушенных прав является односторонне обяза­тельным – обязательным для правонарушителя. Что касается потер­певшего, то требование о восстановлении нарушенных прав – это его право, а не обязанность, что является проявлением принципа до­зволительной направленности частноправового регулирования. Осуществление и защита частных прав, как известно, зависят от усмотрения их обладателей, поэтому никто не вправе понуждать участников частноправовых отношений к осуществлению или защи­те их субъективных прав.

Особенности применения принципа восстановления нарушен­ных частных прав в сфере предпринимательства проявляются в бо­лее строгой имущественной ответственности предпринимателей. В частности, по обязательствам предпринимателей взыскание может быть обращено на любое их имущество; меры имущественной ответ­ственности предпринимателя применяются независимо от его вины; широко применяется штрафная неустойка; имеется возможность объявления предпринимателя несостоятельным (банкротом) и т. п.

Наконец, принцип судебной защиты нарушенных частных прав. Этот принцип нашел прямое закрепление в ст. 46 Конституции РФ, в соответствии с которой «каждому гарантируется судебная за­щита его прав и свобод», и в ст. 11 ГК. Защита нарушенных или оспариваемых частных прав осуществляется в соответствии с подве­домственностью дел, определяемой процессуальным законодатель­ством, судом общей юрисдикции, арбитражным судом или третей­ским судом, кроме случаев защиты частных прав в администра­тивном порядке, прямо предусмотренных законом. Однако решение, принятое в административном порядке, может быть также обжало­вано в суд.

Судебную власть при разрешении возникающих в процессе предпринимательской деятельности споров осуществляет арбитраж­ный суд. В отличие от судов общей юрисдикции разрешение споров в арбитражных судах носит менее формальный характер; здесь менее детальная регламентация процесса, чем в обычном гражданском процессе, что направлено на скорое разрешение споров в арбитраж­ном суде. Таким образом, в самом характере арбитражной судебной процедуры проявляются свойства коммерческого права, обуслов­ленные требованиями торгового оборота – быстрота и отсутствие излишних формальностей.

В определенных законом случаях предпринимательский спор, подведомственный арбитражному суду, по соглашению сторон мо­жет быть передан на разрешение третейского суда. В этом, в част-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 27

ности, проявляется принцип дозволительной направленности част­ноправового регулирования на стадии возникновения и разрешения споров в сфере предпринимательства. Выбор способа разрешения спора проявляется также в том, что стороны вправе принять меры к разрешению спора либо самостоятельно путем переговоров, либо через посредника, выбираемого ими по взаимному согласию.

Исключениями из принципа судебной защиты нарушенных частных прав являются случаи самозащиты, допускаемые действую­щим законодательством (ст. 14 ГК): защита нарушенных прав путем применения оперативно-хозяйственных санкций к правонарушите­лю без обращения к юрисдикционным органам, например, удержа­ние кредитором имущества должника (ст. 359 ГК); защита нарушен­ного права путем списания потерпевшим в бесспорном порядке за­долженности со счета плательщика (ст. 854 ГК); защита нарушенно­го права путем предъявления претензии к правонарушителю и неко­торые другие.


[1] Садиков О.Н. Принципы нового гражданского законодательства СССР // Советское государство и право. 1991. № 10. С. 20; Толстой Ю.К. Принципы граждан­ского права // Правоведение. 1992. № 2. С. 49; Комментарий части первой Граждан­ского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., Фонд «Правовая культура». 1995. С. 27; Гражданское право. ч. 1. Учебник. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1996. С. 15-20.

[2] См. также: «О защите прав потребителей» Закон РФ в ред. от 5 декабря 1995 г. // СЗ РФ. 1996. № 3. ст. 140.

[3] См. также: «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Федеральный закон РФ в ред. от 21 апреля 1995 г. // СЗ РФ. 1995. № 22. ст. 1977.

Система коммерческого права. Коммерческое право – составная часть гражданского права. Этим предопределяется, во-первых, вы­вод о том, что речь должна идти не о системе коммерческого права как отрасли права, а о системе коммерческого права как учебной дисциплины и как отрасли правовой науки и, во-вторых, последова­тельность изложения материала, система деления курса на соответ­ствующие разделы (темы).

Система курса коммерческого права близка к системе построе­ния курса гражданского права, хотя и не совпадает с ней. Дело в том, что коммерческое право включает в себя и то общее (например, принципы частного права), что объединяет его с гражданским пра­вом, и то особенное (прежде всего, институт предпринимателя), что выделяет его в системе частного права.

Сходство, безусловно, является определяющим по отношению к отличиям, относится к нему как род к виду, поэтому способы груп­пировки правового материала и последовательность его изложения должны быть сходны с системой курса гражданского права: понятие коммерческого права, субъекты коммерческого права, вещные права предпринимателя, сделки в сфере предпринимательства, защита прав предпринимателя.

Вместе с тем каждый из названных разделов курса должен быть изложен с учетом особенностей, характерных именно для коммерче­ского права. Соответствующие частноправовые институты в таком случае получают дополнительную квалификацию в сфере предпри­нимательства. Так, если в рамках частного права действуют частные лица, то в преломлении к предпринимательству они получают до­полнительную характеристику и предстают перед нами не просто как частные лица, а как квалифицированные частные лица – предпри­ниматели с присущими им организационно-правовыми формами

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 28

(например, индивидуальные предприниматели, акционерные об­щества, производственные кооперативы) и другими особенностями.

То же самое можно сказать о вещно-правовых формах, которые в сфере предпринимательства отличаются своей спецификой, на­пример, существованием специального коммерческого вещного права – права хозяйственного ведения, специальных объектов вещ­ного права – векселей и т. п.

Договорные формы в сфере предпринимательства проявляют се­бя как особые сделки и отношения (торговые), например, договор по­ставки – как специальный предпринимательский договор купли-продажи; ответственность предпринимателя за нарушение обязатель­ства, наступающая, по общему правилу, независимо от вины и т. п.

Наконец, охранительные правовые институты также часто про­являют себя в сфере предпринимательства как особые способы и по­рядок защиты прав предпринимателя, например, арбитражно-судебный порядок защиты прав и охраняемых законом интересов предпринимателей.

Иногда особенности правового регулирования предпринима­тельской деятельности являются весьма значительными, что объяс­няется большей, чем обычно, пронизанностью тех или иных правил и институтов публичным началом: ограничениями, запретами, предписаниями, процедурами, Появляется особое, специальное за­конодательство: антимонопольное, приватизационное, инвестици­онное, банковское, биржевое, страховое, внешнеэкономическое и т. п. Практический интерес к такому материалу требует специаль­ного его изучения, включения в систему курса коммерческого права или даже выделения в отдельные учебные дисциплины (специальные курсы).

С учетом сказанного система курса коммерческого права может быть представлена, в частности, следующими разделами:

Понятие коммерческого права. В этой теме освещаются поня­тия предпринимательской деятельности и предпринимательского (коммерческого) права, принципы предпринимательского права и его система, а также понятие и классификация источников пред­принимательского права.

Субъекты коммерческого права. Здесь рассматриваются понятие предпринимателя и организационно-правовые формы его деятель­ности, порядок создания, реорганизации и ликвидации, в том числе по основаниям банкротства, коммерческих организаций. Особое вни­мание уделяется хозяйственным товариществам и обществам.

Вещные права предпринимателя. Тема включает в себя понятие и виды вещных прав предпринимателя (право собственности, право хозяйственного ведения и др.), правовой режим объектов этих прав (материальных ресурсов, денежных ресурсов, ценных бумаг).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 29

Договоры в сфере предпринимательства. Освещены понятие и виды договоров в сфере предпринимательства, особенности возник­новения, исполнения, прекращения обязательств с участием пред­принимателя, а также проблемы ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств.

Защита прав предпринимателя. Здесь излагаются способы и по­рядок защиты прав предпринимателей в отношениях как со своими контрагентами (предъявление претензий и исков), так и с органами государственной власти и местного самоуправления (признание актов названных органов недействительными).

Антимонопольное законодательство. В теме говорится о поня­тии и правовом обеспечении конкуренции и ограничении монопо­листической деятельности, полномочиях антимонопольных органов и некоторых других вопросах.

Законодательство о приватизации. Раскрываются понятие и значение приватизации, способы и порядок приватизации государ­ственных и муниципальных предприятий.

Инвестиционное законодательство. В этой теме даны правовые формы осуществления инвестиционной деятельности, гарантии прав инвесторов и ряд других вопросов.

Биржевое законодательство. Тема посвящена понятию и право­вому положению биржи (товарной, фондовой, валютной), биржевым сделкам и иным операциям на бирже.

Банковское законодательство. Рассматриваются вопросы поня­тия и правового положения банков и иных кредитных организаций, системы банковских операций.

Страховое законодательство. Исследуются понятие и виды страхования, правовое положение страховщиков и правовые формы их деятельности.

Внешнеэкономическое законодательство. В теме освещаются правовые вопросы осуществления внешнеэкономической деятель­ности, особенности правового положения субъектов этой деятель­ности, внешнеторговые сделки, включая валютные операции, пра­вовые формы иностранных инвестиций.

Коммерческое право зарубежных стран. В связи с переходом России к рыночной экономике необходимо восстановить известные ранее российскому праву рыночные институты права, которые за последние десятилетия значительно обогатились и получили даль­нейшее развитие в странах с развитой рыночной экономикой. Из­учение коммерческого права зарубежных стран необходимо также в связи с происходящей в настоящее время интенсивной интернацио­нализацией экономики.

В настоящей работе рассматриваются лишь некоторые из пере­численных тем, остальные специально не выделяются, но соответ­ствующие вопросы освещаются в представленных темах.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 30

Кроме того, следует подчеркнуть, что коммерческое право, как частное право, не включает публичные нормы, регулирующие отно­шения по управлению экономикой, однако в работе этот аспект по необходимости затрагивается. Дело в том, что система курса ком­мерческого права предопределяется задачей изучения предпринима­тельского законодательства, которое комплексно (с учетом взаимо­связи норм частного и публичного права) регулирует предпринима­тельскую деятельность.

§ 2. Источники коммерческого права

Понятие и виды источников коммерческого права. Источником права в специально юридическом смысле является внешняя форма выражения права, т.е. совокупность нормативных актов, в которых содержатся нормы права. В законодательстве правовые нормы нахо­дят свое официальное выражение.

Законодательство, как внешнюю форму выражения права, нельзя смешивать с самим правом. Право непосредственно связано со своим социально-экономическим содержанием, неотделимо от характера регулируемых им отношений, их режима, принципов, ме­тодов регламентации. Законодательство, как внешняя форма выра­жения права, лежит на поверхности юридической действительности, оно сравнительно самостоятельно по отношению не только к содер­жанию (социально-экономическим отношениям), но и к внутренней форме права. Поскольку состояние законодательства во многом за­висит от усмотрения законодателя, от рациональной деятельности по инкорпорации и кодификации законодательства, постольку не исключены противоречия между правом (явлением объективного характера) и законодательством.

В качестве источников коммерческого права выступают норма­тивные акты, в которых выражены особенности правового регулиро­вания отношений, возникающих между предпринимателями или с их участием в связи с осуществлением последними предпринима­тельской деятельности. Эти особенности могут выражаться в разных нормативных актах: в специальном торговом кодексе и ряде других специальных нормативных актах, регулирующих предпринима­тельскую деятельность, как это делается в ряде стран с дуалисти­ческой системой частного права; в едином гражданском кодексе и ряде специальных нормативных актов, посвященных тем или иным институтам коммерческого права, что соответствует, на наш взгляд, современной тенденции развития коммерческого законодательства.

Выбор того или иного варианта систематизации коммерческого законодательства зависит от воли и интересов законодателя, форми­рующего эту систему с учетом конкретной экономической и полити-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 31

ческой ситуации в стране и ее традиций, стремящегося обеспечить наиболее эффективное регулирование общественных отношении в данной сфере.

Российское коммерческое законодательство в настоящее время развивается по последнему из отмеченных выше вариантов, т. е. осо­бенности правового регулирования предпринимательской деятель­ности находят выражение непосредственно в Гражданском кодексе (п. 1 ст. 2) и ряде специальных нормативных актов. Таковым, напри­мер, является Федеральный закон РФ «Об акционерных обществах»[1].

Таким образом, в отличие от системы права, система законода­тельства в значительной степени – явление субъективное. Субъек­тивны и элементы этой системы – отрасли законодательства, так как тексты составляющих их нормативных актов компонуются зако­нодателем произвольно, исходя из практической целесообразности. Одни нормативные акты содержат преимущественно нормы одной отрасли права, например, гражданский, уголовный кодексы. Такие нормативные акты именуют отраслевыми и относят к основным от­раслям законодательства: гражданскому, уголовному и т. д. Другие нормативные акты содержат нормы разных отраслей права, ни одни из которых не имеют явного преимущества, например, Федеральный закон РФ «О конкуренции и ограничении монополистической дея­тельности на товарных рынках»[2] и многие другие специальные нор­мативные акты. Такие нормативные акты именуют комплексными и относят к комплексным отраслям законодательства.

Гражданский кодекс – основной законодательный акт, объ­единяющий нормы частного права, включая те из них, которые от­ражают особенности регулирования предпринимательской деятель­ности. Здесь мы имеем дело с нормативным актом, относящимся к основной отрасли законодательства – гражданскому. Однако даже в Гражданском кодексе можно обнаружить ряд норм публичного пра­ва, предписывающих субъектам частного права учитывать обще­ственные интересы. Например, в п. 1 ст. 49 ГК прямо указывается, что отдельными видами деятельности, перечень которых опреде­ляется законом, юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии).

Следовательно, даже Гражданский кодекс, являющийся стерж­невым частноправовым нормативным актом, не лишен элементов комплексности. Еще большее взаимодействие норм частного и пу­бличного права обнаруживается в специальных нормативных актах, посвященных регулированию предпринимательской деятельности. Так, в Федеральном законе РФ «О банках и банковской деятель­ности»[3] содержатся не только нормы, регулирующие взаимоотноше-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 32

ния коммерческих банков с клиентами (нормы частного права), но и нормы публичного права, регламентирующие взаимоотношения ком­мерческих банков с органами государства, прежде всего с Централь­ным банком РФ.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в отличие от отрасли права, включающей нормы права только одного рода, от­расль законодательства всегда носит комплексный характер, по­скольку нормативные акты, составляющие ту или иную отрасль за­конодательства, обязательно включают в себя нормы разных от­раслей права: частного и публичного.

Законодательство, как правило, строится в соответствии с практическими интересами, поэтому включает в себя разные по своей отраслевой природе нормы, чтобы учесть объективно су­ществующие связи между разнородными общественными отноше­ниями (гражданскими, административными и др.) и комплексно урегулировать их.[4] Именно в этом заключается предназначение за­конодателя и служебная роль принимаемых им нормативных актов. Данный вывод в полной мере распространяется на коммерческое за­конодательство, тем самым и определяется его природа как ком­плексного законодательства.

Следует подчеркнуть различие между понятиями «коммерческое право» и «коммерческое законодательство». Коммерческое право – это совокупность общих и специальных норм частного права, регули­рующих отношения между предпринимателями или с их участием при осуществлении предпринимательской деятельности. Коммерческое законодательство – это совокупность комплексных нормативных ак­тов, т.е. нормативных актов, содержащих нормы разных отраслей права (частного и публичного), регулирующих предпринимательскую деятельность.

Специализация коммерческого законодательства заключается в правовом регулировании отношений, связанных с предпринима­тельской деятельностью, с ее осуществлением и публичной органи­зацией (управлением). Особенности правового регулирования этой деятельности воплощены не только в нормах частного права, но и в нормах публичного права (например, законодательство о налогооб­ложении предпринимательской деятельности).

Если же говорить об особенностях только частноправового ре­гулирования предпринимательской деятельности, то они воплоще­ны либо в специальных статьях и главах Гражданского кодекса, либо в специальных нормативных актах, например, в Федеральном зако­не РФ «Об акционерных обществах». В обоих случаях специальные правила, регулирующие предпринимательскую деятельность, соот­носятся с общими правилами частного права как особенное и общее.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 33

При этом в процессе применения права специальным правилам от­дается предпочтение перед общими правилами. Общие правила и институты Гражданского кодекса применяются субсидиарно (дополнительно), т. е. тогда, когда отношение не урегулировано либо не в полной мере урегулировано в специальных нормах (институтах) Гражданского кодекса или в специальных нормативных актах.

До сих пор речь шла о таком источнике коммерческого права, каким является законодательство. Между тем регламентация ком­мерческих отношений осуществляется не только нормативными ак­тами, как бы важны они ни были. Формами регулирования указан­ных отношений являются также нормы международного права и обычаи делового оборота.

Нормы международного права применяются к соответствующим отношениям в результате их трансформации, т. е. преобразования в нормы внутригосударственного права. Такая трансформация осу­ществляется путем ратификации, издания актов о применении меж­дународного договора или издания иного внутригосударственного акта (ст. 2, 5, 6 Федерального закона РФ «О международных договорах Рос­сийской Федерации»[5]).

Согласно п. 4 ст. 15 Конституции РФ и ст. 7 ГК общепризнан­ные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Международные договоры Российской Федерации применяют­ся к отношениям, возникающим между предпринимателями или с их участием в процессе осуществления предпринимательской дея­тельности непосредственно, кроме случаев, когда из международно­го договора следует, что для его применения требуется издание внут­ригосударственного акта.

Если международным договором Российской Федерации уста­новлены иные правила, чем те, которые предусмотрены коммерче­ским законодательством, применяются правила международного договора.

В соответствии с распространенной точкой зрения данное по­ложение понимается как норма, которая разрешает коллизию между двумя внутригосударственными нормами. Одна из них – какое-либо правило общего характера, содержащееся во внутреннем законода­тельстве, а вторая – специальное изъятие из нее, вытекающее из за­ключенного государством международного договора. Именно этой второй норме отдается предпочтение, за ней признается более высо­кая юридическая сила[6].

Нормы международного права в сфере предпринимательства имеют весьма существенное значение. Их удельный вес постоянно

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 34

возрастает, что объясняется неуклонным стремлением России войти в мировую экономику, стать равноправным членом мирового сооб­щества. В настоящее время Россия является участником многих международных договоров. С учетом их, а также других международ­ных договоров, к которым Россия намерена присоединиться, разра­батывается и применяется современное российское законодатель­ство и, в частности, новый Гражданский кодекс РФ.

Важное значение в регулировании коммерческих отношений имеют обычаи делового оборота. Обычаем делового оборота признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо об­ласти предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафикси­ровано ли оно в каком-либо документе (ст. 5 ГК). Признаки обычая делового оборота сводятся к следующему:

а) это правило поведения, не предусмотренное законодатель­ством. Оно применяется, если не противоречит обязательным для участников соответствующего отношения положениям законода­тельства или договору;

б) это правило поведения, сложившееся и широко применяемое на практике, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе. Так, в международных контрактах нередки ссылки на «Инкотермс», делающие эти правила частью договора, что служит в данном случае основанием для того, чтобы руководствоваться ими. А из ст. 431 ГК следует, что при толковании договора принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая обычаи делового оборота;

в) это правило поведения, применяемое исключительно в сфере предпринимательской деятельности. Обычай делового оборота – это разновидность обычая вообще. Так, в ст. 309 ГК установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соот­ветствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Говоря об источниках коммерческого права и прежде всего о коммерческом законодательстве, необходимо остановиться на вопросе о нормативно-правовом режиме предпринимательства, т. е. о соот­ветствии нормативно-правовых форм (законодательства) общедозво­лительному режиму предпринимательства. Одна из основных законо­мерностей здесь такова: чем меньше нормативно-правового регулиро­вания коммерческих отношений, тем больше возможностей для само­регулирования этих отношений.

Предпринимательство как раз и относится к той сфере общест­ва, где определяющим является саморегулирование. Нормативно-правовые формы должны определять здесь лишь необходимые тре-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 35

бования, предъявляемые к предпринимательству, оставляя широкий простор для собственного усмотрения предпринимателя.

Коммерческое законодательство, хотя и не лишено импера­тивных норм, характеризуется преимущественно диспозитивными правилами, отсутствием детальной регламентации отношений, т. е. отражает общедозволительный режим предпринимательской деятельности. В той мере, в какой коммерческое законодательство создает юридические возможности для экономической свободы предпринимателя, оно способствует решению задачи построения правового государства.

Прямо противоположную характеристику следует дать законода­тельству об управлении. Оно отличается детальностью регламентации правил поведения участников управленческих отношений (например, налогового органа и предпринимателя-налогоплательщика); в регули­ровании превалируют императивные нормы, что отражает разреши­тельный режим управленческой деятельности.

Практическое значение теоретических положений о различии нормативно-правовых режимов предпринимательской и управлен­ческой деятельности заключается в том, что они могут быть исполь­зованы и должны использоваться в процессе совершенствования за­конодательства и практики его применения, формирования совре­менного юридического мышления людей и прежде всего должност­ных лиц (депутатов, чиновников, судей).

Правильное определение нормативно-правового режима по­зволяет установить общее направление развития законодательства и наиболее адекватно отразить объективно существующую систему права, выработать концепцию того или иного проектируемого нор­мативного акта, использовать соответствующий юридический ин­струментарий (правовые средства, конструкции, механизмы).

Определение того, какой режим регулирования (обще­дозволительный или разрешительный) должен использоваться при разработке нормативного акта, и есть первый шаг при переводе соци­ально-экономических требований на юридический язык. Именно это определяет стратегию правового регулирования в обществе.

С этой точки зрения весьма примечательно, что в принимаемых законодательных актах о предпринимательстве, особенно в ГК, во­прос об исходном регулирующем начале находит в основном пра­вильное решение. Так, например, п. 1 ст. 49 ГК гласит, что «коммерческие организации, за исключением унитарных предприя­тий и иных видов организаций, предусмотренных законом, могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необхо­димые для осуществления любых видов деятельности, не запрещен­ных законом», т. е. достаточно четко определен режим деятельности коммерческих организаций как общедозволительный. К сожалению, имеются примеры и другого рода, когда в законодательстве

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 36

 (особенно на уровне подзаконных актов) не учитывается различие правовых режимов регламентируемых видов деятельности.

Правовой режим предпринимательства проявляет себя также в структуре коммерческого законодательства, благодаря которой мож­но увидеть, какое соотношение нормативных актов в наибольшей степени обеспечивает общедозволительный режим регулирования. Классификация нормативных актов коммерческого законодатель­ства может быть проведена по различным основаниям: по юриди­ческой силе этих актов, по масштабу их действия, по их назначению и некоторым другим.

Закон и подзаконные нормативные акты – таково подразделение нормативных актов коммерческого законодательства по юриди­ческой силе. Практическое значение такого деления заключается в том, что в случае расхождения закона и подзаконного нормативного акта действует закон. В частности, арбитражный суд, установив при рассмотрении дела несоответствие нормативного акта государствен­ного органа, органа местного самоуправления, иного органа закону, в том числе издание его с превышением полномочий, принимает решение в соответствии с законом (ст. 11 АПК).

Законы принимаются исключительно органами законодатель­ной власти Российской Федерации и ее субъектов (п. 4 ст. 76 Кон­ституции РФ). Другие ветви власти не могут законодательствовать, органы исполнительной власти должны заниматься организацией исполнения законов, а органы судебной власти – разрешать право­вые конфликты.

Законы должны быть основными среди источников коммерче­ского права. Признание верховенства законов, их определяющей ро­ли в системе источников коммерческого права приводит к выводу о необходимости активного использования этой формы выражения права для регулирования коммерческих отношений. При этом ре­альное верховенство законов должно находить выражение не только в формальном превалировании их над другими нормативными акта­ми, но и в самом их содержании, что предполагает преобладание в них норм прямого действия, а также охват именно законами важ­нейших вопросов.

Федеральные законы подразделяются на федеральные консти­туционные законы и другие федеральные законы (ст. 76 Конститу­ции РФ). При этом федеральные конституционные законы обладают большей юридической силой, чем иные федеральные законы.

Среди федеральных конституционных законов наиболее высо­кой юридической силой обладает Конституция РФ (ст. 15 Конститу­ции РФ), в которой содержатся основные нормы жизни общества, в частности нормы о взаимоотношениях личности и государства, об основных правах и свободах личности, о видах и компетенции орга­нов государственной власти. В Конституции РФ содержатся также

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 37

нормы коммерческого права. Так, ст. 8 гласит, что в Российской Фе­дерации гарантируется единство экономического пространства, сво­бодное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, под­держка конкуренции, свобода экономической деятельности. ст. 34 гарантирует каждому право на свободное использование своих спо­собностей и имущества для предпринимательской и иной не запре­щенной законом экономической деятельности.

Важнейшим федеральным законом, своеобразным стержнем частного права является Гражданский кодекс РФ,[7] который объеди­няет общие нормы частного права и специальные нормы, регули­рующие предпринимательскую деятельность. Гражданский кодекс занимает центральное место среди источников коммерческого права как наиболее стабильный акт, гарантирующий предпринимателю наиболее стабильные условия деятельности, вокруг которого груп­пируются специальные законы и подзаконные акты, регулирующие предпринимательскую деятельность. Это в частности выражается также в том, что «нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать... Кодексу» (п. 2 ст. 3 ГК).

Динамика общественной жизни, в частности предприниматель­ства, учитывается в текущих законах. К числу важнейших специаль­ных законов, регламентирующих предпринимательство, можно отнес­ти законы об акционерных обществах, о приватизации, о конкурен­ции и ограничении монополистической деятельности, об инвестици­онной деятельности и многие другие.

Федеральные законы подлежат опубликованию и вступают в силу в соответствии с правилами, предусмотренными Федеральным зако­ном РФ «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Феде­рального Собрания»[8]. Датой принятия федерального закона признается день, когда он утвержден Государственной Думой в окон­чательной редакции, а федерального конституционного закона – день одобрения палатами Федерального Собрания. Названные законы под­лежат опубликованию в течение семи дней после их подписания Пре­зидентом РФ и вступают в силу одновременно на всей территории РФ

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 38

по истечении десяти дней после их официального опубликования, ес­ли в самом законе не установлен иной порядок его вступления в силу.

В соответствии со ст. 76 Конституции РФ законы принимают также субъекты РФ. Например, Закон Санкт-Петербурга от 24 июня 1996 г. «О порядке применения упрощенной системы налогообложе­ния, учета и отчетности для субъектов малого предпринимательства в Санкт-Петербурге».[9] Законы субъектов РФ не могут противоречить федеральным законам, принятым по предметам ведения Российской Федерации и совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ. В случае противоречия между названными законами действует федеральный закон.

В связи с этим следует заметить, что ст. 71 Конституции РФ от­несла к ведению РФ гражданское (коммерческое) и арбитражно-процессуальное законодательство. Соответственно п. 2 ст. 3 ГК уста­навливает, что гражданское (коммерческое) законодательство состоит из ГК и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов, регулирующих гражданские (коммерческие) отношения.

Нормативные акты, не относящиеся к законам, являются под­законными., Это нормативные акты Президента и Правительства РФ, министерств и ведомств, местных органов власти и управления. Среди них ведущую роль играют нормативные акты, издаваемые Президентом РФ и Правительством РФ. Многие из них содержат нормы коммерческого права. Например, Указ Президента РФ от 17 сентября 1994 г. № 1929 «О развитии финансового лизинга в ин­вестиционной деятельности»[10], постановление Правительства РФ от 29 июня 1995 г. № 633 «О развитии лизинга в инвестиционной дея­тельности»[11].

Сфера действия Указов Президента РФ и постановлений Прави­тельства РФ и их юридическая сила различны (п. 3-6 ст. 3 ГК). Указы Президента РФ могут быть приняты по любому вопросу, который вхо­дит в компетенцию Президента РФ (ст. 80-90 Конституции РФ), но не должны противоречить законам. Постановления Правительства РФ могут быть приняты лишь на основании и во исполнение законов и указов Президента РФ. В случае противоречия указа Президента РФ или постановления Правительства РФ закону применяется соответ­ствующий закон. В случае противоречил постановления Правитель­ства РФ указу Президента РФ применяется указ.

Указы Президента РФ и постановления Правительства РФ под­лежат опубликованию и вступают в силу в соответствии с правилами, предусмотренными Указом Президента РФ от 23 мая 1996 г. № 763 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Рос­сийской Федерации, Правительства Российской Федерации и норма-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 39

тивных правовых актов федеральных органов исполнительной влас­ти».» Указы Президента РФ, имеющие нормативный характер, всту­пают в силу на всей территории Российской Федерации одновременно по истечении семи дней после дня их первого официального опубли­кования в «Российской газете» или в «Собрании законодательства РФ», если иной срок не определен соответствующим указом. Поста­новления Правительства РФ, затрагивающие права, свободы и обя­занности человека и гражданина, устанавливающие правовой статус федеральных органов исполнительной власти, а также организаций, вступают в силу одновременно на всей территории РФ по истечении семи дней после дня их первого официального опубликования в тех же печатных органах.

Нормы коммерческого права могут содержаться в нормативных актах министерств и иных федеральных органов исполнительной власти (ведомственных нормативных актах). Например, Минфин РФ издал приказ от 30 апреля 1996 г. № 43 «О выпуске облигаций государ­ственного сберегательного займа Российской Федерации седьмой се­рии»[12]. Однако следует иметь в виду, что министерства и иные феде­ральные органы исполнительной власти могут издавать нормативные акты, содержащие нормы коммерческого права, лишь в случаях и в пределах, предусмотренных законами и иными правовыми актами (п. 7 ст. 3 ГК), т. е. сфера нормотворческой деятельности названных органов власти существенно ограничена.

Ведомственные нормативные акты подлежат опубликованию и вступают в силу в соответствии с правилами, предусмотренными на­званным выше Указом Президента РФ от 23 мая 1996 г. № 763. В со­ответствии с ним ведомственные нормативные акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавли­вающие правовой статус организаций или носящие межведомствен­ный характер, прошедшие государственную регистрацию в Мини­стерстве юстиции РФ, подлежат официальному опубликованию в га­зете «Российские вести», кроме актов или отдельных их положений, содержащих сведения, составляющие государственную тайну или сведения конфиденциального характера. Официальное опубликова­ние осуществляется в течение 10 дней после их государственной ре­гистрации. Акты, не прошедшие государственную регистрацию, а также зарегистрированные, но не опубликованные в установленном порядке, не влекут за собой правовых последствий как не вступив­шие в силу и не могут служить законным основанием для регулиро­вания соответствующих отношений. На указанные акты нельзя ссы­латься при разрешении споров[13].

Завершая характеристику вопроса о соотношении законов и подзаконных нормативных актов, необходимо отметить, что в на-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 40

стоящее время наметилась тенденция к увеличению количества и роли законов среди источников права, и коммерческого права в частности. Это стало возможным благодаря переходу от директивно­го (прямого) управления экономикой к ее правовому (косвенному) регулированию.

Управленческий подход к экономике был естественным, когда централизованная экономическая власть находилась в руках госу­дарства – монопольного собственника. Граждане, их объединения и общество в целом рассматривались как объекты управления со сто­роны государства. Члены общества зависели от государства и его чи­новников, которые руководствовались не законами, а указаниями центральной власти, т. е. использовали административные методы управления. Статус участника экономических отношений и его воз­можности также определялись не законом, а усмотрением органов исполнительной власти.

Отказ от управленческого подхода к экономике позволяет перей­ти к правовому регулированию, к установлению правил поведения на рынке непосредственно в законе. Теперь предприниматели должны ориентироваться не на указания «вышестоящих инстанций», а на за­кон, в котором должно содержаться все необходимое: и то, как при­обрести статус предпринимателя, и то, как вести предпринимательс­кую деятельность и т. п.

Переход от подзаконного регулирования к преимущественному регулированию непосредственно законом – одна из главных тен­денций развития современного российского законодательства. В на­стоящее время необходимо добиться, чтобы закон имел по возмож­ности прямое действие и лишь по необходимости отсылал к подза­конным актам. Пока, к сожалению, этого в достаточной мере не до­стигнуто. Новейшие законы по-прежнему обрастают подзаконными нормативными актами, различными положениями, инструкциями, приказами и т. п. Для того чтобы закон имел прямое действие, он должен быть достаточно подробным, детализированным ровно в та­кой степени, в какой сможет непосредственно регулировать соответ­ствующие отношения.

При этом следует иметь в виду, что детальной регламентации в законах должна быть подвергнута деятельность органов публичной власти (публичные отношения), их компетенция и ответственность должны быть четко зафиксированы, их власть должна быть ограни­чена по принципу «можно только то, что разрешено законом». Что же касается предпринимательской деятельности как сферы частной жизни, то здесь необходимо отказаться от детального право­вого регулирования, от перечневого метода предоставления прав и перейти к методу признания их прав по принципу «можно все, что не запрещено законом». Применительно к предпринимательской деятельности в законе должны быть детально определены обязан-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 41

ности предпринимателя перед обществом (публичные обязанности), т. е. те обязанности предпринимателя, которые корреспондируют компетенции органов публичной власти (например, обязанность платить налоги).

В целом же в сфере предпринимательства необходимо широкое законодательное (а не подзаконное и тем более ведомственное) и договорное (т. е. саморегулирование за рамками определенного за­коном) регулирование, основывающееся на непреходящей ценности интереса и инициативы предпринимателей, и соответственно долж­на быть сужена сфера «нормативного администрирования».


[1] СЗРФ. 1996. № 1. ст. 1.

[2] СЗ РФ. 1995. № 22. ст. 1977.

[3] СЗ РФ. 1996. № 6. ст. 492.

[4] Яковлев В.Ф Отраслевая дифференциация и межотраслевая интеграция как основы системы законодательства// Правоведение. 1975. № 1. С. 18.

[5] СЗ РФ. 1995. № 29. ст. 2757.

[6] Богуславский М.М. Международное частное право. М., 1994. С. 49.

[7] С учетом действия на территории РФ Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик (до принятия третьей части Гражданского кодекса РФ), ко­торые по существу являются инкорпорированным (включенным) в российское зако­нодательство актом, внесшим изменения в ГК РСФСР 1964 г. (действует также до принятия третьей части Гражданского кодекса РФ); О регулировании гражданских правоотношении в период проведения экономической реформы. Постановление Верховного Совета РФ от 14 июля 1992г. // Ведомости РФ. 1992. № 30. ст. 1800; О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории Рос­сийской Федерации. Постановление Верховного Совета РФ от 3 марта 1993 г. // Ве­домости РФ. 1993. № 11. ст. 393.

[8] СЗ РФ. 1994. № 8. ст. 801.

[9] Санкт-Петербургские ведомости. 1996. 29 июня.

[10] СЗ РФ. 1994. № 22. ст. 2463.

[11] СЗ РФ. 1995. № 27. ст. 2591.

[12] СЗ РФ. 1996. № 22. ст. 2663.

[13] БНА. 1996 . № 1. С. 8.

Нормативные акты централизованного регулирования и локаль­ные нормативные акты. По масштабу действия нормативные акты коммерческого законодательства могут быть подразделены на нор­мативные акты централизованного регулирования, принятые теми или иными государственными органами или органами местного са­моуправления, и локальные нормативные акты. В свою очередь, как отмечалось выше, нормативные акты государственных органов и органов местного самоуправления подразделяются на: нормативные акты федеральных органов власти и управления РФ; нормативные акты органов власти и управления республик в составе РФ; норма­тивные акты органов власти и управления автономной области, ав­тономных округов в составе РФ; нормативные акты органов власти и управления краев, областей, городов федерального значения РФ (Москвы и Санкт-Петербурга); нормативные акты органов местного самоуправления. Такое распределение означает распределение ком­петенции в регулировании отношений, в том числе в сфере пред­принимательства, между названными выше органами.

Общая тенденция, которая здесь наблюдается, – это перерас­пределение компетенции в регулировании общественных отноше­ний в направлении «сверху вниз», в пользу республиканских в соста­ве РФ и других[1], вплоть до органов местного самоуправления[2]. Это объясняется тем, что в условиях децентрализации экономики и активизации регионального самоуправления соответствующие ре­гиональные органы стремятся проводить самостоятельную социаль­но-экономическую политику, в том числе принимать нормативные акты, регулирующие деятельность предпринимателей на своих тер­риториях.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 42

Законодательство о предпринимательстве, как отмечалось вы­ше, в основе своей относится к сфере ведения федерации. Интерна­ционализация экономической жизни, как одна из главных тенден­ций, ведет к созданию единого мирового рынка товаров, капиталов, услуг и соответственно вызывает необходимость унификации право­вого регулирования отношений в сфере экономики. На региональ­ном уровне подобные процессы идут в Европе, Юго-Восточной Азии, Северной Америке и ряде других регионов. Создание единого рыночного пространства необходимо также в рамках СНГ, не говоря уже о России.

Выделяя нормативные акты централизованного регулирования, следует иметь в виду, что к ним относятся и те, которые приняты госу­дарственными органами Союза ССР. Они инкорпорированы в зако­нодательство Российской Федерации. Это вытекает из постановления Верховного Совета РФ от 12 декабря 1991 г. «О ратификации Согла­шения о создании Содружества Независимых Государств». В соот­ветствии с этим постановлением на территории Российской Федера­ции до принятия соответствующих законодательных актов Россий­ской Федерации применяются нормы бывшего Союза ССР в части, не противоречащей Конституции РФ и законодательству РФ[3].

Локальные акты закрепляют индивидуально-правовой статус предпринимателя, они принимаются органами управления коммер­ческой организации и обязательны к исполнению в данной коммер­ческой организации. Имеются в виду уставы юридических лиц, по­ложения о структурных подразделениях юридического лица, правила внутреннего трудового распорядка и многие другие акты, действую­щие в коммерческих организациях. По существу названные акты яв­ляются локальными нормативно-правовыми актами, используе­мыми органами управления коммерческой организации в регулиро­вании локальных (внутрипроизводственных) отношений. Их не сле­дует смешивать с индивидуально-правовыми локальными актами, например, с приказами руководителя коммерческой организации об увольнении кого-либо с работы[4].

В коммерческой организации могут быть приняты любые реше­ния, в том числе общенормативного характера, если они не противо­речат нормативным актам централизованного регулирования. Поэто­му локальное нормотворчество – это сфера самоуправления коммер­ческой организации. Наблюдаемая здесь тенденция заключается в расширении сферы локального нормотворчества и соответственно су­жении сферы централизованного регулирования предприниматель­ской деятельности, в закреплении в нормативных актах централизо-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 43

ванного регулирования лишь минимальных (необходимых и доста­точных) требований к предпринимательству, составляющих объек­тивно-правовые границы свободы предпринимательства.

Органы управления коммерческой организации относительно свободны в определении содержания локальных актов, но они долж­ны учитывать: а) императивные требования нормативных актов централизованного регулирования, которые действуют независимо от того, включены они в тексты локальных актов или нет (например, требование о формировании уставного капитала акционерного об­щества – ст. 99 ГК); б) распределение нормотворческой компетен­ции между органами управления коммерческой организации, если их несколько (например, в акционерном обществе – ст. 103 ГК).

В разработке локальных нормативных актов большую помощь призваны оказывать примерные уставы, положения, правила, догово­ры, разрабатываемые различными методическими центрами и яв­ляющиеся источниками коммерческого права рекомендательного ха­рактера. Названные примерные (рекомендательные) акты не следует смешивать с типовыми договорами, положениями и т. п. , которые в случаях, предусмотренных законом, может издавать Правительство РФ и которые являются обязательными для участников коммерческих отношений (п. 4 ст. 426 ГК).

Актом локального правотворчества являются также договоры, в которых по соглашению сторон устанавливаются локальные предпи­сания, учитываются индивидуальные интересы сторон. Границы ло­кального договорного регулирования (индивидуальной воли сторон до­говора) определены нормативными актами централизованного регули­рования (государственной волей), но в пределах этих границ воля участ­ников не только определяет те условия, которые им необходимы, но и осуществляет регулятивный процесс локального правотворчества: изби­рается определенный вариант решения, скрепленный соглашением сто­рон (ст. 421, 422 ГК). Раньше праворегулирующая функция договора фактически не рассматривалась, поскольку она в достаточной степени и не проявлялась, была заслонена административным диктатом. В новых условиях роль локального, и в частности договорного регулирования коммерческих отношений, по существу стала одной из ведущих[5]. Это объясняется тем, что в области предпринимательства, во-первых, про­изошел отказ от административного регулирования, а, во-вторых, нор­мативное регулирование теперь представлено главным образом диспозитивными нормами. В условиях рыночной экономики договор безус­ловно становится основным способом регулирования коммерческих от­ношений. Ведь рынок вообще, как сфера саморегулирования, – это и есть совокупность свободных действий (взаимодействия), т. е. договоров и порождаемых ими отношений.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 44

До принятия нового ГК существовала определенная неоднознач­ность в трактовке договоров присоединения (так называемого форму­лярного права), т. е. обычных договоров в сфере предприниматель­ства, условия которых заранее разрабатываются предпринимателями-услугодателями, а услугополучателю при заключении таких договоров остается только присоединиться к ним. По мнению некоторых авто­ров[6], такая практика предосудительна, так как только предприниматель-услугодатель, навязывающий свои условия услугополучателю, фактически пользуется благом свободы договора, а услугополучатель лишен возможности повлиять на содержание договора; таким образом крупные компании якобы присваивают себе нормотворческие право­мочия.»

В настоящее время правила о договоре присоединения нашли за­крепление в ст. 428 ГК, тем самым легально преодолена его негативная оценка. Действительно, если условия такого договора противоречат закону и иным правовым актам, то они должны признаваться недей­ствительными. В пределах же нормативных актов централизованного регулирования это обычная практика по заключению договоров, на­правленная на ускорение данного процесса и торгового оборота в це­лом, когда у предпринимателя (банка, страховой компании, тран­спортной организации и т. п. ) имеется огромная клиентура. Трудно се­бе представить, например, что пассажиры заключают договоры пере­возки не путем приобретения билета в кассе, а в результате перегово­ров и заполнения документа. Другое дело: в рыночных условиях долж­ны предоставляться разнообразные услуги (на любой вкус) и тогда выбор качества услуг и будет олицетворять свободу договора.

Общие и специальные нормативные акты. Такое подразделение нормативных актов коммерческого законодательства осуществляет­ся в зависимости от их назначения. В отличие от предыдущих клас­сификаций нормативных актов (по их юридической силе и масштабу действия), имеющих универсальный характер, классификация по их назначению является специальной, отражающей по существу соот­ношение гражданского и коммерческого права.

Общие нормативные акты предназначены для всех субъектов частного права, в том числе и для предпринимателей, и закрепляют общие правила поведения без учета тех или иных особенностей пред­принимательской деятельности. Специальные нормативные акты от­ражают особенности правового регулирования в сфере предпринима­тельства. Так, статус юридического лица определен в общих нормах ГК (п. 1 ст. 48), статус коммерческой организации – в специальных нормах ГК (ст. 50), а статус акционерного общества, кроме того (п. 1 ст. 96 ГК), в специальном нормативном акте – Законе РФ «Об акцио­нерных обществах».

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 45

Практическое значение деления нормативных актов на общие и специальные, как отмечалось, заключается в том, что специальным актам в процессе правоприменения отдается предпочтение перед общими. Нормы общих актов применяются лишь тогда, когда отно­шение не урегулировано либо не в полной мере урегулировано в спе­циальном нормативном акте.

Между общим и специальным законодательством имеется не­разрывная связь. Специальное законодательство базируется на об­щем законодательстве и зависимо от него, поскольку использует конструкции и категории общих нормативных актов как данные. В этом смысле без общих нормативных актов невозможно существо­вание и тем более применение специальных нормативных актов. Так, применяя нормы о сделках, участниками которых являются предприниматели (например, по поставке), необходимо учитывать общие правила о сделках, в том числе общие положения о купле-продаже, применяемые к отношениям по поставке.

Общее законодательство более стабильно, так как оно отражает систему объективного права непосредственно и содержит достаточ­но абстрактные (общие) нормы: о лицах, о сделках, о сроках и т. п. Специальное законодательство более подвижно, поскольку связано с объективной системой права опосредованно через общее законода­тельство. Оно содержит более конкретные нормы, отражающие эко­номическую политику данного периода развития общества. Это на­глядно проявляется в том, что многие специальные законы за по­следние несколько лет претерпели изменения и действуют в настоя­щее время в новой редакции. Например, Закон РФ «О банках и бан­ковской деятельности» действует в редакции от 3 февраля 1996 г.

Такая высокая динамичность коммерческого законодательства как раз и является объяснением того, что оно развивается главным образом за пределами ГК. Так, правовой статус большинства ком­мерческих организаций определяется отдельными специальными законами.

Отмечая изменчивость специального законодательства, следует подчеркнуть, что в то же время предпринимательство не терпит не­стабильности, поэтому следует стремиться облечь правила о нем в максимально стабильные нормативно-правовые формы – законы.

Общедозволительный режим правового регулирования прояв­ляет себя в содержании как общих, так и специальных нормативных актов коммерческого законодательства, но в первом случае исклю­чений из общего правила («можно все...») меньше, чем во втором, который может характеризоваться значительной дифференциацией правового регулирования. Может случиться так, что количество ис­ключений (специальных правил) сведет на нет сам общедозволи­тельный режим регулирования (общее правило), что нередко и про­исходит.

На наш взгляд, в настоящее время первостепенное значение имеет не столько дифференциация законодательства (хотя это и необ­ходимое условие эффективности законодательства, учитывающего

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 46

особенности правового регулирования), сколько его унификация. Но­вые законодательные акты в сфере предпринимательства носят общий характер, но это не столько недостаток, сколько их достоинство. Тако­ва прогрессивная тенденция, свидетельствующая о том, что свобода субъектов предпринимательства имеет широкие рамки и в значитель­ной мере устранено жесткое, всепроникающее «нормативное админи­стрирование» – корень зла тоталитарных режимов.

Дифференциация законодательства, принятие специальных нормативных актов, безусловно, необходимая черта современного за­конодательства, но их чрезмерность практически всегда свидетель­ствует о значительном усилении регулирующей (детально регламенти­рующей) роли государства, о его вмешательстве в ту или иную сферу частной жизни общества, о сужении инициативы и самостоятельности субъектов частного права. Достаточно сравнить, например, правовой режим имущества предприятий по прежнему законодательству и по действующему. В первом случае – это детальная дифференциация фондов и их правового режима, отсутствие свободы владения, пользо­вания и распоряжения имуществом, во втором – это широкие воз­можности самой коммерческой организации по формированию фон­дов и определению направлений их использования.

Унификация законодательства ведет к укрупнению и упроще­нию нормативного материала и тем самым – к установлению более общих и стабильных требований, предъявляемых к участникам част­ной жизни. В этой связи уже в настоящее время становится актуаль­ной проблема унификации коммерческого законодательства и, в частности большинства его институтов: законодательства о привати­зации, налогового, инвестиционного, внешнеэкономического и ряда других, которые представляют собой необозримое количество спе­циальных указов, постановлений, инструкций, писем, телеграмм и т. п. и создают благоприятные условия для злоупотреблений.


[1] Такова общая концепция всех федеративных договоров, заключенных Рос­сийской Федерацией с субъектами РФ. Они вместе с Конституцией РФ устанавли­вают исключительную сферу ведения РФ и области совместного ведения РФ и субъ­ектов РФ. Все остальные вопросы, в том числе относящиеся к нормотворчеству, яв­ляются сферой ведения субъектов РФ.

[2] Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации. Федеральный закон РФ от 28 августа 1995 г. // СЗ РФ. 1995. № 35. ст. 3506.

[3] Ведомости РФ. 1991. № 51. ст. 1798.

[4] Необходимо отметить, что вопрос о природе локальных актов является спор­ным, особенно большое внимание ему уделяется в науке трудового права (см., напр.: Антонова Л.И. Локальное правовое регулирование. Л., 1985).

[5] Пугинскии Б.И., Сафиуллин Д.Н. Правовая экономика: Проблемы становления. М., 1991. С. 144.

[6] Кулагин М.И. Предпринимательство и право: Опыт Запада. М., 1992. С. 30.

 

Глава II. СУБЪЕКТЫ КОММЕРЧЕСКОГО ПРАВА. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

§ 1. Понятие и виды предпринимателей

Понятие предпринимателя. Юридическое понятие предприни­мателя основывается на цивилистическом учении о лицах. Субъек­тами гражданского права являются лица: физические и юридиче­ские. Как отмечалось ранее, частные лица в преломлении к пред­принимательству получают дополнительную характеристику, высту­пают в коммерческом обороте не просто как частные (физические и юридические) лица, а как квалифицированные частные лица – предприниматели в соответствующих организационно-правовых формах: индивидуальные предприниматели, хозяйственные товари­щества, хозяйственные общества, производственные кооперативы, государственные и муниципальные унитарные предприятия.

Таким образом, предприниматель – это лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность. Факт осуществления лицом предпринимательской деятельности является основанием для призна­ния его особым субъектом гражданского права – предпринимателем и определяет необходимость предъявления к нему и его деятельности особых требований со стороны законодателя.

Законодательству России, где коммерческое право не выделено из гражданского и сохранена единая система частного права, не из­вестно формально-юридическое понятие предпринимателя. Вместе с тем в нем содержится множество норм и даже институтов права, пред­усматривающих специальные правила об организации и деятельности лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Так, в ГК содержатся специальные нормы о предпринимательской деятельности граждан (ст. 23), несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя (ст. 25), коммерческих организаций (ст. 50 и др.), имеются отсылки к обычаям делового оборота (ст. 5 и др.) и т. д. Все это свидетельствует о необходимости уяснения, кто является предпри­нимателем по российскому законодательству и каковы те особые пра­вила, которые применяются к нему и его деятельности.

Признание за лицом статуса предпринимателя является важ­ным юридическим фактом и влечет за собой определенные юриди­ческие последствия.

Во-первых, сделки, заключенные предпринимателем, презюмируются связанными с его предпринимательской деятельностью и

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 48

квалифицируются как торговые, т. е. подчиняются специальному режиму правового регулирования. Вывод о существовании такой презумпции основан на том, что отношения между предпринимате­лями или с их участием специально выделяются в структуре предме­та гражданского права (п. 1 ст. 2 ГК).

Кроме того, применительно к физическим лицам, осуществляю­щим предпринимательскую деятельность, установлено правило о том, что гражданин, осуществляющий такую деятельность с нарушением требования о государственной регистрации, не вправе ссылаться в от­ношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила Гражданского кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (п. 4 ст. 23 ГК).

Названная выше презумпция может быть опровергнута доказа­тельством того, что данная сделка не относится к деятельности лица как предпринимателя, т. е. обоснованием чисто гражданского харак­тера спорного обязательства, не связанного с предпринимательской деятельностью лица[1]. Учет того обстоятельства, что лицо может вы­ступать в обороте в разных юридических масках (ролях), весьма ва­жен с точки зрения правильного применения норм права.

Во-вторых, признание за лицом статуса предпринимателя воз­лагает на него ряд специальных обязанностей и предоставляет ему дополнительные права.

Возложение дополнительных обязанностей, подчиняющих дея­тельность предпринимателей более строгому режиму, преследует цель обеспечить интересы других лиц, взаимодействующих с пред­принимателем. К таким обязанностям, в частности, относятся: пу­бликация сведений о предпринимателе в едином государственном реестре юридических лиц, открытом для всеобщего ознакомления и дающем представление другим лицам о правовом положении пред­принимателя (ст. 51 ГК); ведение учета предпринимательской дея­тельности, что служит целям контроля за ее проведением, а при воз­никновении споров с другими лицами облегчает доказательство фак­тов проведения хозяйственных операций (см. например, ст. 88 Зако­на РФ «Об акционерных обществах»); предоставление предприни­мателем в установленном порядке информации о своей деятельности (например, о принятии решения о ликвидации юридического лица – ст. 62 ГК); предоставление предпринимателями финансовой от­четности для налогообложения их деятельности и др.

Предоставляя предпринимателям дополнительные права, зако­нодатель закрепляет за ними некоторые прерогативы. Например, коммерческие организации имеют исключительное право на исполь-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 49

зование фирменного наименования (п. 4 ст. 54 ГК) или другой объект интеллектуальной собственности (ст. 138 ГК). В частности, фирмен­ное наименование индивидуализирует предпринимателя и его дея­тельность в коммерческом обороте, что обусловливает его важное зна­чение в конкурентной борьбе. Исключительность права на фирменное наименование состоит в том, что другие предприниматели не вправе пользоваться им в деловом обороте без согласия правообладателя.

Следует отметить, что не любое физическое и юридическое ли­цо может быть предпринимателем.

В исключение правил ст. 18, п. 2 ст. 22 ГК, определяющих со­держание и объем правоспособности физических лиц, в частности указывающих на то, что граждане могут заниматься предпринима­тельской деятельностью, а незаконное ограничение их прав зани­маться предпринимательской деятельностью влечет недействитель­ность акта государственного или иного органа, устанавливающего соответствующее ограничение, законом могут быть установлены ограничения права заниматься предпринимательской деятельностью для определенных граждан.

Прежде всего, это ограничение касается государственных слу­жащих, т. е. граждан РФ, исполняющих в порядке, установленном федеральным законом, обязанности по государственной должности государственной службы за денежное вознаграждение, выплачи­ваемое за счет средств федерального бюджета или средств бюджета соответствующего субъекта РФ (п. 1 ст. 3 Федерального закона РФ от 31 июля 1995 г. «Об основах государственной службы Российской Федерации»[2]). В соответствии со ст. 11 того же закона государствен­ный служащий не вправе заниматься предпринимательской деятель­ностью лично или через доверенных лиц.

На недопустимость участия в предпринимательской деятель­ности должностных лиц органов государственной власти и государ­ственного управления указано также в ст. 9 Закона РФ от 22 марта 1991 г. «О конкуренции и ограничении монополистической деятель­ности на товарных рынках» (с изменениями от 24 мая 1995 г.)[3]. В частности, отмечается, что названным лицам запрещается занимать­ся самостоятельной предпринимательской деятельностью; иметь в собственности предприятия; самостоятельно или через представителя голосовать посредством принадлежащих им акций, вкладов, паев, до­лей при принятии решений общим собранием хозяйственного това­рищества и общества; занимать должности в органах управления хо­зяйствующего субъекта.

Ограничения на занятие предпринимательской деятельностью установлены для служащих бирж. Так, служащим товарной биржи запрещается участвовать в биржевых сделках и создавать собствен­-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 50

ные брокерские фирмы, а также использовать служебную информа­цию в собственных интересах (п. 2 ст. 32 Закона РФ от 20 февраля 1992 г. «О товарных биржах и биржевой торговле»[4]). В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. «О рынке ценных бумаг»[5] служащие фондовой биржи не могут быть учредителями и участниками профессиональных участников рынка ценных бумаг – юридических лиц, а также самостоятельно участвовать в качестве предпринимателей в деятельности фондовой биржи.

Эти и другие, установленные законом ограничения на занятие предпринимательской деятельностью объясняются тем, что в силу общественного (должностного, служебного) положения определен­ных лиц возможно столкновение их собственных интересов с пред­принимательскими интересами других лиц, которым они обязаны содействовать по занимаемой должности.

Применительно к юридическим лицам также следует заметить, что не всякое из них является предпринимателем. В силу ст. 50 ГК РФ юридические лица подразделяются на две группы: коммерческие и не­коммерческие организации. Критерием такого разграничения являет­ся характер основной цели деятельности юридического лица.

Организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности, признаются коммерческими. Они создаются в форме хозяйственных товариществ, хозяйственных об­ществ, производственных кооперативов, государственных и муници­пальных унитарных предприятий. Перечень организационно-правовых форм коммерческих организаций, указанный в Граждан­ском кодексе, является исчерпывающим.

Организации, не имеющие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и не распределяющие получен­ную прибыль между участниками, являются некоммерческими. Они могут осуществлять предпринимательскую деятельность лишь по­стольку, поскольку это служит достижению основных целей, ради которых они созданы, и соответствующую этим целям. Во всяком случае предпринимательская деятельность для таких организаций не является основной.

Некоммерческие организации могут создаваться в форме потре­бительских кооперативов, общественных или религиозных организа­ций (объединений), финансируемых собственником учреждений, благотворительных и иных фондов, а также в других формах, пред­усмотренных законом. Иначе говоря, перечень организационно-правовых форм некоммерческих организаций, приведенный в Граж­данском кодексе, не является исчерпывающим. Организационно-правовые формы таких организаций могут быть определены другими законами. Так, в силу ст. 1 Федерального закона РФ от 15 июня 1996 г.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 51

«О товариществах собственников жилья» товарищество собственни­ков жилья является некоммерческой организацией[6]. В соответствии со ст. 11 Федерального закона РФ от 22 апреля 1996 г. «О рынке ценных бумаг» фондовая биржа создается в форме некоммерческого парт­нерства[7]. Создание некоммерческих организаций в организационно-правовых формах, не предусмотренных законом, не допускается.

В случаях, связанных с представительством предпринимателя, предпринимателем остается сам представляемый, т.е. лицо, от име­ни которого совершаются юридические действия представителем и для которого возникают правовые последствия этих действий.

Г.Ф. Шершеневич писал: «Несущественно, ведет ли купец сам дело или поручает его полностью доверенному; несущественно, принадлежит ли ему на праве собственности предприятие, потому что он может быть его арендатором – и все же купцом будет он, а не собственник; несущественно, за чей счет ведется торговля, и если бы в действительности за спиной купца, как подставного лица, скрыва­лось другое лицо, имущественно заинтересованное в успехе, – все же купец будет тот, от имени кого ведется дело»[8]. При этом, разу­меется, что в определенных случаях представитель также может быть предпринимателем, например, поверенный, действующий как пред­приниматель.

К основным видам представительства в сфере предпринима­тельства относятся: представительство, осуществляемое служащими коммерческой организации, представительство, осуществляемое различного рода самостоятельными агентами, которые заключают сделки от имени представляемого и находятся с ним в постоянных отношениях.

Особенность правового положения представителя по россий­скому законодательству состоит в том, что не признаются представи­телями те лица, которые выступают хотя и в чужом интересе, но от собственного имени. В качестве таковых в п. 2 ст. 182 ГК, в част­ности, названы коммерческие посредники, конкурсные управляю­щие при банкротстве, лица, уполномоченные только на вступление в переговоры относительно возможных в будущем сделок.

Представителями первого рода – служащими коммерческой организации – выступают физические лица, действующие на осно­вании трудового договора, в служебную функцию которых входит осуществление представительства коммерческой организации руко­водители, заместители руководителей коммерческих организаций, юрисконсульты и др.

Названные лица не являются предпринимателями, так как а) они действуют не от своего имени, а от имени коммерческой организации,

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 52

исполняя трудовые обязанности в соответствии с занимаемой долж­ностью в коммерческой организации, б) осуществляют деятельность не на свой риск и несут трудовую ответственность за виновные противо­правные действия (бездействие), связанные с осуществлением ими слу­жебных функций, в) основной целью их деятельности не является си­стематическое извлечение прибыли, они получают вознаграждение за труд в соответствии с занимаемой должностью; г) они не подлежат госу­дарственной регистрации в качестве предпринимателя, а действуют на основании трудового договора. Иначе говоря, названные лица являются субъектами трудового, а не коммерческого права.

Представителями второго рода являются лица (физические или юридические), не находящиеся в служебных отношениях с предпри­нимателем Они сами могут быть и, как правило, являются предпри­нимателями, например, поверенный в договоре поручения (п. 3 ст. 972 ГК), товарищ в договоре простого товарищества (п. 1ст. 1044 ГК)и др.

В соответствии со ст. 184 ГК РФ коммерческим представителем является лицо, постоянно и самостоятельно представительствующее от имени предпринимателей при заключении ими договоров в сфере предпринимательства. Особенность коммерческого представитель­ства состоит в том, что коммерческий представитель может одновре­менно представлять разные стороны в сделке при условии согласия этих сторон либо в случаях, прямо предусмотренных законом. Ком­мерческое представительство осуществляется на основании пись­менного договора, содержащего указание на полномочия представи­теля, а при отсутствии таких указаний – также и доверенности.

Коммерческий представитель вправе требовать уплаты обус­ловленного вознаграждения и возмещения понесенных им при ис­полнении поручения издержек от сторон договора в равных долях, если иное не предусмотрено соглашением между ними. На коммер­ческого представителя возлагается обязанность сохранять в тайне сведения о совершаемых им торговых сделках, в том числе и после данного ему поручения.

Особенности коммерческого представительства в отдельных сферах предпринимательской деятельности устанавливаются зако­ном и иными правовыми актами.

Предприниматели (индивидуальные предприниматели, ком­мерческие организации), являясь самостоятельными субъектами права, осуществляют предпринимательскую деятельность посред­ством эксплуатации своего предприятия – имущественного ком­плекса (объекта права), используемого для осуществления предпри­нимательской деятельности (ст. 132 ГК).

Следует обратить внимание на то, что термин «предприятие» используется в юридической науке и законодательстве в разном зна­чении объекта либо субъекта права. Так, Гражданский кодекс не

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 53

ограничился использованием указанного термина только для обо­значения определенного объекта права В виде исключения термин «предприятие» используется для обозначения организационно-правовой формы коммерческих организаций – государственных и муниципальных унитарных предприятий (ст. 113–115 ГК). Сходная картина с использованием термина «предприятие» наблюдается и в других странах[9].

Учитывая сказанное, под предприятием следует понимать имущество (объект права) как средство предпринимательской дея­тельности, принадлежащее предпринимателю, являющемуся субъек­том права на предприятие В этой связи правильнее говорить не о руководителе предприятия (его работнике), а о руководителе ком­мерческой организации, являющимся ее представителем, высту­пающим в торговом обороте от ее имени. Точно так же не предприя­тие обладает фирменным наименованием и подлежит регистрации в едином государственном реестре юридических лиц, а само это юри­дическое лицо – предприниматель. Несостоятельным (банкротом) признается предприниматель, но не предприятие как объект права

Вицы предпринимателей. Прежде всего все предприниматели под­разделяются на две группы: индивидуальные предприниматели – фи­зические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица; предприниматели – юридиче­ские лица (коммерческие организации).

Классификация коммерческих организаций может быть прове­дена по основаниям, подобно тому как классифицируются юридиче­ские лица вообще.

Так, в зависимости от прав учредителей (участников) в отноше­нии коммерческих организаций или их имущества можно выделить а) коммерческие организации, в отношении которых их участники имеют обязательственные права; хозяйственные товарищества, хозяй­ственные общества, производственные кооперативы, б) коммерческие организации, на имущество которых их учредители (участники) имеют право собственности или иное вещное право – государственные и му­ниципальные унитарные предприятия. По данному критерию выде­ляется также группа юридических лиц, в отношении которых их участники не имеют имущественных прав (ни вещных, ни обязатель­ственных). Однако среди них коммерческих организаций нет (ст. 48 ГК РФ).

В зависимости от вида вещного права на имущество коммер­ческой организации различаются: а) коммерческие организации, об­ладающие правом собственности на имущество: хозяйственные то­варищества, хозяйственные общества, производственные коопера­тивы; б) коммерческие организации, обладающие правом хозяй­ственного ведения на имущество: государственные и муниципаль-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 54

ные унитарные предприятия (кроме казенных); в) коммерческие организации, обладающие правом оперативного управления на имущество, казенные предприятия. В связи с отмеченным следует особо подчеркнуть, что по действующему законодательству исклю­чается возможность создания и деятельности коммерческих органи­заций, как впрочем и других юридических лиц, только на базе иму­щества, полученного по договору (аренды, займа и т. п. ), при от­сутствии вкладов учредителей в уставный (складочный) капитал коммерческой организации.

Наряду с другими возможными классификациями коммерческих организаций обращает на себя внимание их классификация по орга­низационно-правовым формам: хозяйственные товарищества (полные и на вере), хозяйственные общества (с ограниченной ответствен­ностью, с дополнительной ответственностью, закрытые и открытые акционерные общества), производственные кооперативы, государ­ственные и муниципальные предприятия (действующие на праве хо­зяйственного ведения либо на праве оперативного управления).

Как уже отмечалось, перечень организационно-правовых форм коммерческих организаций дан непосредственно Гражданским кодек­сом и является исчерпывающим. Со дня официального опубликования части первой ГК (8 декабря 1994г.) коммерческие организации могут создаваться исключительно в тех организационно-правовых формах, которые предусмотрены ГК. В то же время в ст. 6 Федерального закона РФ от 30 ноября 1994 г. «О введении в действие части первой Граждан­ского кодекса Российской Федерации» предусмотрен механизм посте­пенного перехода к новым организационно-правовым формам коммер­ческих организаций.

Предусмотрено, что к полным товариществам, смешанным то­вариществам, товариществам с ограниченной ответственностью, ак­ционерным обществам закрытого типа и акционерным обществам открытого типа, созданным до официального опубликования части первой ГК, применяются соответствующие нормы гл. 4 ГК о полном товариществе (ст. 69–81), товариществе на вере (ст. 82–86), об­ществе с ограниченной ответственностью (ст. 87–94), акционерном обществе (ст. 96–104).

Учредительные документы этих хозяйственных товариществ и обществ до приведения их в соответствие с нормами гл. 4 ГК дей­ствуют в части, не противоречащей указанным нормам.

Учредительные документы полных товариществ и смешанных товариществ, созданных до официального опубликования части пер­вой ГК, подлежали приведению в соответствие с нормами гл. 4 ГК не позднее 1 июля 1995 г.

Учредительные документы товариществ с ограниченной ответ­ственностью, акционерных обществ и производственных кооперати­вов, созданных до официального опубликования части первой ГК,

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 55

подлежат приведению в соответствие с нормами гл. 4 ГК об общест­вах с ограниченной ответственностью, акционерных обществах и о производственных кооперативах в порядке и сроки, которые будут определены соответственно при принятии законов об обществах с ограниченной ответственностью, об акционерных обществах и о производственных кооперативах.

В соответствии с п. 3 ст. 94 Федерального закона РФ от 26 декабря 1995 г. «Об акционерных обществах» учредительные до­кументы акционерных обществ, созданных до введения в действие этого закона (1 января 1996 г.), подлежат приведению в соответствие с нормами данного закона не позднее 1 июля 1997 г. Учредительные до­кументы обществ, не приведенные в соответствие с Федеральным за­коном до 1 июля 1997 г., считаются недействительными[10].

В соответствии со ст. 29 Федерального закона от 8 мая 1996 г. «О производственных кооперативах»« учредительные документы про­изводственных кооперативов, созданных до официального опублико­вания части первой ГК, подлежат приведению в соответствие с нор­мами гл. 4 ГК о производственных кооперативах и Федеральным зако­ном «О производственных кооперативах» не позже 1 января 1997 г.[11]

Индивидуальные (семейные) частные предприятия, а также предприятия, созданные хозяйственными товариществами и об­ществами, общественными и религиозными организациями, объ­единениями, благотворительными фондами, и другие не находя­щиеся в государственной или муниципальной собственности пред­приятия, основанные на праве полного хозяйственного ведения, подлежат до 1 июля 1999 г. преобразованию в хозяйственные това­рищества, общества или кооперативы либо ликвидации. По истече­нии этого срока предприятия подлежат ликвидации в судебном по­рядке по требованию органа, осуществляющего государственную регистрацию соответствующих юридических лиц, налогового органа или прокурора.

К указанным предприятиям до их преобразования или ликви­дации применяются нормы ГК об унитарных предприятиях, осно­ванных на праве оперативного управления (ст. 113, 115, 296, 297)[12], с учетом того, что собственниками их имущества являются их учреди­тели. Иначе говоря, указанные предприятия переводятся в новый, более жесткий правовой режим унитарных предприятий, основан­ных на праве оперативного управления (а не праве полного хозяй­ственного ведения, как было раньше), а также устанавливается субсидиарная ответственность их учредителей (собственников) по долгам таких предприятий.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 56

К созданным до официального опубликования части первой ГК государственным и муниципальным предприятиям, основанным на праве полного хозяйственного ведения, а также федеральным казенным предприятиям применяются соответственно нормы ГК об унитарных предприятиях, основанных на праве хозяйственного ведения (ст. 113, 114, 294, 295, 297, 300), и унитарных предприятиях, основанных на пра­ве оперативного управления (ст. 113,115,296,297,299, 300).

Учредительные документы этих предприятий подлежат приве­дению в соответствие с нормами части первой ГК в порядке и в сро­ки, которые будут определены при принятии закона о государствен­ных и муниципальных унитарных предприятиях.

Объединения коммерческих организаций, не осуществляющие предпринимательскую деятельность и созданные до официального опубликования части первой ГК в форме товариществ или акцио­нерных обществ, вправе сохранить соответствующую форму либо могут быть преобразованы в ассоциации или союзы коммерческих организаций (ст. 121)

В завершение вопроса следует заметить, что широко исполь­зуемые законодательством и практикой категории типа «арендное предприятие», «предприятие с иностранными инвестициями», в том числе «совместные предприятия», «малые предприятия», «фирма», «центр» и т. п. , имеющие определенное смысловое значение, к соб­ственно организационно-правовым формам коммерческих органи­заций отношения не имеют. Наоборот, соответствующие юридиче­ские лица создаются в одной из организационно-правовых форм коммерческих организаций, предусмотренных ГК.

Так, в соответствии с п. 5.14 Государственной программы прива­тизации государственных и муниципальных предприятий в РФ, утвержденной Указом Президента РФ от 24 декабря 1993 г. № 2284[13] выкуп государственного и муниципального имущества, сданного в аренду, осуществляется предприятиями-арендаторами, организаци­онно-правовая форма которых приведена в соответствие с действую­щим законодательством.

Предприятия с иностранными инвестициями создаются и дей­ствуют в форме хозяйственных товариществ и обществ (ст. 12 Закона РФ от 14 июля 1991 г. «Об иностранных инвестициях»[14]).

Под малыми предприятиями понимаются коммерческие органи­зации в соответствующих организационно-правовых формах, в устав­ном (складочном) капитале которых доля участия Российской Феде­рации, субъектов РФ, общественных и религиозных организаций (объединений), благотворительных и иных фондов не превышает 25 %, доля, принадлежащая одному или нескольким юридическим ли­цам, не являющимся малыми предприятиями, не превышает 25 % и в

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 57

которых средняя численность работников за отчетный период не пре­вышает определенных законом предельных уровней, например, в промышленности – 100 человек, в розничной торговле – 30 человек и т. п. (п. 1 ст. 3 Федерального закона от 14 июня 1995 г. «О государ­ственной поддержке малого предпринимательства в Российской Фе­дерации»[15]).


[1]] Действие такой презумпции характерно и для законодательства других стран (см.: Гражданское и торговое право капиталистических государств / Под ред. Е.А. Васильева. М., 1993. С. 106).

[2]] БНА РФ. 1995. № 31. ст. 2990.

[3] Ведомости РСФСР 1991 № 16 ст. 499, СЗ РФ 1995 № 22 ст. 1977.

[4] Ведомости РФ 1992 № 18. ст. 961.

[5] СЗ РФ 1996. № 17 ст. 1918.

[6] СЗРФ 1996 № 17 ст. 1918.

[7] СЗРФ 1996 № 25 ст. 2963.

[8] Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. В 2 т. Т. 2.

[9] Гражданское и торговое право капиталистических стран. С. 111.

[10] О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» Федеральный закон от 13 июня 1996 г.

[11] СЗ РФ 1996. ст. 2956.

[12] СЗРФ 1996. № 20. ст. 2321.

[13] САПП РФ 1994. № 1. ст. 2

[14] Ведомости РСФСР. 1991. № 29. ст. 1008.

[15] СЗ РФ. 1995. № 25. ст. 2343.

§ 2. Создание коммерческих организаций

Учреждение коммерческих организаций. Процесс создания ком­мерческих организаций распадается на две стадии: учреждение и го­сударственная регистрация.

Помимо основной цели – систематического извлечения прибы­ли, – создание коммерческих организаций преследует те же цели, что и создание других юридических лиц. Это обособление имущества уч­редителя, ограничение имущественного риска участника обособлен­ным имуществом, организация управления соответствующим иму­ществом, выступление коммерческой организации в обороте от соб­ственного имени. По существу это признаки юридического лица. Рас­смотрим, как они проявляются применительно к коммерческим орга­низациям.

Обособление учредителем своего имущества в целях его экс­плуатации и извлечения прибыли означает в данном случае персо­нификацию этого имущества в новом субъекте права, закрепленность его за создаваемой коммерческой организацией. С экономи­ческой точки зрения в данном случае происходит обособление функции производительного (коммерческого) использования капи­тала учредителя от остального его капитала, что собственно и харак­терно для рыночной экономики. Особенно важное значение это имеет при объединении капиталов многих учредителей для осущест­вления крупномасштабной предпринимательской деятельности, на­пример, при создании открытых акционерных обществ.

Изначально обособление имущества учредителя происходит пу­тем формирования уставного (складочного) капитала коммерческой организации. Затем в процессе деятельности коммерческой органи­зации ее имущество формируется также за счет других поступлений, главным образом – прибыли. Все имущество коммерческой органи­зации учитывается на ее самостоятельном балансе, в чем и находит внешнее формальное проявление имущественная обособленность коммерческой организации.

Уставный (складочный) капитал, которым должны обладать все коммерческие организации, представляет собой сумму вклада

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 58

 (вкладов) учредителя (учредителей), осуществленного в рублях и за­фиксированного учредительными документами коммерческой орга­низации. Уставный капитал коммерческой организации определяет минимальный размер имущества коммерческой организации, гаран­тирующего интересы ее кредиторов.

Вкладом в уставный (складочный) капитал коммерческой орга­низации могут быть деньги, ценные бумаги, другие вещи или имуще­ственные права либо иные права, имеющие денежную оценку. Денеж­ная оценка вклада производится по соглашению между учредителями коммерческой организации и в случаях, предусмотренных законом, подлежит независимой экспертной проверке (п. 6 ст. 66 ГК).

Величины минимальных уставных (складочных) капиталов коммерческих организаций определяются Указом Президента РФ от 8 июля 1994 г. № 1482 «Об упорядочении государственной реги­страции предприятий и предпринимателей на территории Россий­ской Федерации»[1] с учетом действия специальных законов, регла­ментирующих тот же вопрос. Размер уставного капитала открытых акционерных обществ, предприятий любых организационно-правовых форм с иностранными инвестициями, государственных и муниципальных унитарных предприятий не должен быть менее сум­мы, равной 1000-кратному размеру минимального размера оплаты труда в месяц на дату государственной регистрации коммерческой организации. Размер уставного капитала других коммерческих орга­низаций (хозяйственных товариществ, закрытых акционерных об­ществ, производственных кооперативов) не должен быть менее сум­мы, равной 100-кратному размеру минимального размера оплаты труда в месяц на дату их государственной регистрации.

В отношении ряда коммерческих организаций, например, ком­мерческих банков, специальным законодательством установлен зна­чительно больший минимальный размер уставного капитала, а также установлены другие требования (например, о соотношении размеров собственного и заемного капиталов), обеспечивающие имуществен­ные интересы их кредиторов.

Ограничение имущественного риска учредителя обособленным в целях создания коммерческой организации имуществом имеет осо­бенно важное значение в сфере предпринимательства, так как осво­бождает учредителя от ответственности по обязательствам коммер­ческой организации. Коммерческие организации отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом (ст. 56 ГК). Ис­ключения из названного правила могут быть предусмотрены Граждан­ским кодексом либо учредительными документами коммерческой ор­ганизации. Так, Российская Федерация несет субсидиарную ответ­ственность по обязательствам казенного предприятия при недоста­точности его имущества (п. 5 ст. 115 ГК).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 59

Обращает на себя внимание также правило п. 3 ст. 56 ГК: если несостоятельность (банкротство) коммерческой организации вызва­на учредителями или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этой коммерческой организации указания либо иным образом имеют возможность определять ее действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества коммерческой организации может быть возложена субсидиарная ответственность по ее обяза­тельствам.

Приведенные исключительные правила не противоречат прин­ципу самостоятельной имущественной ответственности коммер­ческой организации, так как ответственность иных лиц по долгам коммерческой организации является лишь дополнительной (субсидиарной) к ответственности самой коммерческой организации.

Организация управления обособленным имуществом учредителя при создании им коммерческой организации осуществляется через органы управления коммерческой организации (единоличные и кол­легиальные), ее структурные подразделения, в частности, филиалы и представительства.

Коммерческая организация приобретает права и принимает на себя обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. В определенных случаях, как уже отмечалось, коммерческая органи­зация может приобретать права и принимать на себя обязанности через других лиц: коммерческих представителей (ст. 184), участников (п. 2 ст. 53 ГК).

Порядок назначения или избрания органов управления ком­мерческой организации определяется законом и учредительными документами. Так, наиболее простая организация управления харак­терна для государственных и муниципальных унитарных предприя­тий. Здесь органом управления является единоличный руководитель, который назначается собственником либо уполномоченным им ор­ганом и им подотчетен (п. 4 ст. 113 ГК).

Наиболее сложная организация управления характерна для ак­ционерных обществ (ст. 103 ГК). Здесь создается многозвенная систе­ма органов управления (общее собрание акционеров, совет директо­ров, исполнительный орган) и контроля (ревизионная комиссия), определенным образом и весьма строго распределяется между ними компетенция, что в конечном счете не только обеспечивает эффек­тивную эксплуатацию имущества (предприятия), но и гарантирует права акционеров и других кредиторов акционерного общества.

Организационную структуру коммерческих организаций со­ставляют их подразделения. Иногда это имущественно и организа­ционно обособленные подразделения – филиалы и представитель­ства. Последние отличаются тем, что расположены вне места на­хождения коммерческой организации и осуществляют все его функ-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 60

ции или их часть (филиалы) либо представляют интересы коммер­ческой организации и осуществляют их защиту (представительства). Имущество, которым наделяются подразделения коммерческой ор­ганизации, может учитываться на отдельном (в рамках самостоя­тельного баланса коммерческой организации) балансе.

Представительства и филиалы, а также другие подразделения коммерческой организации не являются юридическими лицами. Они действуют на основании утвержденных коммерческой организацией положений Их руководители назначаются коммерческой организаци­ей и действуют на основании доверенности коммерческой организа­ции. Представительства и филиалы должны быть указаны в учреди­тельных документах создавшей их коммерческой организации (ст. 55 ГК).

Коммерческие организации создаются ради выступления в обо­роте от собственного имени, независимо от учредителей. Обладая обособленным имуществом, организационной структурой для управления этим имуществом, коммерческая организация через свои органы управления или представителей участвует в рыночных отношениях, от своего имени приобретает и осуществляет права и несет обязанности, выступает истцом и ответчиком в суде.

Коммерческая организация имеет свое фирменное наименова­ние, содержащее указание на ее организационно-правовую форму, а в предусмотренных законом случаях также на характер деятельности коммерческой организации. Фирменное наименование коммер­ческой организации указывается в ее учредительных документах и подлежит государственной регистрации одновременно с государ­ственной регистрацией самой коммерческой организации. Исполь­зование фирменного наименования является исключительным пра­вом коммерческой организации-правообладателя (ст. 54 ГК).

Органы коммерческой организации, ее филиалы и представи­тельства, другие представители действуют от имени коммерческой организации. В силу п. 3 ст. 53 ГК лица, которые в силу закона или учредительных документов коммерческой организации выступают от ее имени, должны действовать в ее интересах добросовестно и ра­зумно. В случае злоупотреблений со стороны представителей они обязаны со требованию учредителей (участников) коммерческой организации возместить убытки, причиненные ими коммерческой организации.

Помимо фирменного наименования индивидуализация ком­мерческой организации производится путем определения ее место­нахождения, а также индивидуализации ее товара.

Место нахождения коммерческой организации определяется местом ее государственной регистрации (ст. 54 ГК). Конкретный ад­рес коммерческой организации указывается в ее учредительных до-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 61

кументах и привязан к месту нахождения ее постоянно действую­щего органа.

Индивидуализация товара коммерческой организации произ­водится путем использования производственной марки, товарного знака или наименования места происхождения товара.

Производственная марка – это словесное описание товара, по­мещаемое на товаре или его упаковке и включающее в себя фирмен­ное наименование изготовителя, его адрес, название товара, ссылку на стандарты, перечень свойств товара и ряд других данных (ст. 7, 10 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. «О защите прав потребителей» в ре­дакции Федерального закона от 9 января 1996 г.[2]). Производствен­ная марка не подлежит специальной регистрации.

Товарный знак (знак обслуживая) – это словесное, изобрази­тельное, объемное или иное условное обозначение товара, исполь­зуемое для его отличия от однородных товаров других изготовителей. Товарный знак подлежит государственной регистрации в Патентном ведомстве[3].

Коммерческая организация, производящая товар, свойства ко­торого в значительной степени определяются условиями той мест­ности, где он производится, вправе зарегистрировать и использовать наименование места происхождения товара. В отличие от товарного знака право пользования наименованием места происхождения то­вара не является исключительным.

Каков же порядок учреждения коммерческих организаций? Применительно к той или иной организационно-правовой форме коммерческих организаций порядок учреждения определяется соот­ветствующими статьями ГК или специальными законами, напри­мер, Федеральным законом РФ «О банках и банковской деятель­ности» (в редакции от 3 февраля 1996 г.[4]).

Общий порядок учреждения коммерческих организаций состо­ит в следующем. Коммерческая организация учреждается по реше­нию собственника (собственников) имущества или уполномоченно­го им органа. Так, государственные и муниципальные унитарные предприятия учреждаются Правительствами РФ или субъектов РФ, соответствующими комитетами по управлению имуществом РФ или субъектов РФ.

В зависимости от избранной организационно-правовой формы коммерческой организации ее учредительными документами явля­ются учредительный договор, учредительный договор и устав, либо только устав (п. 1 ст. 52 ГК). В соответствующих учредительных до­кументах с учетом требований законодательства определяется право-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 62

вой статус той или иной коммерческой организации и другие инте­ресы учредителей в связи с созданием коммерческой организации.

К коммерческим организациям, которые действуют исключи­тельно на основании учредительного договора, относятся полные товарищества и товарищества на вере. Общества с ограниченной от­ветственностью и общества с дополнительной ответственностью действуют на основе учредительного договора и устава. Исключение составляют хозяйственные общества, создаваемые одним учредите­лем. В этом случае учредительный договор не заключается, учреди­тель утверждает только устав. Остальные коммерческие организации (акционерные общества, производственные кооперативы, государ­ственные и муниципальные унитарные предприятия) действуют только на основании устава.

В учредительных документах коммерческой организации опре­деляется фирменное наименование коммерческой организации, место ее нахождения, порядок управления деятельностью коммер­ческой организации, а также содержатся другие сведения, пред­усмотренные специальными нормами ГК или специальными зако­нами для коммерческих организаций соответствующего вида (например, п. 1 ст. 113 ГК; ст. 10 Федерального закона РФ «О банках и банковской деятельности»).

В учредительном договоре учредители фиксируют свою волю на создание коммерческой организации, определяют порядок совмест­ной деятельности по ее созданию, условия передачи ей своего иму­щества и участия в ее деятельности. В договоре определяются также условия и порядок распределения между участниками прибыли и убытков, управления деятельностью коммерческой организации, выхода участников из ее состава.

Устав коммерческой организации определяет индивидуально-правовой статус коммерческой организации. В уставе в соответствии с общедозволительным правовым режимом может быть отражено все, что не противоречит действующему законодательству, но в соот­ветствии с обязывающим началом правового регулирования в уставе должны быть определены сведения, предусмотренные п. 2 ст. 52 ГК, а также другие сведения, предусмотренные законом для коммерче­ских организаций соответствующего вида. Так, например, устав ак­ционерного общества помимо сведений, указанных в п. 2 ст. 52 ГК, должен содержать условия о категориях выпускаемых обществом ак­ций; их номинальной стоимости и количестве; о размере уставного капитала общества; о правах акционеров; о составе и компетенции органов управления общества и порядке принятия ими решений, в том числе о вопросах, решение по которым принимается единоглас­но или квалифицированным большинством голосов (п. 3 ст. 98 ГК).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 63

Государственная регистрация коммерческих организаций. Коммер­ческая организация считается созданной и приобретает статус юриди­ческого лица со дня ее государственной регистрации (п. 2 ст. 51 ГК).

Гражданским кодексом предусмотрена единая система государ­ственной регистрации юридических лиц. Все юридические лица, в том числе коммерческие организации, подлежат государственной регистрации в органах юстиции в порядке, определяемом законом о регистрации юридических лиц.

Следует, однако, заметить, что впредь до введения в действие Закона о регистрации юридических лиц применяется действующий порядок регистрации юридических лиц (ст. 8 Федерального зако­на РФ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса[5]). Дей­ствующий порядок регистрации определен ст. 34, 35 Закона РСФСР от 25 декабря 1990 г. «О предприятиях и предпринимательской дея­тельности»,» Указом Президента РФ от 8 июля 1994 г. № 1482 «Об упорядочении государственной регистрации предприятий и пред­принимателей на территории Российской Федерации»[6] и рядом других специальных законов об отдельных видах коммерческих ор­ганизаций[7]. Государственная регистрация коммерческих организа­ций осуществляется в разных органах: обычно – Регистрационных палатах администраций субъектов РФ, но, в частности, кредитных организаций – в Центральном банке РФ; предприятий с ино­странными инвестициями, начиная с определенного уровня устав­ного капитала, – в Минэкономики РФ.

Для государственной регистрации коммерческой организации ее учредители представляют следующие документы: заявление о ре­гистрации; решение об учреждении коммерческой организации (в частности, учредительный договор); утвержденный устав; свиде­тельство об уплате государственной пошлины; документы, под­тверждающие оплату не менее 50 % уставного капитала коммер­ческой организации, указанного в решении об учреждении коммер­ческой организации.

В специальных законах могут быть предусмотрены дополни­тельные документы. Так, для государственной регистрации кредит­ной организации необходимо представить в Центральный банк РФ также копии свидетельств о государственной регистрации учредите­лей – юридических лиц; аудиторское заключение о достоверности их финансовой отчетности; декларации о доходах учредителей – фи­зических лиц; анкеты кандидатов на должности руководителей кре­дитной организации.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 64

Органы государственной регистрации не вправе требовать другие документы помимо указанных в законе, в противном случае их действия могут быть обжалованы в суде.

Решение о регистрации или отказе в регистрации коммер­ческой организации должно быть принято не позднее чем в месяч­ный срок с момента подачи учредителями необходимых для этого документов

Осуществляя государственную регистрацию коммерческих ор­ганизаций, органы регистрации контролируют соблюдение устано­вленных законом условий создания коммерческих организаций. При положительном решении вопроса основные данные о коммерческой организации, в том числе о ее фирменном наименовании, включа­ются в единый государственный реестр юридических лиц, открытый для всеобщего ознакомления.

При нарушении установленного законом порядка образования коммерческой организации или несоответствии ее учредительных документов закону орган регистрации отказывает в государственной регистрации коммерческой организации. Отказ в регистрации по другим основаниям, в частности по мотивам нецелесообразности создания коммерческой организации, не допускается.

Отказ в государственной регистрации, а также уклонение от та­кой регистрации могут быть обжалованы в суд. При этом подлежат возмещению убытки, причиненные органом регистрации учредите­лям в результате незаконного отказа в регистрации (ст. 16 ГК).

С момента государственной регистрации коммерческой орга­низации возникает ее правоспособность, т. е. способность иметь гражданские права и нести обязанности. Коммерческие организа­ции, за исключением государственных и муниципальных унитарных предприятий (абз. 2 п. 1 ст. 113 ГК) и иных видов организаций, пред­усмотренных законом (например, предприятий с иностранными ин­вестициями – абз. 4 п. 1 ст. 2 ГК), могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом (ст. 49 ГК).

Иначе говоря, коммерческие организации обладают общей правоспособностью, что в полной мере соответствует общедозволи­тельному режиму предпринимательства. Отсутствие законодательно­го требования о перечислении в уставе коммерческой организации тех видов деятельности, которыми она может заниматься, способ­ствует развитию деловой активности коммерческих организаций, облегчает ее реакцию на изменение конъюнктуры рынка и перелив капиталов в наиболее перспективные отрасли экономики, способ­ствует стабильности торгового оборота, так как сделки коммер­ческой организации, обладающей общей правоспособностью, не могут быть признаны недействительными по основаниям противо­речия ее целям.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 65

Коммерческая организация может быть ограничена в правах лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законом. Так, напри­мер, кредитной организации запрещается заниматься производ­ственной, торговой и страховой деятельностью (ст. 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»). С момента призна­ния коммерческой организации несостоятельной (банкротом) и принятия решения об открытии конкурсного производства запре­щается отчуждение ее имущества, наступают также другие ограниче­ния в правах (ст. 18 Закона РФ от 19 ноября 1993 г. «О несостоятель­ности (банкротстве) предприятий»[8]). Решение об ограничении прав может быть обжаловано коммерческой организацией в суд.

Разумеется, правоспособность коммерческой организации мо­жет быть ограничена не только законом, но и по воле учредителя (учредителей), имеющего возможность определить цели деятель­ности коммерческой организации в ее учредительных документах, что следует из п. 1 ст. 49 ГК.


[1] СЗРФ 1994 № 11. ст. 1194.

[2] СЗРФ.1996. № 3.Ст. 140.

[3] О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях происхождения товаров. Закон РФ от 23 сентября 1992 г. // Ведомости РФ. 1992. № 42 ст. 2322.

[4] СЗ РФ. 1996. № 6 ст. 492.

[5] Ведомости РСФСР. 1990. № 30. ст. 418.

[6] СЗРФ 1994. № 11.Ст. 1194.

[7] См., напр. ст. 12–17 Федерального закона РФ «О банках и банковской дея­тельности» (в ред. от 3 февраля 1996 г.) // СЗ РФ 1996. № 6. ст. 492.

[8] Ведомости РФ 1993. № 1 ст. 6.

Лицензирование деятельности коммерческих организаций. Поми­мо общего условия осуществления правосубъектности коммерческой организации, каким является факт ее государственной регистрации, ГК предусматривает специальные (дополнительные) условия осу­ществления правосубъектности коммерческих организаций. Тако­выми являются различного рода разрешения на занятие определен­ными видами предпринимательской деятельности: лицензии, ква­лификационные аттестаты, квоты и т. п.

В соответствии со ст. 49 ГК отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, коммерческая организация может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии). Право коммерческой организации осуществлять дея­тельность, на занятие которой необходимо получение лицензии, возникает с момента получения такой лицензии или в указанный в ней срок и прекращается по истечении срока ее действия, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

В настоящее время виды предпринимательской деятельности, подлежащие лицензированию, определены не только федеральными законами, как того требует ст. 49 ГК, но и другими правовыми акта­ми, которые в соответствующей части следует признать нелегитимными. Так, постановлением Правительства РФ от 24 декабря 1994 г. № 1418 «О лицензировании отдельных видов деятельности»[1] утвержден перечень видов лицензируемой деятельности, а также единый порядок выдачи лицензий.

Лицензирование – это административно-правовой регулятор предпринимательских отношений, имеющий целью обеспечение нормального соотношения частных интересов коммерческой орга-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 66

низации с публичными интересами общества в целом. Возникающие при лицензировании правоотношения между коммерческой органи­зацией и лицензирующим государственным органом являются ад­министративными правоотношениями, которые складываются в по­рядке государственного регулирования экономики.

Следовательно, как и любая деятельность государственных ор­ганов, деятельность по лицензированию должна быть четко регла­ментирована в законе. При этом в основу решения вопроса о лицен­зировании того или иного вида предпринимательской деятельности должен быть положен принцип «лицензировать только то, что нель­зя не лицензировать». Например, в целях обеспечения публичных интересов нельзя не лицензировать опасные для общества виды дея­тельности, высокодоходные виды деятельности и т. п.

Поскольку лицензирование – это деятельность государственных органов: Центрального банка РФ, Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг и др., – следует сделать вывод, что передача таких функций негосударственным структурам, различным ассоциациям, союзам и т. п. недопустима. Это прямо вытекает из ст. 7 Закона РФ «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (в ред. Федерального закона РФ от 25 мая 1995 г.),[2] запрещающей передачу хозяйствующим субъектам функций органов власти всех уровней. Вместе с тем допустимо делегирование полномо­чий государственных органов по лицензированию отдельных видов деятельности органам местного самоуправления.

Соответствующими законами предусматриваются основания для отказа в выдаче лицензий и отзыва лицензий. Перечень таких оснований является исчерпывающим (например, ст. 11, 20 Феде­рального закона РФ «О банках и банковской деятельности»). Отказ в выдаче лицензии либо отзыв лицензии по другим основаниям, кро­ме предусмотренных законом, не допускается и может быть обжало­ван в арбитражном суде.

Особо следует заметить, что безлицензионная деятельность предполагает применение к коммерческой организации гражданско-правовых и административно-правовых санкций.

Так, в соответствии с п. 2 ст. 61 ГК коммерческая организация может быть ликвидирована по решению суда в случае осуществления деятельности без надлежащего разрешения (лицензии). Сделки, со­вершенные коммерческой организацией, не имеющей лицензии на занятие соответствующей деятельностью, могут быть признаны су­дом недействительными по иску этой коммерческой организации, ее учредителя (участника) или государственного органа, осуществляю­щего контроль или надзор за деятельностью коммерческой органи­зации (ст. 173 ГК).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 67

В качестве примера административной ответственности можно привести норму ст. 157[3] КоАП,25 предусматривающую ответствен­ность за осуществление подлежащей лицензированию деятельности на транспорте без специального разрешения (лицензии) или нару­шение условий, предусмотренных в лицензии, в виде штрафа или аннулирования лицензии.

Применительно к индивидуальным предпринимателям пред­усмотрена кроме того, уголовно-правовая ответственность. Новый Уголовный кодекс РФ предусмотрел ответственность за незаконное предпринимательство (ст. 171) и незаконную банковскую деятель­ность (ст. 172), выражающиеся в частности в осуществлении пред­принимательской (банковской) деятельности без специального раз­решения (лицензии) или с нарушением условий лицензирования.


[1] СЗРФ.1995. № 1.Ст.69.

[2] СЗ РФ 1995. № 22 ст. 1977.

[3] Кодекс РСФСР об административных правонарушениях. М., 1993.

§ 3. Реорганизация и ликвидация коммерческих организаций

Реорганизация коммерческих организаций. Реорганизация ком­мерческих организации как юридических лиц осуществляется в формах: слияния нескольких коммерческих организаций в одну;

присоединения одной коммерческой организации к другой; разде­ления коммерческой организации на несколько новых; выделения из состава коммерческой организации другой коммерческой органи­зации; преобразования коммерческой организации одной организа­ционно-правовой формы в коммерческую организацию другой ор­ганизационно-правовой формы.

Суть реорганизации, в какой бы форме она не осуществлялась, в том, что все права и обязанности реорганизуемой коммерческой орга­низации переходят к одной или нескольким другим коммерческим организациям по передаточному акту или разделительному балансу, т. е. происходит универсальное правопреемство (ст. 58 ГК).

Этим обстоятельством определяется одна из особенностей реор­ганизации коммерческих организаций, как известно, обладающих общей правоспособностью. В целях передачи в результате реорганиза­ции существующего объема правоспособности реорганизация ком­мерческой организации, как правило, ведет к возникновению (при присоединении – сохранению) другой коммерческой организации.

Более того, в случаях, указанных в Гражданском кодексе, реорга­низация коммерческих организаций может повлечь возникновение только определенных видов коммерческих организаций. Так, в соот­ветствии со ст. 68 ГК хозяйственные товарищества и общества одного вида могут преобразовываться только в хозяйственные товарищества и

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 68

общества других видов или в производственные кооперативы. Подоб­ная ограничительная регламентация касается также реорганизации обществ с ограниченной ответственностью (ст. 92), акционерных об­ществ (ст. 104), производственных кооперативов (ст. 112) в отдель­ности.

Следует сделать вывод, что кроме случаев, прямо предусмот­ренных законом, законодатель не допускает преобразования ком­мерческих организаций в некоммерческие и наоборот. Так, в соот­ветствии со ст. 121 ГК, ст. 17 Федерального закона РФ от 12 января 1996 г. «О некоммерческих организациях»[1] ассоциация или союз, являясь некоммерческой организацией, может преобразоваться в хо­зяйственное общество или товарищество, а учреждение может быть преобразовано в коммерческую организацию лишь одной организа­ционно-правовой формы – хозяйственное общество.

Смысл этих правил заключается в том, чтобы обеспечить уни­версальное правопреемство и не допустить ситуации, когда часть прав и обязанностей, вытекающих из общей правоспособности, не может быть передана другой организации, обладающей специальной правоспособностью, и наоборот, когда организация со специальной правоспособностью могла бы передать правопреемнику больше прав, чем имеет сама[2].

По общему правилу, реорганизация коммерческих организаций осуществляется по решению ее учредителей (участников) либо органа управления, уполномоченного на то учредительными документами (п. 1 ст. 57 ГК). Из этого правила имеется два исключения.

Первое исключение касается случаев, установленных законом, когда реорганизация коммерческих организаций в форме их разде­ления или выделения из их состава одной или нескольких коммерче­ских организаций осуществляется по решению уполномоченных го­сударственных органов или по решению суда, т. е. принудительно. При этом, если решение уполномоченного государственного органа или суда о реорганизации не выполнено в установленный срок, суд назначает внешнего управляющего коммерческой организацией и поручает ему осуществить реорганизацию. Так, в соответствии со ст. 19 Закона РФ от 22 марта 1991 г. «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (в редакции Федерального закона РФ от 25 мая 1995 г.)[3] в случае, когда коммер­ческие организации занимают доминирующее положение и совер­шили два или более нарушений антимонопольного законодатель­ства, федеральный антимонопольный орган вправе принять реше­ние об их принудительном разделении или выделении из их состава

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 69

одной или нескольких организаций на базе структурных подразделе­ний, если это ведет к развитию конкуренции. Решение о принуди­тельном разделении коммерческих организаций или выделении из их состава одной или нескольких организаций может быть обжало­вано в арбитражный суд.

Второе исключение касается случаев, установленных законом, когда реорганизация коммерческих организаций в форме слияния, присоединения или преобразования осуществляется с согласия уполномоченных государственных органов. Так, в соответствии со ст. 17 Закона РФ «О конкуренции и ограничении монополисти­ческой деятельности на товарных рынках» в целях предотвращения возможного злоупотребления доминирующим положением коммер­ческими организациями установлена обязательная процедура полу­чения согласия федерального антимонопольного органа на слияние или присоединение коммерческих организаций, если сумма их акти­вов по последнему балансу превышает 100 тыс. минимальных разме­ров оплаты труда.

Реорганизация коммерческих организаций может существен­ным образом затрагивать интересы их кредиторов. Учитывая это, за­конодатель предусмотрел гарантии прав кредиторов коммерческой организации при ее реорганизации (ст. 60 ГК). Прежде всего это обязанность учредителей (участников) коммерческой организации или органа, принявшего решение о реорганизации коммерческой организации, письменно уведомить об этом кредиторов реоргани­зуемой коммерческой организации.

Благодаря реализации названной обязанности кредиторы реор­ганизуемой организации могут своевременно узнать об этом и реали­зовать предоставленное им Гражданским кодексом право требования о прекращении или досрочном исполнении обязательства, должником по которому является реорганизуемая коммерческая организация. При этом кредиторы вправе также требовать возмещения убытков, причиненных досрочным прекращением обязательства.

Как и любое право, право кредитора на досрочное прекращение или исполнение должником обязательства может быть им не реали­зовано. В таком случае место реорганизованной коммерческой орга­низации в этом обязательстве займут ее правопреемники, опреде­ляемые на основании передаточного акта или разделительного ба­ланса. При этом, если разделительный баланс или передаточный акт не дают возможности определить правопреемника реорганизуемой коммерческой организации, вновь возникшие коммерческие орга­низации несут солидарную ответственность по обязательствам реор­ганизованной коммерческой организации перед ее кредиторами.

По общему правилу, коммерческая организация считается ре­организованной с момента государственной регистрации вновь воз­никших коммерческих организаций. И лишь при реорганизации

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 70

коммерческих организаций в форме присоединения реорганизация считается совершенной с момента внесения в единый государствен­ный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности присоединенной коммерческой организации (п. 4 ст. 57 ГК).

Государственная регистрация возникших при реорганизации коммерческих организаций, а также внесение записей в единый го­сударственный реестр юридических лиц (при присоединении) про­исходит в общем порядке. В соответствии со ст. 59 ГК основаниями для отказа в государственной регистрации вновь возникших ком­мерческих организаций являются: а) непредставление вместе с учре­дительными документами передаточного акта или разделительного баланса либо б) отсутствие в них положений о правопреемстве по обязательствам реорганизованной коммерческой организации. Ра­зумеется, что наряду с названными основаниями действуют и общие основания для отказа в государственной регистрации (ст. 51 ГК). Отказ в государственной регистрации, а также уклонение от такой регистрации могут быть обжалованы в суд.

Ликвидация коммерческих организаций. Ликвидация коммерче­ских организаций в отличие от реорганизации влечет их прекраще­ние без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам (п. 1 ст. 61 ГК).

Ликвидация коммерческих организаций может быть доброволь­ной или принудительной. Добровольная ликвидация коммерческих организаций осуществляется по решении их учредителей (участников) либо органа коммерческой организации, уполномоченного на то учре­дительными документами. В данном случае перечень оснований лик­видации коммерческой организации, предусмотренных Гражданским кодексом, является примерным. В частности, к ним относятся: исте­чение срока, на который создана коммерческая организация; дости­жение цели, ради которой создана коммерческая организация; при­знание судом недействительной регистрации коммерческой организа­ции.

Принудительная ликвидация коммерческой организации осу­ществляется решением суда по основаниям, исчерпывающим обра­зом предусмотренным Гражданским кодексом. В иных правовых ак­тах, в том числе в иных законах, такие основания предусмотрены быть не могут. К ним относятся: осуществление деятельности, за­прещенной законом; осуществление деятельности без надлежащего разрешения (лицензии); осуществление деятельности с иными не­однократными или грубыми нарушениями закона или иных право­вых актов (п. 2 ст. 61 ГК); признание коммерческих организаций (кроме казенных предприятий) несостоятельными (п. 1 ст. 65 ГК);

уменьшение стоимости чистых активов коммерческой организации ниже уровня минимального размера уставного капитала (п. 4 ст. 90, п. 4 ст. 99, п. 5 ст. 114 ГК).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 71

Требование о ликвидации коммерческой организации по осно­ваниям, указанным в п. 2 ст. 61 ГК, может быть предъявлено в ар­битражный суд государственным органом или органом местного са­моуправления, которому право на предъявление такого требования предоставлено законом (п. 3 ст. 61 ГК). Так, в соответствии с п. 4 ст. 6 Закона РФ от 22 марта 1991 г. «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (в редакции от 25 мая 1995г.) коммерческая организация, осуществляющая ко­ординацию предпринимательской деятельности других коммерче­ских организаций, которая имеет или может иметь результатом ограничение конкуренции, может быть ликвидирована в судебном порядке по иску федерального антимонопольного органа.

Следует особо подчеркнуть, что органы, не имеющие по закону соответствующего права, обращаться в арбитражный суд с требова­нием о ликвидации коммерческой организации не могут.

Суд, принявший решение о ликвидации коммерческой органи­зации, непосредственно не занимается ее ликвидацией. В данном случае обязанности по осуществлению ликвидации коммерческой организации решением суда возлагаются на учредителей (участников) коммерческой организации либо орган, уполномочен­ный на ликвидацию коммерческой организации ее учредительными документами (п. 3 ст. 61 ГК).

В целях обеспечения интересов других лиц лицо, принявшее ре­шение о ликвидации коммерческой организации, обязано незамедли­тельно письменно сообщить об этом органу, осуществляющему госу­дарственную регистрацию юридических лиц, который вносит в еди­ный государственный реестр юридических лиц сведения о том, что коммерческая организация находится в процессе ликвидации.

Кроме того, лицо, принявшее решение о ликвидации коммер­ческой организации, назначает по согласованию с органом, осу­ществляющим государственную регистрацию юридических лиц, ликвидационную комиссию (или единоличного ликвидатора), опре­деляет порядок и сроки ликвидации. С момента назначения ликви­дационной комиссии к ней переходят все полномочия по управле­нию делами коммерческой организации.

Порядок ликвидации коммерческих организаций в зависимос­ти от последовательности действий ликвидационной комиссии можно разделить на ряд стадий.

Во-первых, ликвидационная комиссия помещает в органах печа­ти, в которых публикуются данные о государственной регистрации коммерческих организаций, публикацию о ее ликвидации. В объявле­нии указывается порядок и срок заявления кредиторами своих требо­ваний к ликвидируемой коммерческой организации. Этот срок не мо­жет быть менее двух месяцев с момента публикации о ликвидации.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 72

Кроме того, ликвидационная комиссия должна выявить креди­торов ликвидируемой коммерческой организации и персонально письменно уведомить их о ликвидации коммерческой организации, а также установить должников ликвидируемой коммерческой орга­низации и взыскать с них задолженность, в том числе путем предъ­явления исков в суд.

Во-вторых, ликвидационная комиссия, после истечения срока для предъявления требований кредиторами, составляет промежуточ­ный ликвидационный баланс. Он должен содержать сведения о со­ставе и стоимости имущества ликвидируемой коммерческой органи­зации, перечне предъявленных кредиторам требований и результатах их рассмотрения.

Промежуточный ликвидационный баланс, предварительно со­гласованный с органом, осуществляющим государственную реги­страцию юридических лиц, передается ликвидационной комиссией на утверждение лица, принявшего решение о ликвидации коммер­ческой организации. Утвержденный промежуточный ликвидацион­ный баланс является основанием для удовлетворения требований кредиторов, признанных ликвидационной комиссией.

В-третьих, при недостаточности у ликвидируемой коммер­ческой организации денежных средств для удовлетворения требова­ний кредиторов ликвидационная комиссия должна осуществить продажу с публичных торгов имущества коммерческой организации в порядке, установленном для исполнения судебных решений, и в размере, обеспечивающем удовлетворение всех признанных требо­ваний кредиторов. При этом следует иметь в виду, что при недоста­точности у ликвидируемого казенного предприятия имущества для удовлетворения требований кредиторов последние вправе обратить­ся в суд с иском об удовлетворении оставшейся части требований за счет собственника имущества этого предприятия – Российской Фе­дерации (п. 6 ст. 63, п. 5 ст. 115 ГК).

В-четвертых, ликвидационная комиссия осуществляет выплату денежных сумм кредиторам ликвидируемой коммерческой органи­зации в порядке очередности, установленной ст. 64 ГК, в соот­ветствии с промежуточным ликвидационным балансом, начиная со дня его утверждения. В соответствии со ст. 64 ГК требования креди­торов ликвидируемой коммерческой организации подлежат удовлет­ворению в следующей очередности:

в первую очередь удовлетворяются требования граждан, перед которыми ликвидируемая организация несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соот­ветствующих повременных платежей;

во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и оплате труда с лицами, работающими по трудовому дого-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 73

вору, в том числе по контракту, и по выплате вознаграждений по ав­торским договорам;

в третью очередь удовлетворяются требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества ликвидируемой организации;

в четвертую очередь погашается задолженность по обязатель­ным платежам в бюджет и во внебюджетные фонды;

в пятую очередь производятся расчеты с другими кредиторами. При ликвидации банков и других кредитных организаций, привле­кающих средства граждан, в первую очередь удовлетворяются требова­ния граждан, являющихся кредиторами банков и других кредитных ор­ганизаций, привлекающих средства граждан[4].

Следует подчеркнуть особое положение кредиторов пятой оче­реди. Оно заключается помимо прочего в том, что их требования удовлетворяются не со дня утверждения промежуточного ликвида­ционного баланса, как это имеет место в отношении первых четырех очередей кредиторов, а через месяц после этой даты (п. 4 ст. 63 ГК).

Требования каждой очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований предыдущей очереди. При недостаточ­ности имущества ликвидируемой коммерческой организации оно распределяется между кредиторами соответствующей очереди про­порционально суммам требований, подлежащих удовлетворению, если иное не установлено законом. В частности, как уже отмечалось, при недостаточности имущества ликвидируемого казенного пред­приятия по его долгам несет субсидиарную ответственность его соб­ственник.

В случае отказа ликвидиционной комиссии в удовлетворении требований кредитора либо уклонения от их рассмотрения кредитор вправе до утверждения ликвидационного баланса коммерческой ор­ганизации обратиться в суд с иском к ликвидационной комиссии. По решению суда требования кредитора могут быть удовлетворены за счет оставшегося имущества ликвидируемой коммерческой орга­низации.

Если требование кредитора заявлено после истечения срока, установленного ликвидационной комиссией для их предъявления, то оно удовлетворяется из имущества ликвидируемой коммерческой организации, оставшегося после удовлетворения требований креди­торов, заявленных в срок.

Требования кредиторов, не удовлетворенные из-за недостаточ­ности имущества ликвидируемой коммерческой организации, счи­таются погашенными. Погашенными считаются также требования кредиторов, не признанные ликвидационной комиссией, если кре-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 74

дитор не обращался с иском в суд, а также требования, в удовлетво­рении которых решением суда кредитору отказано.

В-пятых, после завершения расчетов с кредиторами ликвидаци­онная комиссия должна составить окончательный ликвидационный баланс, который утверждается лицом, принявшим решение о ликви­дации коммерческой организации, по согласованию с органом, осу­ществляющим государственную регистрацию юридических лиц.

Если после удовлетворения требований кредиторов осталось имущество коммерческой организации, оно передается учредителям (участникам) коммерческой организации, имеющим вещные права на это имущество или обязательственные права в отношении этой коммерческой организации, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительными документами ком­мерческой организации.

Ликвидация коммерческой организации считается завершен­ной, а коммерческая организация – прекратившей существование после внесения об этом записи в единый государственный реестр юридических лиц.


[1] СЗРФ.1996. № 3.Ст. 145.

[2] Гражданское право. ч. 1. Учебник / Под ред. Ю.К.Толстого, А.П. Сергеева. М., 1996. С. 121.

[3] СЗ РФ. 1995. № 22. ст. 1977.

[4] «О внесении дополнений» в часть первую Гражданского кодекса РФ Феде­ральный закон РФ от 20 февраля 1996 г. / СЗ РФ. 1996. № 9. ст. 773.

§ 4. Несостоятельность (банкротство) предпринимателей

Понятие и субъекты несостоятельности. Законодательство о несо­стоятельности (банкротстве) представлено множеством нормативных актов разной юридической силы. К числу важнейших общих законо­дательных актов, содержащих нормы о несостоятельности (банк­ротстве), относится Гражданский кодекс. В частности, несостоятель­ности (банкротству) посвящены ст. 25 «Несостоятельность (банкрот­ство) индивидуального предпринимателя» и ст. 65 «Несостоятельность (банкротство) юридического лица».

Имеют отношение к несостоятельности (банкротству) и неко­торые другие нормы ГК. Например, в п. 4 ст. 61 предусмотрено, что если стоимость имущества юридического лица (коммерческой орга­низации, потребительского кооператива, благотворительного или иного фонда) недостаточна для удовлетворения требований креди­торов, оно может быть ликвидировано только в порядке, предусмот­ренном ст. 65 ГК.

Помимо названных норм, которые имеют прямое действие, ГК содержит ряд отсылочных норм. В п. 5 ст. 25 и в п. 2 ст. 65 отмечает­ся, что основания и порядок признания судом лица банкротом либо объявления им о своем банкротстве устанавливается специальным законом о несостоятельности (банкротстве).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 75

Ныне действующий Закон РФ «О несостоятельности (банкротстве) предприятий»[1] принят 19 ноября 1992 г. и вступил в действие с 1 марта 1993 г. Он создает правовую основу для принудительной или доброволь­ной ликвидации несостоятельного предприятия, если проведение реор­ганизационных процедур экономически нецелесообразно или они не дали положительного результата.

В настоящее время имеется необходимость в обновлении Закона о несостоятельности (банкротстве) предприятий и приведении его в соответствие с новым Гражданским кодексом. До тех пор следует ис­ходить из положений, что нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать ГК (п. 2 ст. 3 ГК), а впредь до приведения законов и иных правовых актов в соответствие с ГК эти законы и правовые акты применяются постольку, поскольку они не противоречат ГК (ст. 4 Федерального закона «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, нормы Закона о несостоятельности (банкрот­стве) предприятий также должны соответствовать ГК. Это касается, в частности, круга лиц, которые могут быть признаны судом несостоя­тельными (банкротами), очередности удовлетворения требований кредиторов и ряда других вопросов, которые в Гражданском кодексе урегулированы иначе, чем в Законе о несостоятельности.

К числу законов, содержащих нормы о несостоятельности (банкротстве), относится также Арбитражный процессуальный кодекс РФ,[2] вступивший в действие с 1 июля 1995 г. В соответствии со ст. 143 этого кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) организаций и граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, пред­усмотренным АПК, с особенностями, установленными Законом о не­состоятельности (банкротстве).

Значительную часть законодательства о несостоятельности (банкротстве) составляют подзаконные нормативные акты: указы Президента РФ, постановления Правительства РФ, распоряжения Федерального управления по делам о несостоятельности (банкротстве) при Государственном комитете РФ по управлению государственным имуществом и др. Эти акты направлены на создание организацион­ных, экономических и иных условий, необходимых для реализации Закона о несостоятельности, главным образом в отношении государ­ственных предприятий.

В юридической науке обсуждается вопрос об отраслевой при­надлежности института банкротства. Следует согласиться с тем, что законодательство о несостоятельности (банкротстве) формируется и развивается на стыке публичного и частного права, регулирующих отношения в этой сфере и, следовательно, носит комплексный ха-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 76

рактер.[3] Что же касается отношения между несостоятельным долж­ником и кредиторами по поводу соразмерного удовлетворения их требований за счет имущества должника, то это отношение частно­правового характера. Об этом свидетельствует правовой статус субъ­ектов отношения (должник, кредиторы – субъекты гражданского и коммерческого права), содержание правоотношения (совокупность обязанностей несостоятельного должника и прав требования креди­торов), объект правоотношения (действия должника по соразмерно­му удовлетворению требований кредиторов из своего имущества).

Таким образом, в рамках законодательства о несостоятельности (банкротстве) следует выделять совокупность норм, регулирующих отношения несостоятельного должника и кредиторов по соразмер­ному удовлетворению требований последних за счет имущества должника в определенной очередности, которые составляют инсти­тут частного права – конкурсное право[4].

Нормы публичного права, составляющие законодательство о банкротстве, в частности нормы процессуального права, регламенти­рующие отношения между арбитражным судом и субъектами кон­курсного права (несостоятельным должником и его кредиторами), со­ставляют институт публичного права банкротства.

Понятие несостоятельности определенным образом соотносит­ся с понятием неплатежеспособности.

Неплатежеспособность может быть обусловлена разными при­чинами и состоит в том, что к моменту наступления срока платежа у лица отсутствуют в необходимом количестве средства платежа. Не­платежеспособность может быть относительной и абсолютной.

Относительная неплатежеспособность означает, что при удо­влетворительной структуре баланса должника (пассив не превышает актива), он временно не обладает достаточными средствами для пла­тежа. В этом случае конфликт между должником и его кредиторами может быть разрешен обычными гражданско-правовыми средства­ми, например, привлечением должника к ответственности за про­срочку исполнения обязательства уплатить деньги.

Абсолютная неплатежеспособность имеет место тогда, когда ли­цо при обычном ведении дел не может погасить все свои обязатель­ства, срок платежа по которым уже наступил, например, при неудо­влетворительной структуре баланса. Абсолютная неплатежеспособ­ность должника, удостоверенная арбитражным судом или объявлен­ная им самим, называется несостоятельностью.

В российском законодательстве в качестве синонима термина «несостоятельность» употребляется понятие «банкротство». Однако в законодательстве других стран эти термины могут иметь различное

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 77

значение. Обычно банкротство рассматривается как частный, наибо­лее серьезный случай несостоятельности, когда несостоятельный должник совершает уголовно наказуемые деяния, наносящие ущерб кредиторам.

Обратимся к понятию несостоятельности (банкротства), которое содержится в российском законодательстве. В Гражданском кодексе го­ворится лишь о невозможности удовлетворения требований кредиторов со стороны должника (ст. 25, 65). В ст. 1 Закона РФ «О несостоя­тельности (банкротстве) предприятий» дается более развернутое опреде­ление понятия несостоятельности с указанием как сущностных (необходимых и достаточных для квалификации несостоятельности должника), так и внешних признаков несостоятельности.

Сущностными признаками несостоятельности являются:

а) неспособность лица удовлетворить требования кредиторов. Требования кредиторов могут касаться оплаты товаров (работ, услуг), обязательных платежей в бюджет и внебюджетные фонды;

б) неспособность лица удовлетворить требования кредиторов в связи с превышением обязательств должника над его имуществом. В ситуации взаимных неплатежей, широко распространенной в на­стоящее время и характеризующейся наличием как кредиторской, так и дебиторской задолженности, шансы лица быть признанным несостоятельным в связи с превышением обязательств над иму­ществом тем меньше, чем больше дебиторская задолженность, так как последняя является частью активов лица. Иначе говоря, несо­стоятельность лица закон соотносит исключительно с его внутрен­ним финансовым состоянием, которое определяется с учетом не только требований кредиторов к нему, но и его собственных требо­ваний к своим должникам;

в) неспособность лица удовлетворить требования кредиторов в связи с неудовлетворительной структурой его баланса. Под неудо­влетворительной структурой баланса понимается такое состояние имущества и обязательств должника, когда за счет имущества не мо­жет быть обеспечено своевременное выполнение обязательств перед кредиторами в связи с недостаточной степенью ликвидности иму­щества должника, т. е. невозможностью достаточно быстро реализо­вать его и вырученные денежные средства направить на покрытие долгов. При этом общая стоимость имущества может быть равна об­щей сумме обязательств должника или превышать ее (преамбула За­кона о несостоятельности). Более определенные критерии для уста­новления неудовлетворительной структуры баланса содержатся в по­становлении Правительства РФ от 20 мая 1994 г. № 498 «О некото­рых мерах по реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий»[5].

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 78

Понятие несостоятельности характеризуется помимо сущност­ных также внешним признаком. Внешним признаком несостоятель­ности лица является приостановление его текущих платежей при условии, что лицо не обеспечивает или заведомо не способно обес­печить выполнение требований кредиторов в течение трех месяцев со дня наступления сроков их исполнения (ч. 2 ст. 1 Закона о несо­стоятельности).

Заведомая неспособность лица обеспечить выполнение требова­ний кредиторов, разумеется, может быть известна только ему самому, поэтому только по его (а не кредиторов) инициативе возможно воз­буждение производства по делу о несостоятельности.

Следует особо подчеркнуть, что наличие внешнего признака несостоятельности еще не означает собственно несостоятельности. Приостановление текущих платежей на срок не менее трех месяцев означает лишь то, что лицо является неплатежеспособным и имеют­ся основания для возбуждения производства по делу о несостоятель­ности. И только в ходе судебного разбирательства можно выяснить, какова в данном случае природа неплатежеспособности лица, сопро­вождается ли она наличием хотя бы одного из сущностных призна­ков несостоятельности?

В соответствии с ч. 3 ст. 1 Закона о несостоятельности лицо считается несостоятельным после признания факта несостоятель­ности арбитражным судом или после официального объявления о ней должником при его добровольной ликвидации в «Вестнике Высшего Арбитражного Суда РФ». Другие государственные органы и лица, включая собственника предприятия, не вправе принимать решения о несостоятельности.

Круг лиц, которые могут быть признаны несостоятельными, определен непосредственно в Гражданском кодексе. К ним относятся:

1) индивидуальные предприниматели, которые не в состоянии удовлетворить требования кредиторов, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности (ст. 25),

2) юридические лица: а) являющиеся коммерческими организа­циями (за исключением казенньк предприятий), б) некоммерческие организации, действующие в форме потребительских кооперативов либо благотворительных или иных фондов (ст. 65).

Приведенный перечень лиц является исчерпывающим. Иные лица, а именно: граждане, не являющиеся предпринимателями; ка­зенные предприятия; некоммерческие организации (за исключени­ем потребительских кооперативов и благотворительных или иных фондов) не могут быть признаны несостоятельными.

Таким образом, определение круга субъектов, подпадающих под действие законодательства о банкротстве, поставлено в зависи­мость от пределов их юридической самостоятельности и ответствен­ности.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 79

Следует заметить, что по сравнению с Законом о несостоятель­ности в ГК. РФ круг лиц, которые могут быть признаны несостоя­тельными, расширен. Закон о несостоятельности относил к ним только предпринимателей.

Порядок возбуждения и рассмотрения дел о несостоятельности в ар­битражном суде. Процедуры, применяемые к несостоятельному должнику. Основанием для возбуждения производства по делу о несостоятельности является заявление одного из следующих лиц: должника, кредитора (кредиторов), прокурора (ст. 4 Закона о несостоятельности). По ини­циативе других лиц, в том числе по инициативе суда, дело о несостоя­тельности не может быть возбуждено.

Заявление, поданное должником, в отличие от заявлений кре­диторов и прокурора, не может быть им отозвано и подлежит рас­смотрению арбитражным судом по существу.

Большинство дел в арбитражных судах в связи с несостоятель­ностью возбуждаются по заявлениям кредиторов как главных заин­тересованных лиц в начале производства. В соответствии с поста­новлением Правительства РФ от 20 мая 1994 г. № 498 право высту­пать от имени государства как кредитора при решении вопросов о несостоятельности предприятий вне зависимости от их организаци­онно-правовой формы и формы собственности в случае неисполне­ния предприятиями обязательств по платежам в федеральный бюд­жет или внебюджетные фонды предоставлено Федеральному управ­лению по делам о несостоятельности (банкротстве),

Заявление кредитора, так же как и заявление должника, может содержать ходатайство о проведении реорганизационных процедур (внешнего управления имуществом должника или санации) с целью восстановления платежеспособности должника.

С заявлением о возбуждении производства по делу о несостоя­тельности вправе обратиться в арбитражный суд также прокурор. Однако такое обращение может иметь место только в случае обнару­жения прокурором признаков умышленного или фиктивного бан­кротства, а также в других случаях, предусмотренных законодатель­ными актами.

Дела о несостоятельности (банкротстве) подведомственны и подсудны арбитражным судам по месту нахождения должника (п. 3 ст. 22, ст. 28 АПК).

На основании заявления должника, кредитора или прокурора судья арбитражного суда единолично возбуждает производство по делу о несостоятельности, о чем выносит определение, которое на­правляет должнику, кредитору (кредиторам) и прокурору, а также трудовому коллективу предприятия-должника в лице органа, подпи­савшего коллективный договор.

Для возбуждения производства по делу о несостоятельности и его рассмотрения необходимо, кроме установления внешнего приз-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 80

нака несостоятельности – приостановления текущих платежей, что­бы требования кредиторов к должнику в совокупности составляли сумму не менее 500 минимальных размеров оплаты труда, устано­вленных законом.

Дела о несостоятельности рассматриваются арбитражным су­дом коллегиально в составе трех судей (ст. 14 АПК).

По результатам рассмотрения дела арбитражный суд принимает одно из следующих решений:

– о признании должника несостоятельным и открытии кон­курсного производства, если в ходе судебного разбирательства будет установлено наличие как внешних, так и сущностных признаков не­состоятельности ;

– об отклонении заявления о возбуждении производства по де­лу о несостоятельности, если в ходе судебного разбирательства выявлена фактическая состоятельность должника и требования кредито­ров могут быть удовлетворены.

Если в заявлении должника или кредитора содержится ходатай­ство о проведении реорганизационных процедур (внешнего управле­ния имуществом должника или санации) и имеются основания для их проведения (т. е. имеется реальная возможность восстановить плате­жеспособность должника), то арбитражный суд выносит определение о приостановлении производства по делу о несостоятельности и про­ведении внешнего управления имуществом должника или санации.

В отношении несостоятельного должника применяются сле­дующие процедуры: реорганизационные, ликвидационные и миро­вое соглашение. Закон допускает применение также внесудебных процедур.

Реорганизационные процедуры – это процедуры, направленные на поддержание деятельности и финансовое оздоровление предприя­тия-должника с целью предотвращения его ликвидации. К ним отно­сятся внешнее управление имуществом должника и санация.

Внешнее управление имуществом должника – это реорганиза­ционная процедура, направленная на продолжение деятельности предприятия-должника и назначаемая арбитражным судом по заяв­лению должника, собственника предприятия-должника или креди­тора (кредиторов) и осуществляемая на основании передачи функ­ции по управлению предприятием-должником арбитражному управ­ляющему.

Основанием для назначения внешнего управления имуществом должника является наличие реальной возможности восстановить платежеспособность предприятия-должника с целью продолжения его деятельности путем реализации части его имущества и осущест­вления других организационных и экономических мероприятий, на­пример, ликвидации убыточных производств, сокращения числен­ности работников и т. п.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 81

На период проведения названной процедуры, который не мо­жет превышать 18 месяцев, вводится мораторий на удовлетворение требований кредиторов к должнику. Такая отсрочка исполнения требований кредиторов к должнику устанавливает льготный режим хозяйствования для неплатежеспособного предприятия и направле­на на защиту его интересов.

Органами, осуществляющими внешнее управление имуществом должника, являются собрание кредиторов и арбитражный управляю­щий. Собрание кредиторов выполняет следующие функции: утверж­дает план проведения внешнего управления имуществом должника;

может образовать комитет кредиторов и определить его функции;

определяет размер вознаграждения арбитражному управляющему, выполняет другие функции, предусмотренные Законом о несостоя­тельности.

Ключевой фигурой проведения внешнего управления иму­ществом должника является арбитражный управляющий, назначае­мый арбитражным судом.

Арбитражный управляющий выполняет следующие функции:

руководит предприятием-должником; распоряжается его имуществом;

назначает и увольняет работников предприятия-должника, в том чис­ле отстраняет при необходимости руководителя от выполнения обя­занностей по управлению предприятием-должником; разрабатывает план проведения внешнего управления имуществом должника и орга­низует его выполнение; созывает собрание (комитет) кредиторов; вы­полняет другие функции, предусмотренные Законом о несостоятель­ности.

Итогом деятельности арбитражного управляющего является за­явление о завершении внешнего управления имуществом должника, подаваемое им в арбитражный суд. Заявление подается в случаях, ес­ли цель внешнего управления имуществом должника достигнута, т. е. его платежеспособность восстановлена, или если арбитражный управляющий пришел к выводу, что достижение этой цели невоз­можно. Оба случая могут иметь место до истечения срока, на кото­рый назначена процедура.

По результатам внешнего управления и характеру заявления арбитражного управляющего арбитражный суд выносит одно из сле­дующих решений:

– о завершении внешнего управления имуществом должника и прекращении производства по делу о несостоятельности юридическо­го лица, если цель внешнего управления имуществом должника до­стигнута и его платежеспособность восстановлена,

– о прекращении внешнего управления имуществом должни­ка, признании должника несостоятельным и открытии конкурсного производства, если достижение цели восстановления платежеспо­собности должника невозможно,

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 82

– о продолжении проведения внешнего управления иму­ществом должника в пределах срока, предусмотренного для этого Законом (18 месяцев).

Другой реорганизационной процедурой является санация, за­ключающаяся в оказании предприятию-должнику финансовой по­мощи со стороны его собственника, кредиторов или иных лиц.

Основанием для проведения санации является наличие реальной возможности восстановить платежеспособность должника для про­должения его деятельности путем оказания ему финансовой помощи.

Решение о санации принимается арбитражным судом при на­личии ходатайства со стороны должника, кредиторов, собственника предприятия или иных лиц. В заявлении могут содержаться список лиц, желающих участвовать в проведении санации, и необходимые сведения о них

Преимущественное право на участие в проведении санации имеют собственник предприятия-должника, кредиторы и члены трудового коллектива этого предприятия.

Определив круг лиц, допущенных к проведению санации, ар­битражный суд выносит соответствующее определение. В семиднев­ный срок со дня вынесения названного определения участники са­нации должны провести собрание, на котором необходимо вырабо­тать соглашение, определяющее условия проведения санации.

Обязательными условиями этого соглашения являются:

– обязательство обеспечить удовлетворение требований всех кредиторов в согласованные с ними сроки. В частности, по истече­нии 12 месяцев с начала санации должно быть удовлетворено не ме­нее 40 % от общей суммы требований кредиторов. Участники сана­ции обязаны выполнить принятые обязательства перед кредиторами в полном объеме и несут за их выполнение солидарную ответствен­ность, если соглашением не предусмотрено иное;

– продолжительность санации, которая не может быть более 18 месяцев. Однако арбитражный суд вправе по ходатайству участ­ников санации, за исключением случаев санации государственных или муниципальных предприятий, продлить срок ее проведения, но не более чем на 6 месяцев;

– согласованное участниками санации распределение между ними ответственности перед кредиторами;

– определение ответственности одного или нескольких участни­ков санации в случае их отказа от участия в санации после ее начала.

Подписанное соглашение передается в арбитражный суд, кото­рый выносит определение о начале проведения санации в порядке и на условиях, определенных в соглашении.

В период осуществления санации арбитражный суд контролирует ее проведение и, в случае выявления нарушений закона или условий соглашения, может своим определением прекратить санацию.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 83

В зависимости от причин прекращения санации арбитражный суд принимает одно из следующих решений:

– определение о завершении санации и прекращении произ­водства по делу о несостоятельности, если цель санации достигнута;

– решение о признании должника несостоятельным и об от­крытии конкурсного производства, если цель санации не достигнута.

Основной процедурой, применяемой к несостоятельному долж­нику, является его принудительная ликвидация. Она осуществляется в процессе конкурсного производства в случаях, когда финансовое со­стояние должника настолько безнадежно, что отсутствует реальная возможность восстановить платежеспособность или назначенная ар­битражным судом реорганизационная процедура не достигла цели.

Конкурсное производство – это процедура, направленная на ликвидацию несостоятельного должника путем распределения его имущества (конкурсной массы) между кредиторами.

Конкурсное производство имеет несколько целей: соразмерное удовлетворение требований кредиторов в определенной законом очередности; объявление должника свободным от долгов; охрана сторон от неправомерных действий в отношении друг друга.

Решение арбитражного суда о признании должника несостоя­тельным и открытии конкурсного производства публикуется в «Вестнике Высшего Арбитражного Суда РФ» и доводится до сведения трудового коллектива, органов местного самоуправления, местных финансовых органов, банков и иных кредитных организаций, обслу­живающих должника.

Открытие конкурсного производства имеет ряд важных послед­ствий для должника и других участников конкурсного производства.

– запрещается отчуждение имущества должника, а также по­гашение им своих обязательств без согласия кредиторов,

– время исполнения всех долгов считается наступившим и тем самым, независимо от их сроков, требования всех кредиторов урав­ниваются между собой,

– прекращается начисление пени и процентов по всем видам задолженности должника,

– все претензии заявляются должнику в соответствии со спе­циальными правилами, установленными для конкурсного производ­ства,

– право управления и распоряжения имуществом должника переходит к должностному лицу конкурсного производства – кон­курсному управляющему. При этом руководитель предприятия-должника определением арбитражного суда отстраняется от выпол­нения обязанностей по управлению предприятием.

Реализация целей конкурсного производства лежит на органах конкурсного управления: собрании кредиторов и конкурсном управ­ляющем.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 84

Кандидатуру конкурсного управляющего, квалификационные требования к которому аналогичны требованиям к арбитражному управляющему, выдвигает собрание кредиторов и утверждает арбит­ражный суд.

Центральное место в конкурсном процессе, возвышаясь над органами конкурсного управления, занимает арбитражный суд. Он не только контролирует деятельность собрания кредиторов и кон­курсного управляющего, но и существенным образом может влиять на ход конкурсного производства, открывая и закрывая его, откло­няя или удовлетворяя ходатайства сторон, вынося соответствующие решения (ст. 19 Закона о несостоятельности).

Порядок ликвидации имущества несостоятельного должника включает в себя два основных этапа: 1) формирование конкурсной массы и реализация имущества (обращение его в наличные деньги), 2) выявление требований кредиторов, подлежащих удовлетворению, и удовлетворение их.

Конкурсная масса – имущество должника, на которое может быть обращено взыскание в процессе конкурсного производства.

Основу для формирования конкурсной массы образует все имущество (активы) должника, указанное в бухгалтерском балансе.

Заключительным этапом формирования конкурсной массы яв­ляется реализация имущества, составляющего ее, в целях обращения в наличные деньги. Обращение имущества в наличные деньги осу­ществляется, как правило, посредством организации публичных торгов, что позволяет получить максимально возможную в данных условиях цену.

Параллельно процессу формирования конкурсной массы осу­ществляется процесс выявления требований кредиторов (пассива должника), подлежащих удовлетворению из денег, полученных от продажи имущества.

Кредиторы, желающие принять участие в конкурсе и получить удовлетворение своих требований, должны предъявить претензии к должнику в двухмесячный срок со дня публикации объявления о не­состоятельности.

Проверка требований кредиторов завершает этап составления пассива должника. Вся совокупность требований, включенных в пассив должника, подлежит соразмерному удовлетворению в поряд­ке очередности, установленной ст. 25, 64 ГК. Правила об очеред­ности удовлетворения требований кредиторов, установленные Зако­ном о несостоятельности, в части, противоречащей ГК, не подлежат применению.

После завершения расчетов с кредиторами конкурсный управ­ляющий представляет в арбитражный суд для проверки и утвержде­ния отчет о своей деятельности. К отчету прилагаются ликвидаци­онный баланс; документы об использовании средств, оставшихся

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 85

после удовлетворения требовании кредиторов; декларацию о своих доходах и имущественном положении.

После утверждения отчета арбитражный суд выносит определе­ние о завершении конкурсного производства. Основным правовым последствием завершения конкурсного производства является осво­бождение должника от долгов.

Однако следует иметь в виду, что освобождение от долгов имеет практическое значение только в отношении индивидуального пред­принимателя (п. 4 ст. 25 ГК). Что же касается юридических лиц, то они по завершении конкурсного производства ликвидируются На основании определения арбитражного суда о завершении конкурс­ного производства, направленного органу, осуществляющему госу­дарственную регистрацию юридического лица, оно исключается из государственного реестра юридических лиц. С этого момента юри­дическое лицо прекращает свое существование

Мировое соглашение – процедура достижения договоренности межцу должником и кредиторами относительно отсрочки и (или) рас­срочки причитающихся кредиторам платежей или скидки с долгов. Благодаря такому мирному урегулированию спора возможно предот­вращение ликвидации имущества несостоятельного должника.

Мировое соглашение может быть заключено на любом этапе производства по делу о несостоятельности. Оно может состояться лишь в отношении признанных требований кредиторов пятой оче­реди. Спорные требования, не признанные должником, арбитраж­ным или конкурсным управляющим, не могут быть предметом ми­рового соглашения.

Закон предусматривает также внесудебные процедуры в отноше­нии несостоятельных должников. Внесудебные процедуры являются способами, позволяющими должнику и кредиторам путем перегово­ров договариваться либо о продолжении деятельности предприятия-должника, либо о его добровольной ликвидации. Соответственно, ре­зультатами внесудебных процедур могут быть: а) соглашение между кредиторами и должником об отсрочке и (или) рассрочке платежей или скидке с долгов для продолжения деятельности предприятия-должника; б) добровольная ликвидация предприятия-должника под контролем кредиторов и официальное объявление должником о своей несостоятельности.


[1] Ведомости РФ. 1993. № 1. ст. 6.

[2] СЗ РФ. 1995. № 19. ст. 1709. (Далее – АПК).

[3] Белых B.C. Концепция банкротства: Законодательная модель и реальность // Российский юридический журнал. 1995. № 3. С. 13.

[4] Попондопуло В.Ф. Конкурсное право. СПб., 1995. С. 10.

[5] СЗ РФ. 1994. № 5. ст. 490.

 

Глава III. СУБЪЕКТЫ КОММЕРЧЕСКОГО ПРАВА. ОТДЕЛЬНЫЕ ВИДЫ

§ 1. Индивидуальные предприниматели

Предпринимательская деятельность граждан без образования юридического лица – одна из самых простых форм организации предпринимательской деятельности. В современном законодатель­стве это один из немногих способов ведения единоличного частного предпринимательства. Другие организационные формы предпола­гают организацию юридической личности, или основываются не на единоличном хозяйствовании, а на объединении средств, труда, или строятся на базе государственного, а не частного имущества. Такой подход является новым для нашего законодательства, поскольку ранее им допускалась возможность создания единоличного частного предприятия.

Закон не останавливается специально на том, с какого возраста гражданин имеет право заниматься индивидуальной деятельностью, однако рассмотрение нескольких норм ГК, а именно ст. 21, 26, 27, позволяет сделать вывод о том, что для осуществления предприни­мательской деятельности гражданин должен быть полностью дее­способным, т. е. достичь восемнадцатилетнего возраста. Есть два исключения из этого правила, о чем говорится в ст. 21 и 27 ГК. Ис­ключения связаны, во-первых, со вступлением гражданина в брак до достижения восемнадцатилетнего возраста и, во-вторых, с новой для нашего законодательства процедурой эмансипации несовершенно­летнего.

В первом случае гражданин приобретает гражданскую дееспо­собность в полном объеме с момента вступления в брак, из чего можно сделать вывод о том, что с этого же момента гражданин при­обретает одновременно и право на занятие индивидуальной пред­принимательской деятельностью, поскольку единственным услови­ем для занятия последней как раз и является обладание гражданской дееспособностью в полном объеме. В этом случае юридическим фак­том, открывающим для гражданина возможность заниматься инди­видуальной предпринимательской деятельностью, является момент регистрации брака.

Второе исключение – эмансипация, она регулируется ст. 27 ГК, в которой говорится о том, что гражданин может быть признан полностью дееспособным при достижении шестнадцати

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 87

лет, если он работает по трудовому договору, в том числе по контрак­ту, или с согласия родителей, усыновителей или попечителя зани­мается предпринимательской деятельностью. В этом случае объяв­ление несовершеннолетнего полностью дееспособным (эманси­пация) производится по решению органа опеки и попечительства – с согласия обоих родителей, усыновителей или попечителя, а при отсутствии такого согласия – по решению суда. Таким образом, в случае эмансипации несовершеннолетнего занятие им предприни­мательской деятельностью возможно при наступлении следующих юридических фактов: достижение гражданином шестнадцати лет, решение органа опеки и попечительства или специальное решение по этому поводу суда. На приобретение эмансипированным гражда­нином всех гражданских прав указывает также п. 16 Пленума Вер­ховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»[1], где говорится о том, что такие несовершеннолетние обладают в полном объеме гражданскими правами и несут обязанности, в том числе самостоятельно отвечают по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда, за исключением тех прав и обязанностей, для приобретения которых федеральным законом установлен возраст­ной ценз.

Регистрация индивидуальной предпринимательской деятель­ности производится в соответствии с «Положением о порядке госу­дарственной регистрации субъектов предпринимательской деятель­ности», утвержденным Указом Президента РФ от 8 июля 1994 г. «Об упорядочении государственной регистрации предприятий и предпринимателей на территории РФ» – по месту жительства буду­щего предпринимателя[2].

К предпринимательской деятельности, осуществляемой граж­данами без образования юридического лица, в соответствии с п. 3 ст. 23 ГК применяются правила ГК, которые регулируют предпри­нимательскую деятельность юридических лиц, являющихся пред­принимателями. Кроме того, закон специально регулирует также последствия незаконной деятельности, связанной с ведением пред­принимательской деятельности без государственной регистрации. В соответствии с п. 4 ст. 23 ГК суд применяет к таким действиям правила об обязательствах, связанных с осуществлением предпри­нимательской деятельности, и лицо в этом случае не вправе ссылать­ся в отношении заключенных им при этом сделок на то, что оно не являлось предпринимателем. Несмотря на то, что в этом случае су­дам предписано применять нормы, регулирующие предпринима­тельскую деятельность, дела с участием указанных граждан все же

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 88

подведомственны судам общей юрисдикции (п. 13 Пленума Верхов­ного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как уже было сказано, законодатель еще до принятия нового ГК рассматривал предпринимательскую деятельность без образова­ния юридического лица в качестве самостоятельного вида. Однако современная форма такого предпринимательства имеет ряд суще­ственных отличий от прежней. Уже отмечалось, что этот способ ве­дения предпринимательства является одним из немногих видов ор­ганизации индивидуального частного капитала. Другая особенность заключается в том, что в соответствии с п. 3 ст. 2 Закона о предприятиях предприниматель такого рода не мог использовать в своей дея­тельности наемный труд, в противном случае он был вынужден обра­зовать юридическое лицо и перерегистрироваться. Новый ГК не содержит каких-либо ограничений на этот счет. Кроме того, совре­менный индивидуальный предприниматель отличается характером своей правоспособности. Ранее она была специальной, предприни­матель мог заниматься только тем, что специально указано в свиде­тельстве о его регистрации. Осуществление деятельности, не зафик­сированной в свидетельстве, признавалось нарушением закона и влекло необходимость для предпринимателя перечислить в бюджет все доходы, полученные им от деятельности такого рода. В настоящее время принцип общей правоспособности распростра­няется на всех предпринимателей, в том числе и на индивидуальных, поэтому они вправе совершать любые сделки за исключением тех, которые специально запрещены законом. Здесь также следует отме­тить, что отдельные виды предпринимательской деятельности, кро­ме того, требуют еще и специального лицензирования, что, однако, не может считаться исключением из правила об общей правоспособ­ности предпринимателя.

Особой разновидностью индивидуального предприниматель­ства является ведение крестьянского (фермерского) хозяйства, регу­лируемое специальным Законом РСФСР «О крестьянском (фер­мерском) хозяйстве»[3].

Глава такого хозяйства осуществляет деятельность также без образования юридического лица, однако легализация подобной дея­тельности производится без специальной государственной регистра­ции, а с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства. Другая особенность этой организационной формы заключается в том, что члены фермерского хозяйства, поми­мо предпринимательского интереса, как правило, связаны еще и узами родства.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 89

Одним из положительных качеств нового ГК является то, что в этом нормативном акте достаточно подробно рассматриваются во­просы ответственности и процедуры банкротства индивидуальных предпринимателей. Ранее действовавшие нормы ничего не говорили о характере такой ответственности или о том, каким образом соотно­сится личное имущество предпринимателя с тем имуществом, кото­рое он использует в своей предпринимательской деятельности, ка­ким образом происходит удовлетворение кредиторов индивидуаль­ного предпринимателя при его банкротстве и какая очередность устанавливается в погашении задолженности предпринимателя пе­ред теми кредиторами, которые не участвовали в его предпринима­тельской деятельности, и иными кредиторами. Теперь все эти во­просы нашли достаточно подробное освещение в ГК.

В частности, закон распространяет на индивидуальных пред­принимателей принцип полной ответственности. Индивидуальный предприниматель отвечает по своим обязательствам всем принадле­жащим ему имуществом, исключение здесь составляет только то имущество, которое перечислено в ст. 369 ГПК и в Приложении № 1 к ГПК.

Решение о признании предпринимателя несостоятельным (банкротом) принимает суд. С момента вынесения такого решения утрачивает силу государственная регистрация предпринимателя. Условия и порядок признания индивидуального предпринимателя банкротом или объявления им о своем банкротстве устанавливаются специальным законом, однако наиболее общие вопросы этой проце­дуры зафиксированы в ГК. В частности, здесь регламентируется оче­редность погашения задолженности индивидуального предпринима­теля перед кредиторами, совпадающая с тем порядком, который уста­новлен для юридических лиц.

Помимо тех кредиторов, которые связаны с предпринимателем по характеру его предпринимательской деятельности, особым обра­зом закон определяет права иных его кредиторов. Последние также вправе заявлять свои требования к предпринимателю в период бан­кротства, но эти требования сохраняют свою силу и после заверше­ния процедуры банкротства индивидуального предпринимателя[4].

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 90


[1] Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. № 9.

[2] СЗРФ 1994 № 11.Ст 1194.

[3] Ведомости РСФСР. 1990. № 26. ст. 324.

[4] См. также п. 14, 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ 6/8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федера­ции».

§ 2. Полные и коммандитные товарищества

Полные товарищества. В основе создания полного товарищества лежит интерес нескольких физических или юридических лиц объ­единиться для ведения совместной деятельности, объединить при этом свой капитал, образуя самостоятельный субъект коммерческих отношений. Следует обратить особое внимание на то обстоятель­ство, что в соответствии с новым гражданским законодательством полное товарищество является юридическим лицом. Ранее законо­датель не наделял полные товарищества этим качеством.

Полное товарищество имеет ряд специфических особенностей, главными из которых являются следующие. Во-первых, любой из участников полного товарищества действует от имени товарищества в целом, т. е. предпринимательская деятельность участников това­рищества признается деятельностью самого товарищества. Вторая особенность заключается в оригинальной системе ответственности участников полного товарищества. Все они несут солидарную, не­ограниченную ответственность всем своим имуществом по долгам товарищества (п. 1 ст. 69 ГК). Сущность такой ответственности за­ключается в том, что при отсутствии у товарищества достаточных средств погасить задолженность, ответственность распространяется на все имущество участников товарищества. Если полное товарище­ство осталось должным кредитору и не может эту задолженность погасить, то кредитор имеет право направить взыскание на имуще­ство товарищества или на личное имущество любого из его участни­ков Следовательно, не исключена возможность, когда по сделке, заключенной одним из участников товарищества, в конечном счете отвечать будут другие участники, причем своим личным иму­ществом.

Каждый участник полного товарищества отвечает по обяза­тельствам товарищества всем своим имуществом вне зависимости от его доли в полном товариществе и вне зависимости от доли участия остальных. Условия ответственности участников полного товари­щества, зафиксированные в законе, не могут быть изменены или устранены какими бы то ни было соглашениями его участников под угрозой признания таких соглашений ничтожными (п. 3 ст. 75 ГК).

Общие правила об ответственности участников полного това­рищества распространяются и на тех его участников, которые не являются его учредителями, а вступили в товарищество после его регистрации. В этом случае предполагается, что будущие участники товарищества должны подробно ознакомиться с особенностями этой организационно-правовой формы и с конкретным финансовым положением избранной ими организации еще до момента их вступ­ления в члены товарищества. Достаточно строгие меры ответствен­ности в полном товариществе распространяются и на выбывших его

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 91

участников, которые продолжают нести ответственность по всем долгам товарищества, возникшим до момента их выбытия, в течение двух лет со дня утверждения годового отчета товарищества за год, в котором состоялось выбытие (п. 2 ст. 75 ГК).

Достаточно жесткая система ответственности полного товари­щества обусловливает его применение в основном в рамках семейных или узко специальных фирм, которые объединяют давно знакомых друг другу лиц или родственников, где достаточно распространены личные доверительные отношения между участниками. Утрата или изменение такого характера взаимоотношений влечет обычно прекращение дея­тельности товарищества.

Вместе с тем эта система ответственности полного товари­щества имеет, без сомнения, свои положительные черты, поскольку делает его весьма привлекательным для потенциальных кредиторов или контрагентов, тем самым повышая кредитоспособность това­рищества. Уже сам факт создания такого товарищества говорит об уверенности его участников в успехе дела, надежности предприятия и честном отношении к бизнесу. Именно поэтому исторически большинство наиболее солидных торговых товариществ в дореволю­ционной России создавалось в этой форме.

В соответствии с п. 4 ст. 66 ГК участниками полного товари­щества (полными товарищами) могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. Тем самым, как мы видим, закон здесь исключает из числа участников иных граждан, не являющихся предпринимателями. Такая позиция зако­нодателя, ориентированная на профессиональный состав участни­ков этого юридического лица, не лишена логики.

Во-первых, принцип неограниченной ответственности, приме­няемый к полным товариществам, может быть эффективно реализо­ван только в отношении тех лиц, которые профессионально зани­маются предпринимательской деятельностью, так как ответствен­ность предпринимателя отличается от ответственности граждан тем, что, по общему правилу, наступает вне зависимости от вины пред­принимателя, в то время как для граждан действует общий принцип ответственности только за вину.

Во-вторых, каждый из участников полного товарищества дей­ствует на рынке самостоятельно и для этого он должен иметь соот­ветствующие полномочия, закрепленные в свидетельстве о его госу­дарственной регистрации в качестве предпринимателя.

Создание полного товарищества начинается с разработки и утверждения участниками его учредительных документов. Посколь­ку любой участник такого товарищества занимается предпринима­тельской деятельностью от имени товарищества в целом, для его создания и функционирования не нужен устав, единственным учре­дительным документом здесь является учредительный договор

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 92

 (ст. 70 ГК). В этом договоре участники товарищества могут догово­риться или о создании общих органов управления для совместного ведения предпринимательской деятельности (при наличии едино­гласного решения всех участников на совершение каждой сделки товарищества), или возложить управление товариществом на одного или нескольких наиболее опытных и авторитетных участников (п. 1 ст. 72 ГК).

Управление делами товарищества, по общему правилу, если в договоре не предусмотрено иное, происходит единогласно, однако участники могут договориться и о том, что решение принимается большинством голосов товарищей (п. 1 ст. 71 ГК). По общему же правилу каждый участник обычно имеет один голос, если только учредительным договором не предусмотрена зависимость числа принадлежащих участнику голосов от размера его имущественного вклада.

Финансовая деятельность полного товарищества, как и любого юридического лица, строится на основе складочного капитала его участников. Сведения об этом капитале содержатся в учредительном договоре, где, кроме того, должен быть рассмотрен вопрос о размере доли каждого участника товарищества и порядке ее внесения. При этом закон не требует для полного товарищества минимального складочного капитала, так как гарантией прав его кредиторов служит личное имущество его участников.

Поскольку для любого участника полного товарищества всегда сохраняется риск наступления неограниченной ответственности по долгам товарищества всем своим личным имуществом, никто из пол­ных товарищей не может быть устранен от участия как в прибылях, так и в убытках товарищества, даже если на этот счет есть специальные соглашения между участниками по поводу активного или, наоборот, менее активного участия в делах товарищества (п. 1 ст. 74 ГК).

Выход из состава полного товарищества может быть доброволь­ным (по воле выбывающего участника) или принудительным (помимо воли выбывающего участника товарищества). В первом случае участник вправе выйти из товарищества по собственному заявлению, однако, если товарищество создано на определенный срок, то добровольный выход из него возможен лишь по уважитель­ной причине (ст. 77 ГК). Во втором случае участник полного това­рищества при наличии серьезных оснований может быть исключен из товарищества только в судебном порядке и по единогласному решению остающихся участников (п. 2 ст. 76 ГК).

При выходе из товарищества участник вправе получить денеж­ный эквивалент своей доли в имуществе товарищества, а при наличии соответствующего условия в учредительном договоре эта доля может быть полностью или частично выдана ему имуществом в натуре. Участник полного товарищества может передать свою долю в иму-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 93

ществе товарищества или ее часть либо другому товарищу, либо тре­тьему лицу, однако с обязательного согласия всех остальных товари­щей (ст. 79 ГК). При отсутствии такого согласия участник может либо остаться в товариществе, отказавшись от своего первоначального ре­шения, либо выйти из него с выплатой денежного эквивалента доли (или выдачей имущества в натуре). При этом у других товарищей не возникает права преимущественной покупки доли выбывающего участника.

Ликвидация полного товарищества происходит при возникнове­нии или общих обстоятельств, влекущих ликвидацию юридического лица (ст. 61 ГК), или при утрате тех особых лично-доверительных отно­шений между участниками, о которых уже говорилось (п. 1 ст. 76 ГК). Если в полном товариществе остается единственный участник, ему дается возможность в течение шести месяцев преобразовать свое това­рищество в общество с одним участником.

Товарищество на вере (коммандитное товарищество) также пред­ставляет собой объединение нескольких лиц и их капитала, создан­ное на основе договора между ними для совместной хозяйственной деятельности.

Все участники товарищества на вере подразделяются на две основные группы: полные товарищи и вкладчики (коммандитисты). Первые осуществляют предпринимательскую деятельность от имени товарищества и несут по его долгам полную ответственность всем сво­им имуществом, причем неограниченно и солидарно. Таким образом, правовой режим этой группы полностью схож с тем, который устано­влен для участников полных товариществ. Другая группа участни­ков– вкладчики, или коммандитисты, делают вклады в имущество товарищества и не несут ответственности по его долгам, они несут лишь риск убытков от утраты своих вкладов в имуществе товари­щества.

В отличие от полных товариществ, где все его участники долж­ны обязательно быть профессиональными предпринимателями, в товариществе на вере только полные товарищи должны быть инди­видуальными предпринимателями или коммерческими организа­циями, что касается вкладчиков, то ими могут быть любые граждане и любые юридические лица за исключение тех, которые специально перечислены в ГК. В частности, вкладчиками в товариществе на вере не вправе выступать государственные органы и органы местного самоуправления, за исключением случаев, специально предусмот­ренных законом. По смыслу ст. 3 ГК речь идет исключительно о федеральных законах, т. е. никакие ведомственные акты, акты ис­полнительной власти и акты органов местного самоуправления, являясь подзаконными, не могут устанавливать исключений на этот счет. Другое исключение распространяется на финансируемые соб­ственником учреждения. Они могут быть участниками любого това-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 94

рищества, в том числе и коммандитного, только с разрешения соб­ственника, если иное не установлено законом. И, наконец, послед­нее исключение относится к отдельным категориям граждан, кото­рым закон может специально запретить участие в хозяйственных товариществах. В этом случае речь может идти об отдельных катего­риях государственных служащих, участие которых в делах товари­щества может нанести вред интересам государства.

Различие в правовом положении участников товарищества на вере соответственно обусловливает и другие его правовые особен­ности, в частности коммандитисты отстранены от предпринима­тельской деятельности и управления делами товарищества. Они со­храняют лишь право на получение дохода на сделанный ими вклад и вынуждены доверять полным товарищам в использовании этих вкладов. Такое положение вещей и предопределило наименование этого вида товарищества – товарищество на вере. Название анало­гичной формы было и в предшествующем новому ГК законода­тельстве. Речь идет о смешанном товариществе, что по сути также было оправдано, поскольку товарищество на вере, как далее будет показано, занимает некоторое промежуточное положение между полными товариществами и отдельными видами обществ.

Некоторое промежуточное положение товарищества на вере сре­ди указанных организационно-правовых форм обусловлено тем, что статус его участников с полной ответственностью определяется по общим правилам о полных товариществах и их участниках (п. 2 ст. 82 ГК), а на вкладчиков, по сути, распространяются правила об участниках хозяйственных обществ – объединений капиталов. В этом смысле можно согласиться с мнением о том, что «товарищество на вере можно считать разновидностью полного товарищества, где допускается ис­пользование капитала посторонних лиц (вкладчиков), т. е. появляется возможность привлечения дополнительных средств за счет имущества вкладчиков, а не полных товарищей»[1].

Как следствие производного от полного товарищества вида, ком­мандитное товарищество имеет единственный учредительный доку­мент – учредительный договор, который составляют и подписывают исключительно участники с полной ответственностью. В этом доку­менте содержатся условия только о совокупном размере вкладов ком­мандитистов, конкретный же размер вклада каждого из них может быть отражен во внутренних документах товарищества, например, в его договорах с вкладчиками или в так называемом свидетельстве об участии, выдаваемом вкладчику товарищества. При всей своей значи­мости последний документ не является учредительным, именно по­этому норма о нем помещается в ст. 85 ГК, а не в ст. 83, где законода­тель описывает особенности учредительного договора коммандитного

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 95

товарищества[2]. Кроме коммандитистов полные товарищи также уча­ствуют в образовании складочного капитала, хотя закон и не опреде­ляет соотношение вкладов полных товарищей и коммандитистов.

Права вкладчиков товарищества на вере определены также в учредительном договоре и включают получение необходимой ком­мерческой информации о деятельности товарищества, право на ознакомление с его отчетами и балансами и, главным образом, право на получение соответствующей их вкладу части прибыли товари­щества, а также право выхода из товарищества с получением своего вклада или право передать его полностью или частично как другому вкладчику, так и третьему лицу (п. 2 ст. 85 ГК). В последнем случае у других вкладчиков товарищества появляется преимущественное право на покупку вклада, продаваемого выходящим участником. Однако согласия полных товарищей на передачу вклада (или его части) коммандитистом не требуется.

При ликвидации товарищества на вере вкладчики имеют пре­имущественное право перед полными товарищами на получение своих вкладов из имущества, оставшегося после удовлетворения других кре­диторов товарищества, а если и после этого у товарищества сохраняет­ся остаток имущества, то они участвуют в его распределении наравне с полными товарищами (п. 2 ст. 86 ГК).

Товарищество на вере сохраняется при наличии в нем хотя бы одного полного товарища и одного вкладчика (п. 1 ст. 86 ГК). Если же из него выбывают все вкладчики, полные товарищи вправе либо преобразовать товарищество в полное или ликвидировать его.


[1] Суханов Е. Комментарий ГК РФ//Хозяйство и право. 1995 № 3. С. 12.

[2] Подобной точки зрения придерживается Д. А. Медведев // Гражданское пра­во. Часть I. Учебник/ Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М., 1996. С. 135.

§ 3. Общества с ограниченной и дополнительной ответственностью

Общество с ограниченной ответственностью (далее по тексту – ООО) на сегодня можно назвать, пожалуй, одной из наиболее распро­страненных форм организации предпринимательской деятельности. Оно является специальной формой объединения учредителями их возможностей и средств путем образования нового юридического ли­ца, хотя определяющим для общества с ограниченной ответствен­ностью является объединение именно капитала, а не труда. Вместе с тем на этой стадии организации предпринимательской деятельности непосредственное участие членов общества в его оперативно-хозяйственной деятельности полностью не исключается.

Участниками обществ с ограниченной ответственностью могут быть и граждане и юридические лица. Государственные органы и

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 96

органы местного самоуправления не вправе выступать участниками обществ с ограниченной ответственностью. Финансируемые соб­ственником учреждения могут быть участниками обществ с ограни­ченной ответственностью только с разрешения собственника.

Поскольку учредители общества не обязаны участвовать в его деятельности, появляется необходимость иметь специальные органы этого юридического лица, компетенция которых, как и некоторые другие вопросы, может быть установлена только участниками об­щества в его уставе. Это обусловило наличие у таких обществ двух учредительных документов – учредительного договора и устава. Устав утверждается учредителями после подписания учредительного договора. В некотором смысле устав носит здесь производный харак­тер, учредительный же договор является главным документом об­щества.

Общества с ограниченной ответственностью обладают рядом специфических признаков, главным среди которых является то, что все участники такого общества несут риск убытков, связанных с деятельностью их организации, только в пределах стоимости вне­сенных ими вкладов (п. 1 ст. 87 ГК). Отсюда происходит и название общества – «с ограниченной ответственностью».

Общество с ограниченной ответственностью как юридическое лицо становится единственным собственником переданного учреди­телями имущества. Это характерно и для тех организационных форм, которые были рассмотрены ранее. Его участники после того как сделали свои вклады в уставный капитал теряют право собствен­ности на это имущество. Деление уставного капитала на доли не делает имущество общества долевой собственностью участников. Поэтому, действительно, участники такого общества несут лишь риск убытков в пределах стоимости их вкладов, а не отвечают сво­ими вкладами, которые на этот момент уже являются собствен­ностью общества.

Чаще всего вклады участников общества производятся деньга­ми, ценными бумагами или другими вещами, однако с этой целью в соответствии с п. 6 ст. 66 ГК здесь могут быть использованы и иму­щественные права либо иные права, имеющие денежную оценку. В связи с этим п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняет, что вкладом не может быть объект интеллектуальной собственности (патент, объект авторского права, включая программу для ЭВМ, и т. п. ) или «ноу-хау». Однако в качестве вклада может быть призна­но право пользования таким объектом, передаваемое обществу в соответствии с лицензионным договором, который должен быть зарегистрирован в порядке, предусмотренном законодательством.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 97

Внесенное в качестве вклада имущество подвергается оценке участ­никами общества на общем собрании.

Принцип ограниченной ответственности не позволяет кредиторам такого общества рассчитывать на какое-либо иное имущество, кроме имущества самого общества, поэтому законодатель обращает особое внимание и предъявляет более жесткие требования к определению и формированию уставного капитала обществ в сравнении со складочным капиталом товариществ. Размер этого капитала ни при каких условиях не может быть меньше минимальной суммы, определенной законом. При уменьшении стоимости чистых активов до размера, меньшего зарегистрированного уставного капитала, общество обязано объявить об этом и зарегистрировать соответствующее уменьшение капитала. Если же стоимость чистых активов окажется меньше установленного законом минимума, общество подлежит ликвидации (п. 4 ст. 90 ГК)[1].

Ликвидация общества может произойти в этом случае только по окончании второго финансового года деятельности общества, поскольку на полную оплату уставного капитала обществу с ограничен- ной ответственностью ГК предоставляет один год. Причем при регистрации допускается оплата уставного капитала не менее чем наполовину. При неоплате остальной части в течение первого года деятельности общества наступают те же последствия, что и при уменьшении его чистых активов до величины меньшей, чем зарегистрированный уставный капитал (п. 3 ст. 90 ГК).

Кроме того, любое уменьшение уставного капитала данного общества по сравнению с зарегистрированным (даже если его вели- чина остается при этом выше предусмотренного законом обязательного минимума) согласно п. 5 ст. 90 ГК допустимо только после письменного уведомления всех кредиторов общества. Кредиторы в этом случае вправе потребовать от общества досрочного прекращения или исполнения имеющихся обязательств с возложением на него всех связанных с этим убытков. Увеличение зарегистрирован­ного уставного капитала общества не требует специального оповещения об этом контрагентов общества, однако разрешается только после полной оплаты всеми его участниками своих вкладов.

Другая особенность общества с ограниченной ответственностью носит организационный характер и заключается в том, что такое общество является закрытым, т. е. основывается на принципах постоянства не только капитала, что мы уже рассмотрели, но и предполагает неизменный состава участников. Последний фактор наряду

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 98

с ограниченностъю ответственности общества является определяю­щим. В частности, законодателем достаточно подробно регламенти­руются процедуры передачи или отчуждения доли участника. По­следние, по общему правилу, могут передать свою долю (или ее часть) иным участникам общества или третьим лицам, однако п. 2 ст. 93 ГК позволяет самому обществу решить в учредительных доку­ментах вопрос об отчуждении доли участника третьим лицам. Если общество не согласно с такой передачей, передача не может быть осуществлена. Это правило является обычным для уставов обществ с ограниченной ответственностью, поскольку члены общества заинте­ресованы в том, чтобы его участниками были состоятельные лица, способные обеспечить престиж и кредитоспособность фирмы.

В уставе общества необходимо также уточнить круг лиц, кото­рым могут быть переуступлены доли выбывающего участника. Этот круг может быть максимально сужен, например, положением о том, что доли могут переуступаться только другим участникам, т. е. появ­ление новых участников помимо учредителей в этом случае вообще не предусмотрено. Можно несколько расширить этот круг и зафик­сировать положение о том, что выбывающий участник общества с ограниченной ответственностью с согласия большинства остальных участников может переуступить полностью или частично принадле­жащие ему доли остальным участникам или третьим лицам. Степень закрытости общества в этом случае определяется двумя показателя­ми: числом голосов, необходимых для получения согласия на пере­уступку долей, и кругом лиц, которым могут эти доли переуступать­ся. Обычно предусматривается, что доли могут быть переуступлены только с согласия большинства остальных участников. Это согласие может быть выражено простым, квалифицированным большин­ством (большинством в 3/4) голосов, единогласным решением или иным другим способом, который сочтут необходимым установить учредители общества. Поэтому в уставе этих обществ обычно четко фиксируют, о каком большинстве идет речь при выражении согла­сия на переуступку долей.

Вне зависимости от нормы устава члены общества приобретают преимущественное право покупки доли, продаваемой участником третьим лицам, пропорционально размерам своих долей (если иное не установлено учредительными документами общества или согла­шением его будущих участников).

Прием участников в общество может производиться как на ста­дии его учреждения, так и после этого. Порядок принятия новых участников регулируется уставом общества. Каждый новый участник несет ответственность и по тем обязательствам, которые возникли до его вступления в общество.

Участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества в любое время и независимо от согласия других

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 99

участников, подав при этом соответствующее заявление. При этом ему должна быть выплачена стоимость части имущества общества, соответствующей его доле в уставном капитале общества. Такое пра­вило зафиксировано в ст. 94 ГК. Следует обратить внимание на то, что здесь законодатель имеет в виду соответствующую часть всего имущества общества, а не только часть его уставного капитала. При­чем выбывающий участник получает не само имущество в натуре, а только стоимость соответствующего имущества. Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъясняет, что условия учредительных докумен­тов, предусматривающие право учредителя (участника) изъять вне­сенное им в качестве вклада имущество в натуре при выходе из со­става организации, признается недействительным. Это является важным фактором, обеспечивающим стабильность деятельности общества, поскольку в противном случае выход отдельных участни­ков мог бы практически парализовать его дальнейшую деятельность. Порядок и сроки выплаты денежного эквивалента определяются в специальном законодательстве об обществах или учредительными документами общества.

Органами управления общества являются общее собрание его участников, а также исполнительные органы, которые могут вклю­чать совет, правление или управляющего, ревизионную комиссию. Высшим органом управления обществом является общее собрание его участников. Оно обладает исключительной компетенцией в ре­шении некоторых основных вопросов жизни общества (ст. 91 ГК), таких, как изменение устава общества и изменение размера его ка­питала, образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, утверждение годовых отчетов и балан­сов общества и распределение его прибыли и убытков, принятие решений о реорганизации или ликвидации общества, избрание ре­визионной комиссии общества. Совет общества не является обяза­тельным органом, он может и не создаваться, в зависимости от воли участников. Вместо правления, т. е. коллегиального органа управле­ния, может быть предусмотрено избрание единоличного управляю­щего. Таким образом, виды и компетенция исполнительных органов общества определяются только в его учредительных документах. Исполнительные органы общества вправе решать все вопросы управления и деятельности общества, не отнесенные к исключи­тельной компетенции общего собрания.

Каждый участник общества с ограниченной ответственностью имеет право присутствовать на общем собрании и принимать непо­средственное участие в рассмотрении вопросов лично или через до­веренное лицо. Порядок распределения прибыли общества обычно

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 100

устанавливается уставом, в противном случае действует общий принцип, по которому чистая прибыль общества распределяется между его членами пропорционально размеру их вкладов.

Максимальное число участников общества устанавливается специальным законодательством, с другой стороны, его минималь­ный состав законом не ограничен, такое общество может иметь и единственного учредителя (участника), причем не обязательно про­фессионального предпринимателя, поскольку, как мы уже говорили, это общество объединение капиталов, а не лиц. В качестве един­ственного участника общества, следовательно, могут выступить и некоммерческие организации, и любые дееспособные граждане (физические лица). Однако в силу п. 2 ст. 88 ГК общество с ограни­ченной ответственностью не может иметь в качестве единственного участника или учредителя другое хозяйственное общество, состоя­щее из одного лица.

Реорганизация и ликвидация общества с ограниченной ответ­ственностью допускается, помимо общих оснований реорганизации и ликвидации юридических лиц, также по единогласному решению его участников. При этом в соответствии с п. 2 ст. 92 ГК такое обще­ство может преобразоваться либо в иное общество (акционерное или с дополнительной ответственностью), либо в производственный кооператив, но не в товарищество.

Обществом с дополнительной ответственностью признается уч­режденное одним или несколькими лицами общество, уставный капитал которого поделен на доли, так же как и в обществе с ограни­ченной ответственностью, однако от последнего общество с допол­нительной ответственностью отличается характером ответствен­ности участников, поскольку, при недостаточности имущества об­щества, для удовлетворения требований кредиторов участники тако­го общества могут быть привлечены к дополнительной ответствен­ности принадлежащим лично им имуществом, причем в солидарном порядке. Однако размер этой ответственности ограничен: он касает­ся не всего их имущества, что характерно для полных товариществ, а лишь его части – одинакового для всех участников кратного размера к сумме внесенных ими вкладов.

Участниками обществ с дополнительной ответственностью могут быть и граждане и юридические лица. Государственные орга­ны и органы местного самоуправления не вправе выступать участни­ками обществ с дополнительной ответственностью. Финансируемые собственником учреждения могут быть участниками обществ с до­полнительной ответственностью только с разрешения собственника.

В известной степени, если не брать во внимание характер от­ветственности, общество с дополнительной ответственностью мож­но считать разновидностью обществ с ограниченной ответствен­ностью, поскольку п. 3 ст. 95 ГК предусмотрено, что к обществу с

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 101

дополнительной ответственностью могут применяться правила об обществе с ограниченной ответственностью.


[1] До принятия специального закона об обществах с ограниченной ответствен­ностью величина уставного капитала организаций этого вида регламентируется Указом Президента РФ от 8 июля 1994 г. № 1482 «Об упорядочении государственной регистрации предприятий и предпринимателей на территории Российской Федера­ции»//СЗ РФ 1994 № 11 ст. 1194.

§ 4. Акционерные общества

Акционерным обществом (далее по тексту – АО) признается коммерческая организация, уставный капитал которой разделен на определенное число акций. Наиболее общие нормы о статусе АО содержит Гражданский кодекс, определяя в гл. 4 его понятие, основ­ные черты и устанавливая основные гарантии прав акционеров и кредиторов общества. Более подробная регламентация статуса ак­ционерных обществ является предметом специального законода­тельства, где центральное место занимает Закон РФ от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»[1]. Этот закон опреде­ляет правовое положение всех акционерных обществ, как создан­ных, так и создаваемых на территории Российской Федерации, за отдельными исключениями, которые касаются организации АО в банковской, инвестиционной и страховой сферах, а также тех ак­ционерных обществ, которые были созданы в процессе приватиза­ции. Особый правовой режим также предусмотрен законодателем для акционерных обществ, созданных на базе реорганизованных колхозов, совхозов и других сельскохозяйственных предприятий, а также крестьянских (фермерских) хозяйств, обслуживающих и сер­висных предприятий для сельскохозяйственных производителей. Регулирование деятельности перечисленных организаций является сферой специальных федеральных законов.

Акционерные общества в отличие от всех ранее рассмотренных видов коммерческих организаций представляют собой почти исклю­чительно объединение капитала, этим они отличаются от товари­ществ, объединяющих в первую очередь лиц, и от других хозяй­ственных обществ, которые, хотя и ставят главной целью объедине­ние капитала участников, но тем не менее предполагают возмож­ность их непосредственного личного участия в хозяйственной дея­тельности организации.

Уставный капитал акционерного общества изначально поделен на заранее определенное число одинаковых долей, выраженных ак­циями. Все акционерные общества делятся на две группы: закрытые и открытые. Их отличия зафиксированы в ст. 97 ГК, где предложено более обоснованное, чем в прежнем законодательстве, различие ак­ционерных обществ. Акции открытого акционерного общества рас­пространяются по свободной подписке, в закрытом обществе, на­оборот, акции раскупаются только его учредителями. В отличие от

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 102

обществ с ограниченной ответственностью и закрытых акционерных обществ открытые акционерные общества не лимитируют число своих участников. В открытом акционерном обществе акционер может свободно, по своему усмотрению реализовать принадлежащие ему акции любым третьим лицам. Поэтому такое общество можно назвать обществом с неограниченным числом участников. Здесь постоянно происходит изменение состава акционеров и числа при­надлежащих им акций. Только как исключение открытое общество вправе проводить закрытую подписку на выпускаемые им акции, если эта возможность не исключена специально уставом общества или требованиями нормативного характера.

В закрытом обществе акции распределяются лишь среди учре­дителей или иного, заранее определенного круга лиц. Закрытое об­щество не вправе проводить открытую подписку на выпускаемые им акции либо иным образом предлагать их для приобретения неогра­ниченному кругу лиц. Число акционеров закрытого общества регу­лируется законом. Оно не должно превышать пятидесяти. Если чис­ло акционеров закрытого общества превысит этот предел, общество в течение одного года должно преобразоваться в открытое, в про­тивном случае оно подлежит принудительной ликвидации в судеб­ном порядке.

Механизмом реализации этой особенности закрытых обществ является достаточно жесткая система коллективного внутреннего контроля над составом участников общества и числом принадлежа­щих им долей (акций). Для этого законодатель устанавливает прави­ло о преимущественной покупке акций общества. Это правило пред­писывает выбывающему участнику общества сначала предложить свои акции оставшимся членам, и только потом, если они от них отказались, он имеет право предлагать свои акции лицам, не уча­ствующим в обществе. Причем условия реализации акций участни­кам общества и другим лицам должны быть одинаковыми. Если вы­бывающий участник не соблюдает правил о преимущественной по­купке, акционеры, чьи права были таким образом нарушены, имеют право обратиться с требованием о переходе к ним прав на незаконно переданные акции. В соответствии с учредительными документами право преимущественной покупки акций может закрепляться не только за акционерами, но и за обществом в целом, если акционеры не реализовали это право. Порядок и сроки осуществления преиму­щественного права приобретения акций, продаваемых акционерами, устанавливаются уставом общества, а срок его осуществления не может быть менее 30 и более 60 дней с момента предложения акций на продажу.

Организация уставного капитала с помощью акций в первую очередь необходима для концентрации большого капитала, распы­ленного среди множества мелких вкладчиков. Это особенно важно

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 103

при реализации крупных инвестиционных проектов, которые, соб­ственно, и вызвали к жизни эту форму коммерческих организаций. Другое преимущество акций связано с возможностью их быстрого отчуждения и приобретения, особенно посредством биржевого ме­ханизма и предъявительских акций, что способствует процессу пере­ливания капитала из одной сферы деятельности в другую в соот­ветствии со складывающейся конъюнктурой рынка.

Организации этого вида действуют в соответствии с принципом «ограниченной ответственности», т е акционеры не отвечают по обязательствам общества и несут риск убытков, связанных с его дея­тельностью, в пределах стоимости принадлежащих им акций. В том случае, если на момент возникновения обязанности погасить задол­женности общества акционер еще не полностью оплатил свои ак­ции, он несет солидарную ответственность по обязательствам об­щества в пределах неоплаченной части стоимости принадлежащих ему акций.

Принцип «ограниченной ответственности» является общим для целого ряда организаций, поэтому акционерные общества по своей юридической природе, на первый взгляд, очень похожи, например, на общества с ограниченной ответственностью. И те и другие пред­ставляют собой форму объединения капитала У них обязательно наличие разделенного на доли (акции) уставного капитала Все вза­имоотношения между участниками (акционерами) строятся в зави­симости от того, каков размер сделанного ими взноса. Это имеет свое влияние на управление обществами, поскольку участие в реше­нии вопросов общества определяется количеством принадлежащих участнику (акционеру) долей (акций). Прибыль общества также рас­пределяется между участниками (акционерами) пропорционально их доле (количеству акций). Участники любого общества обязаны делать вклады в его капитал, но вовсе не обязаны своим личным трудом участвовать в его хозяйственной деятельности. Общим у них является и то, что эти формы основаны на принципе ограниченной имущественной ответственности участников, а 000 и закрытое АО, кроме того, имеют закрытый характер, т. е. контролируют состав своих участников. Именно схожесть этих организаций стала причи­ной ошибки, допущенной в прежнем законодательстве, где эти фор­мы были определены как тождественные. В действительности, не­смотря на такое количество общих черт, между этими видами хозяй­ственных обществ есть сущностные различия, позволяющие опреде­лить их как разные организационно-правовые формы.

Отличие это, в первую очередь, состоит в том, что природа доли в 000 принципиально отличается от природы акции АО Акция -это ценная бумага. Она подтверждает, в первую очередь, право ее держателя на дивиденды от деятельности организации. Это такое свидетельство о внесенном вкладе, которое не дает права требовать

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 104

возврата денежных сумм и иных видов обеспечения, внесенных в счет оплаты акций в уставный капитал Как следствие, акционер может только переуступить принадлежащие ему ценные бумаги другим покупателям и ни при каких обстоятельствах не может требо­вать от общества выплатить ему стоимость имущества последнего, эквивалентную числу принадлежащих ему акций в уставном капита­ле АО Именно поэтому акционерное общество являются достаточно устойчивым образованием, его участник может осуществить выход из общества только путем продажи или иного отчуждения своих ак­ций. В силу именно этого качества акционерные общества историче­ски возникали как самые устойчивые структуры. Для них практиче­ски исключена возможность «развала» общего имущества посред­ством выхода отдельных участников. Таким образом, 000 как и АО, будучи объединением капиталов, отличаются в первую очередь спо­собом и характером формирования уставного капитала.

Правосубъектность акционерных обществ, как и других ком­мерческих организаций, является общей, они имеют гражданские права и несут обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных федеральными законами Ис­ключение составляют только те виды деятельности, для занятия ко­торыми необходимо получение специальной лицензии (банки, стра­ховые компании и т. п. ). Если условиями предоставления такой ли­цензии предусмотрено требование о занятии обществом определен­ной деятельностью как исключительной, то общество в течение сро­ка действия лицензии не вправе осуществлять иные виды деятель­ности, за исключением тех, которые лицензией предусмотрены.

С понятием акционерного общества тесно связан вопрос о при­роде так называемой «смешанной собственности» в рамках акцио­нерного общества, т. е. возможно ли в рамках этой организационной формы существование, например, государственно-кооперативной собственности или иных подобных образований. Так, Е.А. Суханов утверждает, что «категория «государственное акционерное общество» является очевидным недоразумением, поскольку либо это государ­ственная организация-несобственник, либо акционерное общество-собственник (негосударственная организация), но не то и другое одновременно»[2]. Характер и особенности имущественных взаимоот­ношений акционерного общества как юридического лица и его учре­дителей будут подробно рассмотрены далее, что же касается затрону­той проблемы, то, по-видимому, организационная форма предпри­нимательства (что и представляет из себя акционерное общество) является не более чем способом организации имущества Организа­ционная форма может указывать только на процедуры операций с имуществом: порядок его объединения, распределения, порядок

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 105

получения дивидендов от использования и тому подобное. При всей своей важности организационная форма не может определять вид имущества или характер собственности этого имущества. В этом смысле термины «организационная форма» и «вид имущества» нель­зя соотносить и сравнивать друг с другом, поскольку это различные явления. Таким образом, для осуществления предпринимательской деятельности, наверно, любой вид имущества (частный или публич­ный) может быть организован в любой организационной форме.

Имея в виду эти обстоятельства, законодатель допускает воз­можность существования не только частных обществ, но и таких, учредителями которых выступают Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования. Однако в этом случае общества могут быть только открытыми.

Обе разновидности акционерных обществ законодатель помес­тил в одном пункте, а именно в п. 6 § 2 гл. 4 ГК РФ, из чего логично было бы сделать вывод о том, что открытые и закрытые АО являются одним и тем же видом организационных форм, представляя при этом его самостоятельные подвиды. Следовательно, изменение фор­мы АО на закрытую или открытую нельзя расценивать как преобра­зование, поскольку преобразование в соответствии с п. 5 ст. 58 ГК РФ – это изменение организационно-правовой формы юридическо­го лица. Кроме того, в соответствии со ст. 20 Закона РФ от 26 де­кабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» АО могут пре­образовываться только в общества с ограниченной ответственностью или в производственные кооперативы. Однако другого способа, кроме преобразования, в случае смены АО на закрытое или откры­тое, не существует, поэтому, если и дальше следовать логике этих рассуждений законодателя, смена вида АО вообще не может быть названа реорганизацией. Такая позиция, с нашей точки зрения, яв­ляется спорной, поскольку природа закрытого и открытого АО столь различна, что их смена друг на друга должна являться ничем иным , как изменением вида организационно-правовой формы, а следова­тельно, должна вести за собой преобразование юридического лица. В подтверждение такого вывода можно указать на то, что и сам зако­нодатель не до конца последователен в своей точке зрения, посколь­ку в п. 3 ст. 7 Закона РФ от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акцио­нерных обществах» он все же допускает возможность преобразова­ния АО из одного вида в другой. Имея в виду эти обстоятельства, законодателю, возможно, следовало бы определить закрытые и от­крытые АО как различные организационно-правовые формы пред­принимательства и поместить их в разные разделы § 2 гл. 4 ГК.

Создание акционерного общества осуществляется в общем по­рядке, присущем всем юридическим лицам с отдельными особенно­стями, перечисленными в ст. 98 ГК и законе об акционерных об­ществах. Общество может быть создано путем учреждения вновь и

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 106

путем реорганизации существующего юридического лица. Оконча­тельным моментом его создания является государственная регистра­ция общества. Решение о создании общества принимают его учреди­тели на общем собрании или, в случае учреждения общества одним лицом – этим лицом единолично. Решение должно отражать резуль­таты голосования учредителей, учреждение общества, утверждение его устава и избрание органов управления. При этом часть вопросов должны приниматься единогласно: решение об учреждении общест­ва, утверждении его устава, денежная оценка ценных бумаг, других вещей или имущественных прав либо иных прав, имеющих денеж­ную оценку, вносимых учредителем в оплату акций общества, долж­ны быть приняты учредителями единогласно. Другие – большин­ством в три четверти голосов, например, избрание органов управле­ния обществом.

На первой стадии организации учредители АО заключают меж­ду собой письменный договор, определяющий порядок осуществле­ния ими совместной деятельности по созданию общества, размер уставного капитала, категории выпускаемых акций, порядок их раз­мещения и т. д. Следует обратить внимание на то, что этот договор не является учредительным документом общества, как например учредительные договоры обществ с ограниченной ответственностью и товариществ. Основная цель договора об учреждении – обеспе­чить легальную процедуру создания будущего общества. После до­стижения этой цели и создания соответствующего акционерного общества (п. 1 ст. 98 ГК) большая часть обязательств такого договора теряет свою силу вследствие их исполнения. По тем обязательствам, которые возникли у общества из договора об учреждении в связи с созданием организации до ее государственной регистрации, учреди­тели общества несут солидарную ответственность. Причем само об­щество несет ответственность по обязательствам учредителей, свя­занным с его созданием, только в случае последующего одобрения их действий общим собранием акционеров.

Учредителями общества могут выступать как граждане, так и юридические лица, принявшие решение о его учреждении, за некото­рыми исключениями и правилами, которые сводятся к следующему. В открытом обществе закон не ограничивает число учредителей, что же касается числа учредителей закрытого общества, то оно не может превышать пятидесяти. Общество не может иметь в качестве един­ственного учредителя (акционера) другое хозяйственное общество, состоящее из одного лица. В силу своей административной компетен­ции государственные органы и органы местного самоуправления не могут выступать учредителями общества, если иное специально не установлено федеральным законом. Также в соответствии со специ­альным законодательством, в данном случае законодательством об

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 107

иностранных инвестициях, создаются общества с участием ино­странных инвесторов.

Учредительным документом акционерного общества является его устав. Это единственный учредительный документ. В акционер­ном обществе не заключается учредительный договор, поскольку в большинстве случаев это физически невозможно из-за большого числа акционеров. Поскольку в уставе общества отражаются наибо­лее важные особенности внутреннего строения организации, по требованию акционера, аудитора или любого заинтересованного лица общество обязано в разумные сроки предоставить акционерам возможность ознакомиться с уставом общества, а также с измене­ниями и дополнениями к нему. Общество также обязано предоста­вить акционеру по его требованию копию действующего устава об­щества. Устав, как учредительный документ, ориентирован на пред­ставление не только внутренних, но и внешних особенностей орга­низации. В этом смысле пользу в таком документе должны находить не только акционеры, но и контрагенты общества. Учитывая это, разумно предположить, что ознакомиться с уставом общества могут не только его участники, но и другие лица, например, партнеры об­щества, заинтересованные в установлении с ним коммерческих от­ношений.

В уставе акционерного общества обязательно, в соответствии с законом, указывается его полное и сокращенное фирменное наиме­нование; место нахождения общества; тип общества (открытое или закрытое); количество, номинальная стоимость, категории (обык­новенные, привилегированные) акций и типы привилегированных акций, размещаемых обществом; права акционеров – владельцев акций каждой категории (типа); размер уставного капитала общест­ва; структура и компетенция органов управления обществом и поря­док принятия ими решений; порядок подготовки и проведения об­щего собрания акционеров, в том числе перечень вопросов, решение по которым принимается органами управления обществом квали­фицированным большинством голосов или единогласно; сведения о филиалах и представительствах общества. Кроме перечисленных обязательных сведений, устав общества может содержать и другие положения, не противоречащие федеральным законам, ГК.

Следующая за учреждением стадия создания юридического лица – это его государственная репистрация. В соответствии со ст. 51 ГК она производится в органах юстиции и регулируется специальным законо­дательством о регистрации юридических лиц.

Деятельность любой организации может быть связана с изме­нениями в ее организационной структуре, что, в свою очередь, тре­бует отражения этих изменений в учредительных документах. Этим вопросам посвящено специальное место в акционерном законода­тельстве. Решение общества о внесении изменений и дополнений в

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 108

его устав или утверждение устава в новой редакции осуществляется по решению общего собрания акционеров, поскольку действительно затрагивает интересы всех участников общества.

Решение о внесении изменений и дополнений в устав общества или утверждение устава общества в новой редакции принимается на общем собрании акционеров большинством в три четверти голосов акционеров – владельцев голосующих акций, принимающих уча­стие в общем собрании, а в случае увеличения уставного капитала общества путем размещения дополнительных акций – на основании решения общего собрания акционеров, принятого большинством голосов принимающих участие в общем собрании акционеров, или решения совета директоров (наблюдательного совета) общества, принятого единогласно. Такие решения подлежат обязательной го­сударственной регистрации, подобной регистрации создания об­щества.

Применительно к акционерным обществам, следует остано­виться на двух вопросах, имеющих непосредственное отношение и к другим организационным формам, но в данном случае особенно очевидным в силу специфического характера организации акцио­нерного капитала. Речь пойдет о том, с какого момента изменения и дополнения, внесенные в устав общества, приобретают юриди­ческую силу и становятся обязательными для участников организа­ции и других лиц. Как видно из п. 3 ст. 52 ГК, законодатель сегодня разделяет момент возникновения обязанности соблюдать такие из­менения для третьих лиц и для самих акционеров. Внесение измене­ний в учредительные документы и утверждение их в новой редакции приобретают силу для третьих лиц с момента государственной реги­страции таких изменений. Что касается самих участников общества, то закон не определяет этот момент, хотя и утверждает, что су­ществуют случаи, когда внесенные изменения легализуются в ином порядке, а именно путем уведомления органа, осуществляющего государственную регистрацию. Из чего, на наш взгляд, можно сде­лать вывод о том, что для самих акционеров внесенные изменения приобретают силу непосредственно с момента вынесения решения об этом на общем собрании и уведомления об этом решении реги­стрирующего органа. Эта позиция законодателя имеет большое практическое значение, поскольку в деятельности организаций часто возникают имущественные споры, например, между учредите­лями общества и его новыми участниками. Разрешение этих споров невозможно без установления того момента, с которого в состав об­щества вошли его новые участники.

Другое, на что следует обратить внимание, это то, как законода­тель различает понятия «внесение изменений и дополнений в учре­дительные документы» и «принятие новой редакции учредительных документов». Отличие этих процедур впервые регламентируется

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 109

нашим законодательством и безусловно говорит о возросшем его качестве. Эти понятия схожи, поскольку любое изменение учреди­тельных документов влечет за собой изложение таких документов в новой редакции. К сожалению, ст. 14 Закона об акционерных об­ществах только указывает на это различие и ничего не говорит о кри­териях, которыми здесь следует руководствоваться на практике. Это обстоятельство естественно требует некоторых комментариев и по­яснений. Если вслед за законодателем предположить, что это разные понятия, то различие может быть в первую очередь связано с их объ­емом. Поскольку содержанием как первого, так и второго является определенное количество внесенных изменений, логично предпо­ложить, что в одном из этих случаев изменений вносится больше, нежели в другом. Однако просто количественного критерия здесь явно недостаточно, поскольку на практике пришлось бы в каждом конкретном случае определять ту меру изменений, которая позволи­ла бы считать их новой редакцией или просто внесением изменений. Следовательно, отличие здесь должно заключаться не столько в ко­личестве изменений, сколько в том новом качестве, которое при­дается юридическому лицу изменением его учредительных докумен­тов. Следуя далее логике таких рассуждений, можно предположить, что изменение качества юридической личности – это не что иное, как смена одного вида организационной формы юридического лица на другой.

Если теперь вновь вернуться к понятиям, объем которых мы пы­таемся определить, а именно – «внесение изменений и дополнений в учредительные документы» и «принятие новой редакции учредитель­ных документов», то несомненно, что второе шире первого и именно оно должно быть связано с реорганизацией юридического лица. При­чем здесь следует иметь в виду все варианты реорганизации, пред­усмотренные законодательством. Реорганизация общества может быть осуществлена в форме слияния, присоединения, разделения, выделе­ния и преобразования и заканчивается моментом государственной регистрации вновь возникших юридических лиц. При этом преобра­зование общества допускается только в иной вид хозяйственного об­щества или в производственный кооператив (ст. 104 ГК).

Природа акционерного общества предполагает наличие си­стемы коллективных органов управления и контроля. Поскольку акционеры обычно не принимают участия в его деятельности, кол­лектив АО можно разделить на две основные группы: собственники (акционеры) и наемные работники разного уровня, непосредственно организующие деятельность общества. Органами управления об­щества являются общее собрание акционеров, совет директоров (наблюдательный совет), правление общества, директор.

Высшим органом управления общества является общее собра­ние его акционеров. Общее собрание созывается не реже одного раза

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 110

в год и проводится в сроки, устанавливаемые уставом общества, эти сроки не могут быть ранее чем через два месяца и не позднее чем через шесть месяцев после окончания финансового года общества. Предметом обсуждения годового общего собрания являются вопро­сы об избрании исполнительных органов общества, его ревизионной комиссии, утверждение аудитора общества, здесь же рассматривают­ся представляемый советом директоров годовой отчет общества и иные документы, оценивающие финансово-хозяйственную деятель­ность общества. Иные общие собрания акционеров, помимо годово­го, являются внеочередными. Организация проведения общего со­брания, а именно утверждение даты и порядка его проведения, спо­соб сообщения о собрании акционерам, перечень предоставляемых акционерам материалов (информации) при подготовке к проведе­нию общего собрания устанавливаются советом директоров.

Вопросы, рассматриваемые на общем собрании, подразделяют­ся законодателем на те, которые относятся к исключительной ком­петенции общего собрания, и те, решение которых обычно прини­мается на общем собрании. Первая группа вопросов решается только на общем собрании и не может быть передана на решение никакому другому исполнительному органу общества. К этим вопросам отно­сятся следующие: внесение изменений и дополнений в устав об­щества или утверждение устава общества в новой редакции; реорга­низация общества, ликвидация общества, назначение ликвидацион­ной комиссии и утверждение промежуточного и окончательного ликвидационных балансов; определение количественного состава совета директоров (наблюдательного совета) общества, избрание его членов и досрочное прекращение их полномочий; определение пре­дельного размера объявленных акций; увеличение уставного капита­ла общества путем увеличения номинальной стоимости акций или путем размещения дополнительных акций; уменьшение уставного капитала общества путем уменьшения номинальной стоимости ак­ций, приобретения обществом части акций в целях сокращения их общего количества или погашения не полностью оплаченных акций, а также путем погашения приобретенных или выкупленных об­ществом акций; образование исполнительного органа общества, досрочное прекращение его полномочий, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директо­ров (наблюдательного совета) общества; избрание членов ревизион­ной комиссии (ревизора) общества и досрочное прекращение их полномочий; утверждение аудитора общества; утверждение годовых отчетов, бухгалтерских балансов, счета прибылей и убытков общест­ва, распределение его прибылей и убытков; принятие решения о неприменении преимущественного права акционера на приобрете­ние акций общества или ценных бумаг, конвертируемых в акции;

порядок ведения общего собрания; образование счетной комиссии;

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 111

определение формы сообщения обществом материалов (инфор­мации) акционерам, в том числе определение органа печати в случае сообщения в форме опубликования; дробление и консолидация ак­ций; заключение специальных сделок.

Вопросы, обычно рассматриваемые на общем собрании, это: приобретение и выкуп обществом размещенных акций; а также уча­стие АО в холдинговых компаниях, финансово-промышленных группах, иных объединениях коммерческих организаций. Следует иметь в виду, что компетенция общего собрания ограничена законо­дателем, оно не вправе рассматривать и принимать решения по во­просам, не отнесенным законом к его компетенции.

Право голоса на общем собрании акционеров по вопросам, по­ставленным на голосование, принадлежит акционерам – владель­цам обыкновенных акций; а также акционерам – владельцам при­вилегированных акций в случаях, специально предусмотренных Законом об акционерных обществах или уставом общества. По об­щему правилу, решение общего собрания принимается большин­ством голосов акционеров – владельцев голосующих акций общест­ва, принимающих участие в собрании. Однако по ряду вопросов, таких, как внесение изменений и дополнений в устав общества, его реорганизация и ликвидация, решение должно приниматься или только по представлению совета директоров общества или квалифи­цированным большинством голосов в три четверти владельцев голо­сующих акций, принимающих участие в общем собрании акционе­ров. Уставом общества может быть установлена необходимость и иного, большего числа голосов акционеров для принятия решений по отдельным вопросам.

В ряде случаев, определенных в законе, решение общего собра­ния может быть принято заочно, без совместного присутствия ак­ционеров, с использованием специальных бюллетеней для голосова­ния. Заочное голосование считается действительным, если в нем участвовали акционеры, владеющие в совокупности не менее чем половиной голосующих акций.

Сообщение акционерам о проведении общего собрания осу­ществляется путем направления им письменного уведомления за­казным письмом или опубликования информации или иным, опре­деленным в уставе способом. В уставе же определяются и сроки со­общения акционерам о проведении общего собрания. Общество с числом акционеров – владельцев голосующих акций более тысячи обязано направить письменное уведомление или опубликовать ин­формацию о проведении общего собрания не позднее чем за 30 дней до даты его проведения.

Предложения в повестку дня общего собрания могут направить акционеры, являющиеся в совокупности владельцами не менее чем 2 процентов голосующих акций, в срок, не позднее 30 дней после

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 112

окончания финансового года, если уставом общества не установлен более поздний срок. Они вправе внести не более двух предложений в повестку дня годового общего собрания акционеров и выдвинуть кандидатов в совет директоров общества и ревизионную комиссию, число которых не может превышать количественного состава этого органа.

Как уже было сказано, помимо ежегодного собрания общество может проводить внеочередные общие собрания. Они организуются по решению совета директоров на основании его собственной инициативы, требования ревизионной комиссии, аудитора общест­ва, а также акционера (акционеров), являющегося владельцем не менее чем 10 процентов голосующих акций общества на дату предъ­явления требования. В требовании о проведении внеочередного об­щего собрания акционеров должны быть сформулированы вопросы, подлежащие внесению в повестку дня собрания, с указанием моти­вов их внесения. Решение о созыве внеочередного собрания или об отказе в созыве принимается советом директоров в течение 10 дней с даты предъявления соответствующего требования. В случае наруше­ния советом директоров сроков созыва внеочередного собрания его инициаторы могут созвать собрание самостоятельно. Отказ в созыве внеочередного общего собрания может быть обжалован в суд.

Для организации работы общего собрания в обществах с чис­лом акционеров – владельцев голосующих акций общества более ста создается специальная счетная комиссия. В ее обязанности входит определение кворума общего собрания, разъяснение вопросов, воз­никающих в связи с реализацией акционерами права голоса на об­щем собрании, установление и разъяснение порядка голосования, права акционеров на участие в нем, подсчет голосов и подведение итогов голосования, составление протокола об итогах голосования. Количественный и персональный состав счетной комиссии утверж­дается общим собранием акционеров по предложению совета дирек­торов. В составе такой комиссии не может быть менее трех человек. Закон ограничивает состав комиссии, в нее не могут входить члены совета директоров, члены ревизионной комиссии, члены коллеги­ального исполнительного органа общества, единоличный исполни­тельный орган общества, а равно управляющая организация или управляющий, а также лица, выдвигаемые кандидатами на эти должности. В обществах с числом акционеров – владельцев голо­сующих акций более пятисот выполнение функций счетной комис­сии может быть возложено на специального регистратора общества.

Право на участие в общем собрании акционеров осуществляет­ся акционером как лично, так и через представителя. Общее собра­ние акционеров правомочно (имеет кворум), если на момент окон­чания регистрации для участия в общем собрании акционеров заре­гистрировались акционеры, обладающие в совокупности более чем

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 113

половиной голосов размещенных голосующих акций общества. При отсутствии кворума собрания объявляется дата проведения нового общего собрания акционеров. При этом не допускается изменение повестки дня при проведении нового общего собрания.

Голосование на собрании происходит, по общему правилу, в соответствии с принципом «одна голосующая акция – один го­лос», за исключением случаев проведения кумулятивного голосова­ния, например, по выборам членов совета директоров (наблю­дательного совета) общества и других случаев. При проведении ку­мулятивного голосования на каждую голосующую акцию должно приходиться количество голосов, равное общему числу членов сове­та директоров (наблюдательного совета) общества. По итогам при­нятых на общем собрании решений не позднее 15 дней после закры­тия общего собрания акционеров составляется протокол общего собрания акционеров.


[1] СЗ РФ. 1996. № 1. ст. 1.

[2] Суханов Е. А. Система юридических лиц // Советское государство и право. № 11. 1991. С. 42.

Общее руководство деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собра­ния акционеров, осуществляет совет директоров (наблюдательный совет) общества. В обществе с числом акционеров – владельцев голо­сующих акций менее пятидесяти устав общества может предусматри­вать, что функции совета директоров непосредственно осуществляет общее собрание акционеров. К исключительной компетенции совета директоров общества относятся следующие вопросы: определение приоритетных направлений деятельности общества; созыв годового и внеочередного общих собраний акционеров общества; утверждение повестки дня общего собрания акционеров; определение даты состав­ления списка акционеров, имеющих право на участие в общем собра­нии; вынесение на решение общего собрания вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собрания; увеличение уставно­го капитала общества путем увеличения номинальной стоимости ак­ций или путем размещения обществом акций в пределах количества и категории (типа) объявленных акций, если в соответствии с уставом общества или решением общего собрания акционеров такое право ему предоставлено; размещение обществом облигаций и иных ценных бумаг, если иное не предусмотрено уставом общества; определение рыночной стоимости имущества общества; приобретение размещен­ных обществом акций, облигаций и иных ценных бумаг; образование исполнительного органа общества и досрочное прекращение его пол­номочий, установление размеров выплачиваемых ему вознаграждений и компенсаций, если уставом общества это отнесено к его компетен­ции; рекомендации по размеру выплачиваемых членам ревизионной комиссии (ревизору) общества вознаграждений и компенсаций, опре­деление размера оплаты услуг аудитора; рекомендации по размеру дивиденда по акциям и порядку его выплаты; использование резерв­ного и иных фондов общества; утверждение внутренних документов

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 114

общества, определяющих порядок деятельности органов управления обществом; создание филиалов и открытие представительств общест­ва; принятие решения об участии общества в других организациях;

заключение крупных сделок, связанных с приобретением и отчужде­нием обществом имущества, а также иные вопросы, предусмотренные Законом об акционерных обществах и уставом общества.

Для открытого общества с числом акционеров более одной ты­сячи количественный состав совета директоров не может быть менее семи членов, а для общества с числом акционеров более десяти ты­сяч – менее девяти членов. Выборы членов совета директоров об­щества с числом акционеров более одной тысячи осуществляются кумулятивным голосованием. В обществе с числом акционеров ме­нее одной тысячи возможность кумулятивного голосования может быть предусмотрена уставом общества, но не обязательна.

Исполнительный орган общества может быть коллегиальным – правление (дирекция) или единоличным (директор, генеральный ди­ректор). Исполнительный орган осуществляет текущее руководство деятельностью общества и подотчетен общему собранию и совету директоров. Члены коллегиального исполнительного органа общест­ва не могут составлять большинства в совете директоров. Лицо, осу­ществляющее функции единоличного исполнительного органа, не может быть одновременно председателем совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Одной из важных форм контроля за деятельностью исполни­тельных органов общества является принцип публичного ведения дел. Этот принцип закреплен в ГК за акционерными обществами открытого типа (п. 1 ст. 97). Он означает необходимость периоди­ческой публикации для всеобщего сведения годовых отчетов, бухгал­терских балансов, счетов прибылей и убытков, сведения о которых не могут составлять коммерческой тайны общества. Указанным це­лям служит и возможность для акционеров, совокупная доля кото­рых в уставном капитале общества составляет 10 процентов или бо­лее, во всякое время требовать независимой аудиторской проверки деятельности акционерного общества.

Уставный капитал акционерного общества состоит из номи­нальной стоимости акций общества, приобретенных акционерами. Номинальная стоимость всех обыкновенных акций общества должна быть одинаковой. Уставный капитал общества определяет мини­мальный размер имущества общества, гарантирующего интересы его кредиторов. Общество вправе размещать обыкновенные акции, а также один или несколько типов привилегированных акций. Номи­нальная стоимость размещенных привилегированных акций не должна превышать 25 процентов от уставного капитала общества. При учреждении общества все его акции должны быть размещены среди учредителей. Все акции общества являются именными.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 115

Минимальный уставный капитал открытого общества должен составлять не менее тысячекратной суммы минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом на дату реги­страции общества, а закрытого общества – не менее стократной суммы минимального размера оплаты труда, установленного феде­ральным законом на дату государственной регистрации общества[1]. Учитывая, что законодатель размер уставного капитала общества связывает с датой его регистрации, логично предположить, что в практике хозяйственной деятельности могут встречаться акционер­ные общества с различным размером уставного капитала, поскольку, во-первых, ставка минимального размера оплаты труда постоянно варьируется Правительством, а, во-вторых, на момент принятия современного законодательства ранее действовавшие нормы об АО допускали возможность создания обществ со значительно меньшим размером уставного капитала[2].

Формирование уставного капитала АО производится в два эта­па. В течение одного месяца с момента регистрации общества учре­дители должны оплатить не менее 50 % уставного капитала, остав­шаяся часть должна быть оплачена ими в течение первого года дея­тельности общества. При несоблюдении такого порядка регистрация общества может быть признана недействительной.

Уставный капитал общества может быть увеличен или умень­шен. Увеличение уставного капитала производится путем увеличе­ния номинальной стоимости акций или размещением дополнитель­ных акций. Уменьшение уставного капитала может производиться только двумя способами : путем уменьшения номинальной стоимос­ти акций или сокращения их общего количества, в том числе путем приобретения части акций обществом, если такая возможность предусмотрена в уставе общества. Следовательно, нельзя уменьшать уставный капитал общества, не затрагивая либо стоимости, либо количества выпущенных им акций. Уменьшение размера уставного капитала здесь возможно только в случае, если в результате этого размер его не станет меньше минимального уставного капитала об­щества, определяемого законодательством на дату регистрации соот­ветствующих изменений в уставе общества. В противном случае об­щество подлежит принудительной ликвидации.

Не позднее 30 дней с даты принятия решения об уменьшении уставного капитала общество должно в письменной форме уведо­мить об этом кредиторов. Кредиторы вправе не позднее 30 дней с

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 116

даты направления им уведомления об уменьшении уставного капи­тала общества потребовать от общества прекращения или досрочно­го исполнения его обязательств и возмещения связанных с этим убытков. Внесение в устав общества изменений, связанных с увели­чением или уменьшением уставного капитала общества, осу­ществляется на основании решения об этом, принятого общим со­бранием акционеров.

Для обеспечения гарантии прав кредиторов общества закон предъявляет весьма жесткие требования к их уставному капиталу. Так, до его полной оплаты запрещена открытая подписка на акции, что, по сути, означает обязанность учредителей общества оплатить акции первоначально самим, по номинальной цене (п. 3 ст. 99 ГК). В этих же целях установлено правило о том, что при уменьшении чистых акти­вов общества (т. е. имущества общества, не обремененного какими-либо обязательствами) ниже объявленного уставного капитала, обще­ство не вправе выплачивать дивиденды и зарегистрировать уменьше­ние уставного капитала.

Как уже было сказано, акции, как ценные бумаги, имеют опре­деляющее значение для понимания сущности акционерного общест­ва, поэтому не случайно закон уделяет достаточное внимание регу­лированию основных вопросов, связанных с порядком их выпуска и выплаты дивидендов по акциям.

Акционерному обществу запрещено выпускать привилегиро­ванные, т. е. неголосующие акции на сумму более 25 процентов уставного капитала, в частности, для того, чтобы не превратить ак­ционеров в лишенных голосов вкладчиков. В соответствии с п. 5 ст. 99 ГК возможны ограничения на число или стоимость акций, принадлежащих одному акционеру, или на количество принадлежа­щих ему голосов, установленные законом об акционерных общест­вах или уставом конкретного общества. В противном случае мелкие акционеры могут быть полностью отстранены от реального участия в делах общества[3].

В п. 2 ст. 102 ГК имеются ограничения на выпуск акционерным обществом облигаций, которые преследуют цель исключить форми­рование уставного капитала общества как заемного. Выпуск облига­ций разрешается обществу при условии оплаты уставного капитала и успешной двухлетней работы, подтвержденной двумя годовыми ба­лансами общества. Но и здесь эмиссия облигаций не должна превы­шать величину уставного капитала общества либо дополнительного обеспечения, предоставленного обществу третьими лицами специ­ально для этих целей. В любом случае акционерное общество не вправе объявлять и выплачивать дивиденды как до полной оплаты

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 117

уставного капитала, так и при уменьшении чистых активов до суммы меньшей, чем стоимость объявленного уставного капитала и резерв­ного фонда общества (п. 3 ст. 102 ГК). В этом случае уставный капи­тал и после выплаты дивидендов останется реальной гарантией ин­тересов кредиторов общества.

Акции акционерных обществ могут быть именными или на предъявителя. Природа акций нисколько не меняется от того, су­ществует ли она в форме обособленного денежного документа или записи на счетах[4]. Выпускать акции в форме особых денежных до­кументов не всегда имеет смысл, особенно там, где состав участни­ков и число принадлежащих им акций не лимитированы. Многие действующие в настоящее время в России акционерные общества не выпускают акции в обычной бумажной форме, а осуществляют их «электронную эмиссию», составляя записи в памяти компьютера на специальных счетах, хотя одновременно ведут и специальный реестр акционеров в особых книгах. Акционер при этом получает или сер­тификат акций, или выписку из такого реестра с указанием числа своих акций. Это не означает, что сертификат акций тем самым ста­новится новым видом ценных бумаг, поскольку в этом случае речь идет только об особом способе фиксации прав акционеров, к кото­рому при определенных условиях могут применяться некоторые правила о ценных бумагах, если, конечно, это не противоречит су­ществу дела и, в частности, не вытекает из особенностей такой фик­сации (п. 1 ст. 149 ГК).

В случае ликвидации общества общее собрание акционеров добровольно ликвидируемого общества принимает решение о его ликвидации и назначении ликвидационной комиссии. В тех случаях, когда акционером ликвидируемого общества является государство или муниципальное образование, в состав ликвидационной комис­сии включается представитель соответствующего комитета по управ­лению имуществом, или фонда имущества, или соответствующего органа местного самоуправления.

Акционерное общество согласно п. 6 ст. 98 ГК может быть соз­дано одним лицом и сохраняется в случае приобретения всех его акций одним участником. Однако практика уже не раз ставила во­прос о том, а может ли вообще существовать акционерное общество с одним учредителем. Эту проблема не решена однозначно и с теоре­тической точки зрения, поскольку любое общество, в том числе и акционерное, безусловно имеет в своей основе коллективное начало. Принцип «коллективности» пронизывает практически все сферы деятельности обществ: совместное формирование уставного капита­ла, совместное управление и распределение прибыли между участ-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 118

никами и т. п. Не случайно ГК называет унитарными предприятия­ми, т. е. предприятиями, принадлежащими одному лицу, только государственные предприятия. Тем самым ведение индивидуального предпринимательства стало возможным только вне рамок юриди­ческой личности, а именно путем организации индивидуальной предпринимательской деятельности без образования юридического лица.

Акционерное общество с одним учредителем является неоправ­данным исключением из этой стройной концепции, поскольку до­пускает возможность индивидуального предпринимательства в рам­ках юридического лица. Выходом из этого, на наш взгляд, могло бы стать официальное законодательное разделение таких понятий, как «учредитель» и «участник» акционерного общества. Эти понятия не всегда совпадают, причем в большинстве случаев разделение их имеет существенное значение, как, например, в вопросе, который на этих страницах поставлен. Действительно, акционерное общество может быть учреждено одним лицом, т. е. у него может быть один учредитель, что же касается участников, то их обязательно должно быть несколько, следуя логике коллективного ведения дел в об­ществе, как специально для этого создаваемой формы. В этом случае законодателю остается определить обязательный срок, в течение которого акционерное общество может действовать с одним участ­ником-учредителем.

Рассматривая природу АО, нельзя не сказать о том, что создание акционерных обществ на базе имущества приватизируемых государ­ственных и муниципальных предприятий по-прежнему на сегодня остается вне сферы действия ГК и другого акционерного законода­тельства, составляя предмет специальной отрасли законодательства о приватизации (абзац второй п. 3 ст. 96 ГК). Акционерные общества, возникающие на базе государственных предприятий, создаются в спе­циальном порядке, предусмотренном приватизационным законода­тельством, и, в частности, ст. 22 Закона РФ «О приватизации государ­ственных и муниципальных предприятий»[5]. На основе государствен­ного или муниципального предприятия в этом случае создается ак­ционерное общество открытого типа. Его учредителем выступает Госкомимущество РФ или его соответствующее территориальное агентство. Особенности правового положения акционерных обществ, созданных при приватизации государственных и муниципальных предприятий, действуют с момента принятия решения о приватиза­ции до момента отчуждения государством или муниципальным обра­зованием 75 процентов принадлежащих им акций в таком акционер­ном обществе, но не позднее окончания срока приватизации, опреде­ленного планом приватизации данного предприятия.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 119

В ином порядке создаются и действуют также акционерные об­щества, основанные на базе организованных в соответствии с Ука­зом Президента Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 323 «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР»[6] колхозов, совхозов и других сельскохозяйственных пред­приятий, а также крестьянских (фермерских) хозяйств, обслужи­вающих и сервисных предприятий для сельскохозяйственных произ­водителей, а именно: предприятий материально-технического снаб­жения, ремонтно-технических предприятий, предприятий сельско­хозяйственной химии, лесхозов, строительных межхозяйственных организаций, предприятий сельэнерго, семеноводческих станций, льнозаводов, предприятий по переработке овощей Деятельность таких организаций регулируется специальным федеральным законо­дательством

Гражданский кодекс также содержит общие правила, регули­рующие правовое положение так называемых дочерних и зависимых обществ. При этом, термины «дочернее» и «зависимое общество» не определяют самостоятельную организационную форму коммерческой организации, поскольку такие общества могут учреждаться в любой из предусмотренных ГК легальных организационных форм хозяйствен­ных обществ И тем не менее эти совершенно новые для нашего зако­нодательства предпринимательские институты имеют очень важное практическое значение.

Дочернее общество отличается тремя основными признаками, это: во-первых, преобладающее участие другой коммерческой орга­низации в уставном капитале дочернего общества. Далее такую орга­низацию мы будем называть «материнской». Материнской органи­зацией в этом случае может выступать как хозяйственное общество, так и хозяйственное товарищество. Во-вторых, дочернее общество характеризует наличие договора между дочерним обществом и мате­ринской организацией, в соответствии с которым последняя может давать дочернему обществу обязательные для исполнения указания. В-третьих, общество признается дочерним, если существует иная (помимо договора) возможность (например, фактическая) материн­ской организации определять действия дочернего общества. Для того чтобы определить то или иное общество дочерним, не обяза­тельно наличие одновременно всех трех указанных признаков, здесь достаточно установление хотя бы одного из них.

Главной целью, которую законодатель ставил перед собой при включении этих новел в ГК, является необходимость определить порядок и размер ответственности материнской организации за дея­тельность дочернего общества Так, после того как общество будет признано дочерним на основании приведенных выше признаков, материнская организация должна нести солидарную ответствен-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 120

ность за деятельность дочернего общества, но не по всем его сдел­кам, а только по тем, которые были заключены дочерним обществом во исполнение обязательных для него указаний материнской орга­низации Если же по вине материнской организации дочернее обще­ство стало банкротом, первая несет субсидиарную ответственность по долгам банкрота В свою очередь дочернее общество не несет от­ветственности за деятельность материнской организации, а участни­ки дочернего общества могут даже потребовать от материнской ор­ганизации возмещения убытков, причиненных дочернему обществу по вине материнской организации

Специальное регулирование взаимоотношений между материн­ской и дочерней организацией установлено также приватизацион­ным законодательством при определении правового статуса так на­зываемых холдинговых компаний «Временное положение о холдин­говых компаниях, создаваемых при преобразовании государствен­ных предприятий в акционерные общества» утверждено Указом Президента Российской Федерации «О мерах по реализации про­мышленной политики при приватизации государственных пред­приятий» от 16 ноября 1992 г. № 1392[7].

Холдинговые компании создаются с согласия Государственного комитета Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур и его территориальных органов. Положение регулирует деятельность таких холдинговых компаний, доля капитала которых, находящаяся в государственной собственности, в момент создания компании превышала 25 про­центов Холдинговой компанией, в соответствии с указом, признает­ся организация, независимо от ее организационно-правовой формы, в состав которой входят контрольные пакеты акций других органи­заций. Организации, контрольные пакеты акций которых входят в состав активов холдинговой компании, именуются «дочерними». Под «контрольным пакетом акций» понимается любая форма участия в капитале организации, которая обеспечивает безусловное право принятия или отклонения определенных решений на общем собрании его участников (акционеров, пайщиков) и в его органах управления (в том числе наличие «Золотой акции», права «вето», права непосредственного назначения директоров и т. п. ). Решения о наличии контрольного пакета акций принимаются Государственным комитетом по антимонопольной политике и поддержке новых эко­номических структур и его территориальными органами с учетом конкретных особенностей учредительных документов и структуры капитала предприятий

Холдинговые компании и их дочерние общества могут созда­ваться только в форме акционерных обществ открытого типа. Хол­динговая компания имеет право в соответствии с действующим за-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 121

конодательством осуществлять инвестиционную деятельность, в том числе покупать и продавать любые ценные бумаги, включая акции, внесенные комитетом по управлению имуществом в оплату уставно­го капитала холдинговой компании при ее учреждении. Дочернее общество, независимо от размера пакета его акций, принадлежащего холдинговой компании, не может владеть акциями холдинговой компании в какой бы то ни было форме.

Кроме того, указом устанавливается целый ряд ограничений на создание холдинговых компаний. Поскольку они создаются для со­действия кооперации организаций-смежников и осуществления ими согласованной инвестиционной политики, не допускается передача холдинговой компании или какому-либо из ее дочерних обществ прав на сбыт третьим лицам продукции (работ, услуг) дочерних об­ществ холдинговой компании (за исключением экспортных опера­ций), а также регулирование холдинговой компанией в какой-либо форме цен на указанную продукцию (работы, услуги). Затем су­ществует целый ряд сфер деятельности, где создание холдингов за­прещено и т. п.

Помимо промышленных, производственных холдингов су­ществуют финансовые холдинговые компании. Финансовой холдин­говой компанией признается холдинговая компания, более 50 % ка­питала которой составляют ценные бумаги других эмитентов и иные финансовые активы В состав активов финансовой холдинговой компании могут входить только ценные бумаги и иные финансовые активы, а также имущество, необходимое непосредственно для обес­печения функционирования аппарата управления холдинговой ком­пании. Холдинговая компания, состав активов которой в момент учреждения не соответствует указанному требованию, обязана в течение одного года с момента государственной регистрации осу­ществить действия, необходимые для его выполнения либо для сни­жения доли ценных бумаг и иных финансовых активов до уровня, не превышающего 50 % капитала компании. Невыполнение указанного требования является основанием для принятия арбитражным судом решения о ликвидации компании. Финансовые холдинговые компа­нии вправе вести исключительно инвестиционную деятельность, другие виды деятельности для них не допускаются.

Зависимое общество также характеризует определенное влия­ние на него со стороны другой организации. Однако эта зависи­мость здесь не такая полная, как в случаях с дочерними обществами. Хозяйственное общество признается зависимым, если другое обще­ство (преобладающее, участвующее) имеет более 20 % голосующих акций акционерного общества или 20 % уставного капитала общества с ограниченной ответственностью. Текстуальное толкование закона позволяет сделать вывод о том, что преобладающей (участвующей) организацией здесь может быть только хозяйственное общество, что

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 122

также отличает зависимые общества от дочерних, поскольку в по­следнем случае материнской организацией, как уже было сказано, может быть признано и общество, и товарищество.

В случае установления факта 20 % участия преобладающего об­щества в зависимом обществе, сведения об этом подлежат обяза­тельному опубликованию в печати Кроме того, специальным зако­нодательством о хозяйственных обществах или антимонопольным законодательством могут быть предусмотрены пределы взаимного участия в капиталах зависимого и преобладающего общества, а так­же установлены лимиты для количества голосов, которыми преобла­дающее общество может пользоваться при принятии решения зави­симым обществом.


[1] Указ Президента РФ от 8 июля 1994 г. № 1482 «Об упорядочении государ­ственной регистрации предприятий и предпринимателей на территории Российской Федерации»//СЗ РФ 1994. № 11. ст. 1194.

[2] Возможность создания АО с уставным капиталом от 10 тыс. руб. была пред­усмотрена нашим законодательством до принятия Указа Президента РФ «Об упоря­дочении государственной регистрации предприятий и предпринимателей на терри­тории Российской Федерации», т. е. до от 8 июля 1994 г.

[3] Дополнительные гарантии прав акционеров закреплены в Указе Президента РФ от 18 08 96 г. № 1210 «О мерах по защите прав акционеров и обеспечению инте­ресов государства как собственника и акционера»//СЗ РФ 1996. № 35. ст. 4142.

[4] Возможность выпуска акций на предьявителя предусмотрена ст. 2 Федераль­ного закона от 22.04 96 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» // СЗ РФ. 1996 № 17. ст. 1918.

[5] Ведомости РСФСР. 1991. № 27. ст. 927.

[6] Ведомости РСФСР. 1992. № 1. ст. 53.

[7] Ведомости РСФСР. 1992. № 47. ст. 2722.

§ 5. Производственные кооперативы

Производственным кооперативом (артелью) считается добро­вольное объединение граждан на основе членства для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности Это объ­единение основано в первую очередь на личном трудовом участии членов кооператива, а также предполагает объединение ими имуще­ственных паевых взносов. Таким образом, кооператив, в первую очередь, представляет собой форму объединения не капиталов, а граждан для совместной деятельности. Предпринимательская дея­тельность производственных кооперативов может осуществляться в самых различных областях производства, переработки, сбыта, тор­говли, оказания услуг и т. д.

Все кооперативы делятся на два вида: производственные и по­требительские Первые являются коммерческими организациями и осуществляют предпринимательскую деятельность. Вторые коммер­ческими организациями не являются и их основная цель – не полу­чение прибыли, а удовлетворение материальных потребностей своих членов. Дальнейшее изложение будет посвящено только производ­ственным кооперативам, что касается коммерческой деятельности потребительских кооперативов, то эти вопросы будут рассмотрены в отдельном параграфе.

Становление кооперативов как формы предпринимательской деятельности имеет в нашей стране большую историю, поскольку кооперативы были первыми частными предприятиями, легально допущенными в экономику конца 80-х годов, когда подавляющую ее часть составляли государственные предприятия. С тех пор коопера­ция не раз переживала как яркие периоды своего расцвета, так и драматические события, связанные с ограничениями в ее деятель­ности и даже полным запретом. Возрождение кооперативов как аль­тернативной государственным предприятиям формы собственности

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 123

и хозяйствования началось с принятия в 1988 г. Закона «О коопера­ции в СССР». Затем, в период до 1990 г. были введены существенные ограничения на деятельность кооперативов в различных сферах и, наконец, принятый в 1990 г. Закон о предприятиях вообще не пред­усмотрел кооперативы в качестве возможной правовой формы, что на практике вылилось в повсеместное вытеснение кооперации как формы хозяйственной деятельности. Кооперативы тем не менее продолжали действовать, поскольку о них упоминалось в других законах РФ, например в Законе «О собственности в РСФСР»[1] и Законе «О потребительской кооперации в Российской Федерации», да и сам Закон «О кооперации в СССР» во многих своих положениях не был отменен на территории России. В настоящее время коопера­тивы вновь переживают возвращение в число возможных организа­ционно-правовых форм, поскольку новый ГК и специальный Феде­ральный закон «О производственных кооперативах» от 8 мая 1996 г. № 41-ФЗ[2] посвящает их регулированию значительный объем норм.

Кооперативы существенно отличаются от других организацион­но-правовых форм предпринимателей. Член кооператива не является наемным работником, он так же как участник любого общества и то­варищества – собственник и участник управления организацией. Однако от товариществ и обществ кооператив отличается тем, что его члены обязаны принимать в нем непосредственное участие своим трудом и, как следствие, форма управления кооперативом существен­но демократичнее управления товариществом или обществом. Основ­ными принципами такого управления являются: один член – один голос, что означает полное равенство всех членов кооператива в его управлении.

Вместе с тем между кооперативами и хозяйственными товари­ществами, обществами есть много общего. Это добровольные объ­единения лиц для осуществления коммерческой деятельности, в связи с чем кооперативы часто ошибочно рассматривают как разно­видность товариществ.

Создание кооператива, как и любого другого юридического ли­ца, предполагает, в первую очередь, разработку его учредительных документов. Здесь такой документ только один – это устав коопера­тива. Последний утверждается общим собранием членов и содержит как общие для всех предпринимателей положения (например, фир­менное наименование кооператива должно включать его наимено­вание и слова «производственный кооператив» или «артель» – п. 3 ст. 107 ГК), так и специальные условия, определенные законом для кооперативов. Это условия о паевых взносах членов кооператива, положения о составе и порядке внесения паевых взносов членами кооператива и их ответственности за нарушение обязательств по

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 124

внесению паевых взносов, о характере и порядке трудового участия членов кооператива в его деятельности и их ответственности за на­рушение обязательства по личному трудовому участию, о порядке распределения прибыли и убытков кооператива, о размере и услови­ях субсидиарной ответственности его членов по долгам кооператива, о составе и компетенции органов управления кооперативом и по­рядке принятия ими решений, в том числе по вопросам, требующим единогласного или квалифицированного большинства голосов.

Все имущество кооператива делится на два вида. Во-первых, это общее имущество кооператива, оно находится в его собствен­ности и делится на паи его членов в соответствии с уставом коопера­тива. В составе этого имущества может быть недвижимость, средства производства, деньги и другие материальные и нематериальные цен­ности. Эта часть имущества вне зависимости от ее удельного веса подвержена реальной возможности раздела в результате выхода од­ного из членов кооператива, в этом смысле кооператив, как органи­зационная форма, менее устойчив, чем хозяйственные общества и товарищества. Однако помимо этой группы имущества уставом коо­ператива может быть установлено, что определенная часть имущест­ва предприятия составляет неделимые фонды, назначение, состав и размер их определяются уставом кооператива. Решение об образова­нии неделимых фондов должно быть принято членами кооператива, по общему правилу, единогласно, однако если в его уставе не пред­усмотрено другой нормы, например о квалифицированном числе голосов в этом случае, или иное правило.

Сущностным признаком членства в кооперативе, как уже было сказано, является одинаковый размер пая всех членов кооператива. Член кооператива обязан сделать этот взнос к моменту регистрации в размере не менее десяти процентов от всей суммы, остальную часть паевого взноса ему необходимо внести в течение одного года с мо­мента регистрации кооператива. Равный пай предполагает распреде­ление прибыли кооператива между его членами в соответствии с их трудовым участием. В таком же порядке распределяется имущество, оставшееся после ликвидации кооператива и удовлетворения требо­ваний его кредиторов.

Органы управления кооперативом, их компетенция и порядок принятия решений определяются уставом. Ими являются: общее собрание его членов, а также наблюдательный совет и исполнитель­ный орган. Общее собрание членов кооператива является высшим органом управления кооперативом. К его исключительной компе­тенции относятся: изменение устава кооператива, образование и прекращение полномочий исполнительных органов, прием и ис­ключение членов кооператива, утверждение годовых отчетов и ба­лансов, распределение его прибыли и убытков, решение о реоргани­зации и ликвидации кооператива. Все члены кооператива имеют

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 125

один равный голос при принятии решений общим собранием На­блюдательный совет осуществляет контроль за деятельностью ис­полнительных органов и создается в кооперативах с числом членов более пятидесяти. Вопросы, отнесенные к исключительной компе­тенции рассмотренных органов кооператива, не могут быть переда­ны ими на решение исполнительных органов.

Текущее руководство деятельностью кооператива осуществляет его исполнительный орган, которым является правление и (или) его председатель. Исполнительный орган в своей деятельности подотче­тен общему собранию и наблюдательному совету. Членами наблюда­тельного совета и правления кооператива, а также председателем кооператива могут быть только члены кооператива. Причем в соот­ветствии со ст. 110 ГК член кооператива не может быть одновремен­но членом наблюдательного совета и членом правления или предсе­дателем кооператива.

Законом установлено, что число членов кооператива не должно быть менее пяти. Что касается количества наемных работников в про­изводственном кооперативе по отношению к количеству его членов, то закон не определяет каких-либо ограничений, хотя об этом, воз­можно, стоит подумать, поскольку членство и личное трудовое участие членов кооператива в его хозяйственной деятельности, как уже было сказано, являются главными факторами, определяющими его сущ­ность. И если число наемных работников в производственном коопе­ративе существенно превышает число его членов, вряд ли такую си­туацию можно признать логичной для этой организационной формы.

Интересной особенностью кооперативов является то, что зако­ном и его учредительными документами может быть предусмотрено участие в деятельности кооператива юридических лиц. Формой та­кого участия является коллективное членство. Коллективный член, как и любой участник кооператива, обладает только одним голосом в управлении. На наш взгляд, возможность коллективного членства коммерческих организаций в производственном кооперативе носит скорее формальный, а не реальный характер. Вряд ли какое-либо юридическое лицо вложит капитал в предприятие, не обладая при этом достаточными гарантиями контроля над вложенным средства­ми. Кооперативы в этом плане существенно проигрывают хозяй­ственным обществам, которые через участие юридических лиц имеют возможность привлекать гораздо большие капиталы.

Размер и порядок ответственности членов кооператива по его обязательствам предусматривается уставом. Член кооператива впра­ве по своему усмотрению выйти из кооператива. В этом случае ему по окончании финансового года должна быть выплачена стоимость пая или выдано имущество, соответствующее его паю, а также осу­ществлены другие выплаты, предусмотренные уставом кооператива.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 126

Отличительной особенностью членства в кооперативе является возможность исключения его члена из кооператива Исключение члена кооператива производится в случае неисполнения или ненад­лежащего исполнения последним обязанностей, возложенных на него уставом кооператива, а также в других случаях, оговоренных в уставе. Исключенный, как и любой выбывающий член, имеет право на получение пая и других выплат, предусмотренных уставом коопе­ратива Особый случай исключения предусмотрен для членов на­блюдательного совета и исполнительного органа кооператива, они могут быть исключены по решению общего собрания в связи с их членством в другом аналогичном кооперативе.

Кооператив является закрытым сообществом, поскольку его члены вправе передать свой пай или его часть, в первую очередь, другому члену кооператива. Передача пая гражданину, не являю­щемуся членом кооператива, допускается только с согласия коопе­ратива, причем оставшиеся члены в этом случае пользуются пре­имущественным правом на покупку такого пая. В случае смерти чле­на кооператива его наследники могут быть приняты в члены коопе­ратива, если иное не предус

§ 6. Государственные и муниципальные предприятия

Понятие унитарного предприятия. ГК в качестве основной формы ведения хозяйственной деятельности государственными предприя­тиями рассматривает унитарное предприятие. Унитарным предприя­тием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. Деятельность таких предприятий регулируется § 4 гл. 4 ГК, а также специальным законодательством о государственных и муниципальных унитарных предприятиях. Унитарные предприятия делятся на два вида: основанные на праве хозяйственного ведения и унитарные предприятия, основанные на праве оперативного управления. Разно­видностью унитарного предприятия, основанного на праве хозяй­ственного ведения, является муниципальное предприятие.

Обратимся к особенностям унитарных предприятий Такие предприятия являются единственной формой единоличного пред­принимательства, т. е. ведения бизнеса одним предпринимателем с созданием юридического лица. Других форм индивидуальных пред­приятий не существует. Во-вторых, следует обратить внимание на то, что сам термин «предприятие», как субъект гражданских право­отношений, используется в ГК только применительно к государ­ственным и муниципальным унитарным предприятиям, в остальных случаях предприятие – это только объект гражданских прав (см. ст. 132 ГК).

Общим признаком всех унитарных предприятий является то, что они не наделены правом собственности на закрепленное за ними имущество. Собственником имущества здесь является его учреди­тель. Само же предприятие обладает только правом хозяйственного ведения или оперативного управления. Имущество унитарного предприятия неделимо и не распределяется по вкладам (долям, па­ям) даже между его работниками. Фирменное наименование такого предприятия обязательно должно содержать указание на собствен­ника имущества. Подобная позиция законодателя безусловно оправ­дана, поскольку закрепление прав на имущество непосредственно за унитарным предприятием привело бы к тому, что собственником одного и того же имущества являлись бы одновременно унитарное предприятие как самостоятельное юридическое лицо и его учреди­тель, что невозможно. Как следствие, устав унитарного предприятия обязательно должен содержать сведения о собственнике имущества, порядке и источниках формирования его уставного фонда. Опреде­ленные особенности характеризуют ответственность унитарных предприятий, в общем они самостоятельно отвечают по своим обя­зательствам всем принадлежащим им имуществом, при этом уни­тарное предприятие не несет ответственности по обязательствам собственника, а собственник несет ответственность за деятельность

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 128

предприятия, однако характер этой ответственности различен в за­висимости от формы унитарного предприятия, что будет рассмотре­но ниже.

Другой особенностью унитарных предприятий является харак­тер их правосубъектности. В отличие от всех остальных видов ком­мерческих организаций правосубъектность унитарных предприятий является не общей, а специальной, уставной. Для этого в учреди­тельных документах таких предприятий обязательно должны содер­жаться конкретные сведения о предмете и целях их деятельности.

Следует обратить внимание и на то, что все унитарные пред­приятия создаются в разрешительном порядке (об этом далее будет сказано подробно), что является исключением из общего правила о регистрационном порядке образования юридических лиц.

Особенности правового статуса определяют и особенности управления этими предприятиями. Орган управления унитарного предприятия не коллегиальный, а единоличный. Обычно это руко­водитель предприятия, директор, который назначается собственни­ком либо уполномоченным собственником органом. Представите­лем собственника в таких взаимоотношениях выступают для госу­дарственных предприятий правительство РФ или уполномоченные им органы, а для муниципальных – орган местного самоуправления. Возникающие здесь трудовые отношения между директором пред­приятия и соответствующим государственным органом регулируют­ся Указом Президента РФ от 10 июня 1994 г. № 1200 «О некоторых мерах по обеспечению государственного управления экономикой»[1] и специальным контрактом, который регламентируется граждан­ским, а не трудовым законодательством. В контракте обязательно должны быть предусмотрены следующие моменты: продолжитель­ность контракта не менее трех лет; размер гарантированного возна­граждения не менее 10-кратного минимального размера оплаты тру­да ежемесячно; доля руководителя предприятия от прибыли пред­приятия определяется после расчетов соответствующего предприя­тия с бюджетами всех уровней; размер компенсации, выплачиваемой руководителю предприятия при досрочном расторжении контракта, производится по инициативе Правительства РФ или уполномочен­ного им федерального органа исполнительной власти; размер ком­пенсации руководителю предприятия и членам его семьи при пере­езде в другую местность, обусловленную контрактом; социальные гарантии руководителю предприятия и членам его семьи, в том чис­ле в случае смерти руководителя предприятия или потери им трудо­способности; права и обязанности руководителя предприятия в свя­зи с управлением предприятием, в том числе права по найму и увольнению работников предприятия, делегированию полномочий и распоряжению имуществом предприятия; порядок отчетности руко-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 129

водителя предприятия, порядок и условия досрочного расторжения контракта, а также ответственность руководителя предприятия за нарушение контракта, экономические результаты деятельности предприятия, сохранность и целевое использование имущества, в том числе и материальная ответственность за ущерб, причиненный предприятию в результате действий или бездействия руководителя предприятия.

Унитарные предприятия, основанные на праве хозяйственного ве­дения. Эта организационная форма регламентирована ст. 114 ГК, а также специальными нормативными актами, в частности Указом Президента РФ от 23 мая 1994 г. № 1003 «О реформе государствен­ных предприятий».[2] Такие предприятия достаточно самостоятель­ны, однако их правосубъектность специальная, что принципиально отличает их от хозяйственных обществ и товариществ.

Создание подобного предприятия осуществляется по решению уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления. Учредитель разрабатывает и утверждает устав будущего предприятия, а также определяет состав и размер его уставного фонда. Последний, в частности, не может быть менее суммы, определенной специальным законом для предприятий такой формы. Уставный фонд предприятия, основанного на праве хозяй­ственного ведения, должен быть полностью оплачен собственником до его государственной регистрации. Законодательство содержит определенные правила относительно изменения размера уставного фонда. Если по окончании финансового года стоимость чистых ак­тивов предприятия окажется меньше размера уставного фонда, ор­ган, уполномоченный создавать такие предприятия, обязан произ­вести уменьшение уставного фонда. При уменьшении стоимость чистых активов на величину меньшую размера, определенного спе­циальным законодательством о государственных предприятиях, такое предприятие может быть ликвидировано по решению суда или реорганизовано в казенное предприятие.

Предприятия этого вида могут создавать другие унитарные пред­приятия, которые также будут самостоятельными юридическими ли­цами. В этом случае предприятие-учредитель передает в установлен­ном порядке часть имущества из своего хозяйственного ведения в хо­зяйственное ведение нового предприятия, которое называется дочер­ним предприятием. Однако дочернее предприятие не становится соб­ственником переданного ему имущества, поскольку собственником не является даже сам учредитель такого предприятия. Тем не менее уни­тарное предприятие в этом случае, не являясь собственником, выпол­няет функции собственника по отношению к дочернему предприя­тию. Поскольку передача унитарным предприятием части своего имущества (среди которого может быть и недвижимое имущество)

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 130

дочернему предприятию является актом распоряжения имуществом, унитарное предприятие должно получить на это соответствующее разрешение от своего собственника (ст. 295 ГК). В этом и заключается «установленный» порядок передачи имущества, о чем говорилось вы­ше при определении понятия дочернего предприятия. Кроме того, учредитель утверждает устав дочернего предприятия и назначает его руководителя, директора. Деятельность дочернего предприятия долж­на строго соответствовать целям, для которых это предприятие соз­дается его учредителем. Такую правоспособность можно определить как целевую. Здесь следует обратить внимание на то, что термин «дочернее предприятие» может быть использован только примени­тельно к производным образованиям унитарных предприятий, осно­ванных на праве хозяйственного ведения.

Ответственность унитарного предприятия, основанного на пра­ве хозяйственного ведения, является самостоятельной, поскольку собственник имущества такого предприятия не отвечает по его обя­зательствам, за исключением случаев, когда банкротство предприя­тия вызвано самим учредителем, который имеет право давать обяза­тельные для предприятия указания или иным образом определять его действия. При подобных обстоятельствах возможна субсидиарная ответственность государства за деятельность унитарного пред­приятия.

Особенностью муниципальных унитарных предприятий этой группы является то, что они создаются, главным образом, для реше­ния территориальных или региональных задач. Их деятельность свя­зана с обслуживанием жилого фонда, предоставлением населению коммунальных, медицинских, социально-культурных услуг. Учреди­телями таких предприятий являются органы местного самоуправле­ния. Экономической основой деятельности этих предприятий яв­ляется имущество, находящееся в муниципальной собственности и переданное предприятию в хозяйственное ведение.

Унитарные предприятия, основанные на праве оперативного управления (федеральные казенные предприятия). Общая норма, определяющая статус этих предприятий, содержится в ст. 115 ГК, более подробно эти вопросы решаются в специальном законода­тельстве о государственных и муниципальных унитарных предприя­тиях, и в первую очередь в уже названном Указе Президента РФ «О реформе государственных предприятий».

Казенные предприятия непосредственно управляются государ­ством, последнее определяет все вопросы их хозяйственной деятель­ности, включая производство и ценообразование. Казенные пред­приятия не вправе отказываться от заключения государственных контрактов на поставку, потребление, оказание услуг и обязаны выполнять распоряжения соответствующих государственных орга-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 131

нов. Численность таких предприятий также регулируется государ­ством.

Казенные предприятия создаются на основании решения Пра­вительства РФ одним из следующих способов. Во-первых, такое предприятие может быть образовано непосредственно на базе госу­дарственного имущества, ранее не использованного в хозяйственной деятельности. В этом случае предприятие создается впервые, как бы заново. Другой способ более сложен, поскольку предполагает созда­ние казенного предприятия путем ликвидации уже существующих федеральных государственных предприятий, хозяйствующих учреж­дений или унитарных государственных предприятий, основанных на праве хозяйственного ведения. Основанием для принятия Прави­тельством РФ такого решения являются конкретные нарушения предприятиями определенных требований собственника их иму­щества, а именно: нецелевое использование выделенных Федераль­ных средств, отсутствие прибьши по итогам последних двух лет, ис­пользование недвижимого имущества, закрепленного на праве хо­зяйственного ведения, с нарушением действующих правил, напри­мер, внесение указанного имущества в уставные капиталы других предприятий, передача его в аренду, продажа или предоставление его в пользование другим юридическим лицам без разрешения упол­номоченных органов Правительства РФ. В таких случаях Правитель­ство РФ определяет состав ликвидационной комиссии и выделяет средства на ликвидацию предприятия.

Собственник такого предприятия утверждает его устав, который является единственным учредительным документом. Устав казенного предприятия носит типовой характер и как нормативный акт также утверждается Правительством РФ. В качестве обязательных сведений в уставе казенного предприятия должны быть отражены: фирменное наименование предприятия с обязательным указанием на то, что предприятие является казенным, виды деятельности и порядок рас­пределения прибыли, механизм отчетности предприятия перед прави­тельством, характер персональной ответственности руководителя предприятия за результаты своей деятельности, а также обязанность предприятия использовать выделенные ему средства по их целевому назначению.

Казенное предприятие, как и любое унитарное предприятие, не является собственником своего имущества, последнее только закреп­ляется за предприятием на праве оперативного управления. Содержа­ние вещного права оперативного управления раскрывается в ст. 296 ГК РФ и характеризуется тем, что обладающее им юридическое лицо осуществляет все правомочия собственника имущества, а именно владение, пользование и распоряжение, однако имеет на это право только в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением иму-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 132

щества. Производный характер права оперативного управления от правомочий собственника особенно ярко выражен в том, что казенное предприятие вправе отчуждать закрепленное за ним имущество только с согласия собственника, а представляющий собственника орган управления, по указанию правительства, вправе изъять у предприятия излишнее, неиспользуемое либо используемое не по назначению имущество и распорядиться им по своему усмотрению.

Как следствие таких имущественных взаимоотношений госу­дарство принимает на себя субсидиарную имущественную ответ­ственность по обязательствам казенного предприятия при недоста­точности его собственного имущества, оказывает ему необходимую финансовую помощь, защищает от банкротства и предоставляет различные льготы. Реорганизация и ликвидация казенного пред­приятия также производится по инициативе собственника, т. е. по решению Правительства РФ.


[1] СЗ РФ. 1994. № 7. ст. 700.

[2] СЗ РФ 1994. № 5. ст. 393.

§ 7. Некоммерческие организации, осуществляющие предпринимательскую деятельность

Перечень некоммерческих организаций содержится в п. 3 ст. 50 ГК РФ, а также в специальном законодательстве о некоммерческих организациях. К некоммерческим организациям относятся потреби­тельские кооперативы, общественные или религиозные организации (объединения), социальные, благотворительные и иные фонды, фи­нансируемые собственником учреждения, некоммерческие парт­нерства, автономные некоммерческие организации, а также объеди­нения юридических лиц (ассоциации и союзы). Однако некоммер­ческие организации могут быть созданы и в других формах, пред­усмотренных федеральными законами, следовательно, перечень легальных организационных форм некоммерческих организаций не закрыт, что отличает их от коммерческих организаций. Деятельность некоммерческих организаций регулирует целый ряд специальных нормативных актов, среди которых центральное место занимают Федеральные законы «Об общественных объединениях»[1] и «О некоммерческих организациях»[2].

Потребительские кооперативы. Они представляют собой добро­вольные объединения граждан и юридических лиц на основе членства с целью удовлетворения материальных и иных потребно­стей участников, осуществляемые путем объединения его членами имущественных паевых взносов. Их деятельность регламентируется

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 133

ст. 116 ГК РФ, а также специальным законодательством – Законом РФ «О потребительской кооперации в Российской Федерации»[3].

Как видно из определения, круг участников потребительского кооператива шире круга участников производственного кооперати­ва, поскольку включает как граждан, так и юридических лиц. При этом следует обратить внимание на то, что участниками потреби­тельского кооператива не могут быть одни юридические лица без граждан (физических лиц), поскольку в таком случае потребитель­ский кооператив превращается в объединение юридических лиц, что является самостоятельной организационной формой некоммерче­ских организаций.

Гражданский кодекс и специальное законодательство содержат различные термины, определяющие эту организацию и их объеди­нения. Кроме того, по общему правилу, наименование потребитель­ского кооператива должно содержать указание на основную цель его деятельности, а также слово «кооператив», или слова «потребительский союз» либо «потребительское общество». По­скольку Закон о потребкооперации, помимо этого, указывает на возможность существования так называемых «союзов потребитель­ских обществ», необходимо провести различие между указанными понятиями. Оно состоит в следующем. Термины «потребительский кооператив», «потребительский союз» и «потребительское обще­ство» используются законодателем как синонимы, тогда как «союз потребительских обществ» характеризует не организацию, а объеди­нение, союз организаций рассматриваемого вида.

Учредительным документом потребительского кооператива яв­ляется устав. Помимо общих сведений, обязательных для любого юридического лица, устав потребительского кооператива должен содержать условия о размере паевых взносов его членов; о составе и порядке внесения паевых взносов и об ответственности членов коо­ператива за нарушение обязательства по внесению паевых взносов; о составе и компетенции органов управления кооперативом и порядке принятия ими решений, в том числе о вопросах, решения по кото­рым принимаются единогласно или квалифицированным большин­ством голосов; о порядке покрытия членами кооператива понесен­ных им убытков.

Организация управления потребительских кооперативов во многом схожа с управлением производственными кооперативами. Точно так же права и обязанности его членов и механизм их реали­зации аналогичны правам и обязанностям членов производственно­го кооператива. Отличие, однако, состоит в том, что члены потреби­тельского кооператива, в отличие от членов производственного, не обязательно должны участвовать трудом в деятельности своей орга­низации. Как следствие, члены потребительского кооператива не

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 134

отвечают по долгам организации за исключением случаев, указан­ных в п. 4 ст. 116 ГК. В соответствии с этой нормой, члены потреби­тельского кооператива обязаны в течение трех месяцев после утверждения ежегодного баланса покрыть образовавшиеся убытки путем дополнительных взносов. В случае невыполнения этой обя­занности кооператив может быть ликвидирован в судебном порядке по требованию кредиторов. При этом члены потребительского коо­ператива солидарно несут субсидиарную ответственность по обяза­тельствам кооператива в пределах невнесенной части дополнитель­ного взноса каждого из членов кооператива.

Потребительские кооперативы отличаются от других некоммер­ческих организаций тем, что доходы, полученные ими от осуществле­ния предпринимательской деятельности, осуществляемой в соот­ветствии с законом и уставом, распределяются между его членами, что является исключением из общего для всех некоммерческих организа­ций правила о том, что прибыль, полученная некоммерческой органи­зацией, не распределяется между ее участниками (п. 1 ст. 50 ГК). В этом смысле потребительские кооперативы схожи с коммерческими организациями, поэтому неслучайно, что на практике эти организа­ции достаточно активно совмещают коммерческую и некоммерческую деятельность. Так, например, многие гаражные кооперативы в ка­честве своих подразделений содержат различные ремонтные мастер­ские, услугами которых пользуются в основном члены такого коопера­тива, жилищные кооперативы часто оказывают разнообразные быто­вые услуги жильцам своего дома, потребительские союзы в сельской местности занимаются торговлей и т. п. Однако эта особенность по­требительских кооперативов никоим образом не влияет на его сущностные качества, безусловно характеризующие эту организационную форму как некоммерческую организацию.

Общественные и религиозные организации (объединения). Это добровольные объединения граждан, в установленном законом по­рядке объединившихся на основе общности их интересов для удо­влетворения духовных или иных нематериальных потребностей. Создание религиозных организаций предполагает, кроме того, со­вместное вероисповедание и распространение веры. Деятельность этих организаций регулируется Уже названными нормативными актами, ст. 117 ГК, а также Федеральным законом «О благотвори­тельной деятельности и благотворительных организациях»[4], а также Законом РСФСР «О свободе вероисповедания» от 25 октября 1990 г.[5] Общественные объединения создаются в одной из следую­щих организационно-правовых форм: общественная организация;

общественное движение; общественный фонд; общественное учреж­дение; орган общественной самодеятельности. Особенностью всех

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 135

общественных организаций является то, что, во-первых, это объеди­нения граждан, участие юридических лиц в них возможно только в форме общественных организации. Во-вторых, участники обще­ственных организаций не должны получать от деятельности послед­ней никаких имущественных выгод и доходов. Даже то имущество, которое остается от деятельности организации после ее ликвидации, не распределяется среди ее членов. В-третьих, вся деятельность об­щественных организаций должна строго соответствовать тем целям, для которых эти организации были созданы.

Первая форма – общественная организация. Она действует на началах членства ее участников и предполагает их совместную дея­тельность для защиты общих интересов и достижения уставных це­лей. Членами общественной организации могут быть физические лица и юридические лица – общественные объединения. Руковод­ство такой организацией осуществляется коллегиально, ее высший руководящий орган – съезд (конференция) или общее собрание. Постоянно действующим руководящим органом общественной ор­ганизации является выборный коллегиальный орган – правление, директорат, подотчетные съезду (конференции) или общему собра­нию.

Другая форма общественных организаций – общественное движение. Это состоящее из участников и не имеющее членства мас­совое общественное объединение, преследующее социальные, поли­тические и иные общественно полезные цели, поддерживаемые участниками общественного движения. Управление такой организа­цией аналогично рассмотренному применительно к общественной организации.

Общественный фонд – это некоммерческая организация, пред­ставляющая собой не имеющее членства общественное объедине­ние, цель которого заключается в формировании имущества на основе добровольных взносов и иных не запрещенных законом по­ступлений, а также использовании такого имущества на те цели, ради которых фонд был создан. Интересы фонда и его учредителей могут быть различными, поэтому закон специально подчеркивает, что последние, а также управляющие имуществом общественного фонда, не вправе использовать указанное имущество в собственных интересах. Например, средства, полученные фондом, являются соб­ственностью фонда, а не его учредителей. Такой же режим имеет и прибыль, полученная фондом от организации предпринимательской деятельности: учредители не распределяют ее между собой и могут направить исключительно на те цели, для которых создавался фонд. Имущество, оставшееся после ликвидации фонда, также не распре­деляется между учредителями, а направляется на те цели, ради кото­рых фонд был создан.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 136

От общественных фондов следует отличать иные фонды (част­ные, корпоративные, государственные, общественно-государствен­ные и др.), деятельность которых регулируется законодателем особо. Общественные фонды как разновидность общественных организа­ций, относятся к некоммерческим организациям. Деятельность же иных фондов регламентирована законодателем отдельно, поскольку они являются самостоятельным видом некоммерческих организа­ций.

Следующая группа общественных организаций – общественные учреждения – это не имеющие членства организации, ставящие своей целью оказание конкретного вида услуг, отвечающих интере­сам участников и соответствующих их уставным целям. Как и любая другая общественная организация, общественное учреждение яв­ляется собственником принадлежащего учреждению имущества в целом, как юридическое лицо. Учредители такой организации не имеют права собственности на переданное учреждению имущество и другие взносы, кроме права распоряжаться этим имуществом в соот­ветствии с целям, для которых учреждение было организовано. Этот признак определяет все остальные организационные и имуществен­ные особенности учреждений такого рода. Общественные учрежде­ния следует отличать от других организаций, которые, хотя и назы­ваются тоже учреждениями, но являются самостоятельным видом некоммерческих организаций. Их правовой режим принципиально иной.

Управление общественными учреждениями осуществляется на тех принципах, которые определены их учредителями. Часто здесь может создаваться также коллегиальный орган (например попечи­тельский совет), который избирается теми участниками, которые не являются учредителями и потребителями услуг учреждения. Попечи­тельский совет может определять содержание деятельности учрежде­ния и иметь право совещательного голоса при учредителях, но не вправе распоряжаться имуществом общественного учреждения, если такого права не предоставлено ему учредителями.

Для решения различных вопросов социальной направленности по месту жительства или учебы могут создаваться такие обществен­ные организации, как орган общественной самодеятельности. Они не имеют членства, их деятельность направлена на удовлетворение по­требностей неограниченного круга лиц, чьи интересы связаны с реализацией программ органа общественной самодеятельности в месте его создания. В создании такой организации принимают уча­стие заинтересованные граждане, которые в дальнейшем строят ра­боту на основе самоуправления, в соответствии с уставом, принятым на собрании учредителей. Орган общественной самодеятельности не имеет над собой вышестоящих органов или организаций, объем его полномочий полностью определен его учредительным документом.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 137

Другая разновидность общественных организаций – союзы (ассоциации) общественных объединений. Они создаются обществен­ными организациями независимо от их организационно-правовой формы. Учредительными документами таких организаций являются учредительный договор и (или) устав. Это самостоятельные юриди­ческие лица, их правоспособность возникает с момента государ­ственной регистрации.

Фонд. Следующим видом некоммерческих организаций являет­ся фонд, т. е. не имеющая членства некоммерческая организация, учрежденная гражданами и (или) юридическими лицами на основе добровольных имущественных взносов. Фонд преследует социаль­ные, благотворительные, культурные, образовательные или иные общественно полезные цели. Переданное такой организации учре­дителями имущество является собственностью фонда. Ни фонд, ни его учредители не отвечают по личным обязательствам друг друга. Как любая другая некоммерческая организация, фонд вправе зани­маться коммерческой деятельностью. Эта деятельность может осу­ществляется фондом только для целей, определенных в уставе, и организуется в двух основных формах: непосредственно самим фон­дом путем создания хозяйственных обществ или участия в них. При этом фонд может создавать только хозяйственные общества и ника­кие другие общественные организации.

Выше уже говорилось о том, что термин «фонд» законодатель использует для обозначения общественного фонда как разновид­ности общественной организации, а также для обозначения иных фондов, являющихся самостоятельным видом некоммерческих ор­ганизаций. Остановимся подробнее на их отличиях. Это можно сде­лать на основе текстуального толкования ряда законов о некоммер­ческих организациях. В первую очередь такие организации различа­ются по цели, для которой они созданы. Так, общественный фонд создается для удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей его участников. В свою очередь фонд (как самостоя­тельный вид некоммерческих организаций) преследует в своей дея­тельности удовлетворение социальных, благотворительных, образо­вательных, культурных и иных общественно полезных целей, из чего следует сделать вывод о том, что целью такого фонда может быть удовлетворение определенных материальных потребностей. Сле­дующее отличие связано с составом участников этих фондов. Участ­никами общественных фондов могут быть только граждане (не пред­приниматели) или общественные объединения, т. е. некоммерческие организации, а участниками фондов – граждане и любые юридиче­ские лица, в том числе и коммерческие организации. Различным является и судьба имущества фонда после его ликвидации. В обще­ственных фондах такое имущество расходуется только на те цели, для которых фонд был создан, в иных фондах распределение иму-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 138

щества после его ликвидации производится в соответствии с учреди­тельными документами.

Особенностью фондов также является и то, что эта организация не основана на членстве. Участники фонда лишены возможности не­посредственно управлять им и могут только через специальные органы осуществлять общий контроль за органами его администрации.

Правоспособность фондов, точно так же, как правоспособность общественных организаций носит строго целевой характер, эти орга­низации при осуществлении деятельности ни при каких условиях не могут выходить за рамки тех целей, для которых они были созданы.

Внесение изменений в учредительные документы фонда и его ликвидация достаточно жестко законодательно регламентированы и могут быть проведены только в судебном порядке, при этом основа­ния ликвидации фонда исчерпывающим образом установлены в законе.

Следует обратить внимание на то, что термин «фонд» законода­тель использует, кроме того, и для обозначения других предпринима­тельских институтов, например «фонд имущества»,[6] «инвести­ционный фонд»,[7] однако эти термины не обозначают самостоятель­ные организационные формы предпринимательства. Так, фонды имущества являются специализированными государственными фи­нансовыми учреждениями, созданными для организации приватиза­ционных мероприятий, а инвестиционные фонды, мобилизующие приватизационные средства, создаются в форме открытых акционер­ных обществ.

Учреждения. Учреждением признается организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера. Учреж­дения полностью или частично финансируются их собственниками. Одной из главных отличительных особенностей правового положе­ния учреждений является характер прав этих организаций на имуще­ство. Учреждения не являются собственниками закрепленного за ними учредителями имущества, а обладают им на праве оперативно­го управления. Объем таких прав и их ограничения фиксируются собственником в учредительных документах учреждений. Законода­тель специально не устанавливает перечень учредительных докумен­тов в этом случае, поскольку право выбора здесь остается за соб-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 139

ственником-учредителем, который может выбрать или устав, или положение, или какой-то другой вариант локального акта. Право оперативного управления предполагает использование имущества учреждением в первую очередь в интересах собственника. Поэтому, если учреждение использует переданное ему имущество не по назна­чению, собственник имеет право изъять у учреждения такое имуще­ство или его излишки и расходовать их по своему усмотрению. Учре­дительными документами здесь может быть также предусмотрена возможность организации вести самостоятельную деятельность, приносящую доход. Например, наряду с обычными классами в образовательном учреждении могут открываться коммерческие группы, в поликлинике отдельные специалисты могут предоставлять платные медицинские услуги и т. п. В таких случаях доходы, полученные от подобной деятельности, и приобретенное за счет этих доходов иму­щество поступает в собственное распоряжение учреждения и учиты­вается им отдельно от имущества собственника, на отдельном балан­се. Однако отдельный учет таких средств не говорит о том, что эти средства становятся собственностью учреждения, собственником и в этом случае остается учредитель.

Особенность правового положения имущества учреждения во многом определяет и характер имущественной ответственности этого вида организаций. Так, учреждение отвечает по своим обяза­тельствам находящимися в его распоряжении денежными средства­ми, а при их недостаточности субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения несет собственник соответствующего имущества. Таким образом, учреждение не может стать банкротом, поскольку его кредиторы всегда по его долгам могут привлечь к от­ветственности организацию-учредителя.

Виды учреждений разнообразны. Это органы государственного и муниципального управления, учреждения образования, культуры, просвещения, спорта, социальной зашиты населения и даже частные учреждения, созданные физическими лицами. Кроме общих норм Гражданского кодекса, других законов, регулирующих деятельность некоммерческих организаций, правовое положение отдельных видов государственных и иных учреждений определяется специальным законодательством[8].

Как и фонды, учреждения бывают двух видов – общественные учреждения и учреждения как самостоятельный вид некоммерческих организаций. Эти виды организаций очень схожи между собой, по­скольку основная особенность учреждений, а именно их право на имущество, одинаково, точно так же одинаковыми у них могут быть и цели, для которых такие учреждения создаются. Поэтому различие между общественными учреждениями и учреждениями как само-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 140

стоятельной разновидностью некоммерческих организаций заклю­чается только в составе их учредителей. В первом случае учредителям организации могут быть только физические и общественные объ­единения, во втором – как физические лица, так и любые юридиче­ские лица.

Некоммерческие партнерства. Это новая для нашего законода­тельства организационная форма. Она не регламентирована специ­ально Гражданским кодексом, однако достаточно подробно право­вое положение этого вида организаций описано в Законе о неком­мерческих организациях. Это основанная на членстве некоммерче­ская организация, учрежденная гражданами и (или) юридическими лицами для содействия ее членам в осуществлении деятельности, направленной на достижение социальных, благотворительных, на­учных и управленческих целей для охраны здоровья граждан, разви­тия физической культуры и спорта, удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей граждан, защиты прав и законных интересов граждан и организаций, разрешения споров и конфлик­тов, оказания юридической помощи, а также в иных целях, направ­ленных на достижение общественных благ.

Как и в большинстве других некоммерческих организаций, имущество, переданное некоммерческому партнерству его членами, является собственностью партнерства. Члены некоммерческого партнерства не отвечают по его обязательствам, а некоммерческое партнерство не отвечает по обязательствам своих членов. Однако этот вид некоммерческих организаций отличает особый механизм распределения имущества после ликвидации организации. В отли­чие от других некоммерческих организаций имущество здесь распре­деляется между учредителями. Этот признак скорее присущ коммер­ческим организациям, что же касается организаций некоммерче­ских, то подобным образом, как уже говорилось выше, может рас­пределяться имущество в фондах, причем только в тех, которые яв­ляются самостоятельным видом некоммерческих организаций и только в том случае, если об этом специально указано в его учреди­тельных документах. Но если для фондов эта норма является альтер­нативной, то для некоммерческих партнерств она определена зако­ном как безусловное правило.

Одна из возможных сфер применения некоммерческих парт­нерств – это организация предпринимательства. Например, в по­добной организационной форме законом предписано действовать фондовым биржам[9].


[1] СЗ РФ. 1995. № 21. ст. 1930.

[2] СЗ РФ 1996. № 3. ст. 145.

[3] Ведомости РФ. 1992. № 30. ст. 1788.

[4] СЗ РФ. 1995. № 33. ст. 3340.

[5] Ведомости РСФСР. 1990. № 21. ст. 240.

[6] Инвестиционные фонды действуют в соответствии с Положениями «Об инвестиционных фондах» и «О специализированных инвестиционных фондах приватизации, аккумулирующих приватизационные чеки граждан» (Приложение № 1, 2 к Указу Президента РФ от 7 октября 1992 г. 1186 «О мерах по организации рынка ценных бумаг в процессе приватизации государственных и муниципальных предприятий».

[7] Фонды имущества созданы в соответствии с Законом РФ от 3 июля 1991 г. № 1531-1 «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РФ» // Ведомости РСФСР. 1991. № 27. ст. 927.

[8] На это уже обращалось внимание при рассмотрении таких государственных учреждений, как фонды имущества.

[9] Федеральный закон от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» // СЗ РФ. 1996. № 17. ст. 1918.

Автономная некоммерческая организация. Еще одна организа­ционная форма некоммерческих организаций – автономная не­коммерческая организация. Она так же, как и некоммерческие

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 141

партнерства, специально не регламентирована в ГК, хотя о ней отдельно говорится в Законе о некоммерческих организациях. Это не имеющая членства организация, учрежденная гражданами и (или) юридическими лицами на основе добровольных имуще­ственных взносов в целях предоставления услуг в области здраво­охранения, культуры, науки, права и т. п. Правовой режим иму­щества этих организаций традиционен для некоммерческих орга­низаций, поскольку переданное ей учредителями имущество и взносы становятся собственностью организации, учредители же вообще не имеют каких-либо прав на имущество организации. Единственной особенностью правового положения здесь является то, что учредители автономной некоммерческой организации не имеют каких-либо преимуществ в правах по отношению к другим участникам организации или ее клиентам и могут пользоваться услугами организации только на равных правах с другими лицами, которые участниками организации не являются.

Объединения юридических лиц (ассоциации и союзы) – это также разновидность некоммерческих организаций. Их особенность в том, что участниками ассоциаций или союзов могут быть или исключи­тельно коммерческие, или только некоммерческие организации. Это отличает их от других видов некоммерческих объединений где до­пускается объединение участников как предпринимателей, так и непредпринимателей. Коммерческие организации образуют ассо­циации или союзы в целях координации своей предприниматель­ской деятельности, а также представления и зашиты общих имуще­ственных интересов. Организация предпринимательской деятель­ности союза (ассоциации) не должна приводить к ведению им само­стоятельной коммерческой деятельности, в противном случае такая ассоциация или союз должны быть преобразованы в хозяйственное общество или товарищество, или могут создать для осуществления предпринимательской деятельности хозяйственное общество и затем участвовать в нем.

Учредительными документами ассоциации (союза) являются уч­редительный договор и устав. В них, помимо общих сведений, обяза­тельно следует включать положения о составе и компетенции органов управления, порядке принятия ими решений, в том числе по вопро­сам, требующим единогласного решения или решения квалифициро­ванным большинством голосов членов ассоциации (союза), а также правила распределения имущества, остающегося после ликвидации организации. Наименование ассоциации (союза) должно содержать указание на основной предмет деятельности ее членов с включением слова «ассоциация» или «союз».

Ассоциация (союз) является добровольным объединением, ее участники сохраняют свою самостоятельность и права юридического лица. Ассоциации (союзы), координируя деятельность своих участ-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 142

ников, тем не менее, не должны осуществлять управление ими. Член ассоциации (союза) может по своему усмотрению выйти из ассоциа­ции (союза) по окончании финансового года, однако в этом случае он несет субсидиарную ответственность по обязательствам органи­зации пропорционально своему взносу в течение двух лет с момента выхода. По решению участников в случаях, установленных учреди­тельными документами, член ассоциации (союза) может быть ис­ключен из нее. В этом случае ответственность исключенного члена определяется по правилам, установленным для добровольного выхо­да из ассоциации (союза). Новый участник может войти в состав ассоциации (союза) только с согласия ее членов. После вступления в ассоциацию нового члена он несет субсидиарную ответственность по обязательствам ассоциации (союза), возникшим до его вступле­ния.

Ассоциация (союз) не отвечает по обязательствам своих членов, хотя члены ассоциации (союза) несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в размере и порядке, предусмотренных учреди­тельными документами ассоциации. Члены ассоциации (союза) вправе безвозмездно пользоваться ее услугами, что также отличает эти организации от других некоммерческих объединений, например, автономных некоммерческих организаций.

Помимо общих норм, содержащихся в ГК и законе о некоммер­ческих организациях, многие виды ассоциаций (союзов) имеют спе­циальное законодательное регулирование. Остановимся на рассмот­рении некоторых из них – это финансово-промышленные группы, торгово-промышленные палаты и саморегулируемые организации профессиональных участников рынка ценных бумаг.

Деятельность финансово-промышленных групп регулируется Фе­деральным законом от 30 ноября 1995 г. № 190-ФЗ «О финансово-промышленных группах»[1].

Финансово-промышленная группа (ФПГ) – это совокупность юридических лиц, которые в целях технологической или экономи­ческой интеграции для реализации инвестиционных и иных проек­тов и программ, направленных на повышение конкурентоспособ­ности и расширение рынков сбыта товаров и услуг, повышение эф­фективности производства, создание новых рабочих мест действуют как основное и дочерние общества либо полностью или частично объединяют свои материальные и нематериальные активы на основе договора о создании финансово-промышленной группы.

Участники финансово-промышленной группы делятся на два вида – это обычные участники, подписавшие договор о создании финансово-промышленной группы, и центральная компания фи­нансово-промышленной группы либо основное и дочерние общест­ва, образующие финансово-промышленную группу. Участие в ФПГ

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 143

имеет ряд особенностей. Ее членами могут быть только юридические лица, таким образом, индивидуальные предприниматели исключа­ются из ее состава. С другой стороны, в состав финансово-промышленной группы могут, кроме коммерческих организаций, входить и некоммерческие, в том числе и иностранные, кроме обще­ственных и религиозных организаций (объединений).

Последнее, хотя и не соответствует общему определению ассо­циации (союзов), данному в ГК, однако имея в виду диспозитивность норм, определяющих статус некоммерческих организаций, изложенное правило следует отнести к особенностям ФПГ. Участие более чем в одной финансово-промышленной группе не допускает­ся. Кроме того, среди ее участников обязательно должны быть орга­низации, действующие в сфере производства товаров и услуг, а так­же банки или иные кредитные организации. Коммерческие органи­зации, которые не имеют права свободно распоряжаться своими средствами, вступают в ФПГ на специальных условиях. Так, госу­дарственные и муниципальные унитарные предприятия могут быть участниками финансово-промышленной группы в порядке и на условиях, определяемых собственником их имущества, а дочерние хозяйственные общества могут входить в состав финансово-промышленной группы только вместе со своим основным об­ществом (предприятием-учредителем). Помимо обычных ФПГ за­коном предусмотрено создание транснациональных и международ­ных финансово-промышленных групп. Транснациональными признаются ФПГ, среди участников которых имеются организации, находящиеся под юрисдикцией государств – участников Содру­жества Независимых Государств, имеющие обособленные подразде­ления на территории указанных государств либо осуществляющие на их территории капитальные вложения. Статус межгосударственной (международной) присваивается транснациональной финансово-промышленной группе на основе специального межправительствен­ного соглашения.

Хотя деятельность ФПГ осуществляется только участниками ФПГ, ее следует отличать от самостоятельной деятельности участни­ков, поскольку под деятельностью финансово-промышленной груп­пы в целом понимается только такая деятельность ее участников, которая ведется ими в соответствии с учредительными документами ФПГ при использовании обособленных активов. Участники ФПГ несут солидарную ответственность по обязательствам центральной компании финансово-промышленной группы, возникшим в резуль­тате участия в деятельности финансово-промышленной группы. Особенности исполнения солидарной обязанности устанавливаются договором о создании финансово-промышленной группы.

Правовое положение торгово-промышленных палат установлено Законом РФ от 7 июля 1993 г. № 5340-1 «О торгово-промышленных

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 144

палатах в Российской Федерации»[2]. Целью создания этого вида объ­единений является содействие развитию экономики РФ, ее интегри­рование в мировую хозяйственную систему, формирование совре­менной промышленной, финансовой и торговой инфраструктуры, создание благоприятных условий для предпринимательской дея­тельности, урегулирование отношений предпринимателей с их соци­альными партнерами. ТПП образуются на территории одного или нескольких субъектов РФ, а также на территории других админи­стративно-территориальных образований РФ, причем на одной и той же территории может быть образована только одна торгово-промышленная палата.

Законом предусмотрены значительные права, предоставляемые ТПП, среди которых важнейшими можно назвать осуществление независимой экспертизы проектов нормативных актов в области экономики, внешнеэкономических связей, представление и защита интересов своих членов в государственных органах; содействие рос­сийским и иностранным предприятиям и предпринимателям в патентовании, регистрации товарных знаков, знаков обслуживания и наименований мест происхождения товаров; проведение по поруче­нию российских и иностранных предприятий и предпринимателей экспертизы, контроля качества, количества и комплектности това­ров; удостоверение в соответствии с международной практикой сер­тификатов происхождения товаров, а также других документов, свя­занных с осуществлением внешнеэкономической деятельности;

образование третейских судов для разрешения экономических спо­ров в соответствии с законодательством РФ; ведение реестра россий­ских предпринимателей, финансовое и экономическое положение которых свидетельствует об их надежности в РФ и др.

Для учреждения ТПП необходимо желание не менее пятнадца­ти учредителей. Это добровольное членство, любой из членов ТПП может выйти из нее, однако в этом случае ему не возвращаются уплаченные взносы и не принимаются его претензии на имущество торгово-промышленной палаты. Торгово-промышленная палата не отвечает по обязательствам своих членов, как и они не отвечают по обязательствам ТПП.

Торгово-промышленные палаты могут быть двух видов: обыч­ные и Торгово-промышленная палата РФ. В состав последней вхо­дят все ТПП на территории Российской Федерации.

Следующая разновидность объединений предпринимателей – саморегулируемые организации профессиональных участников рынка ценных бумаг. Их деятельность регламентирована Федеральным за­коном «О рынке ценных бумаг». Они создаются для обеспечения условий профессиональной деятельности участников рынка ценных бумаг, соблюдения стандартов профессиональной этики на рынке

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 145

ценных бумаг, защиты интересов владельцев ценных бумаг и иных клиентов профессиональных участников рынка ценных бумаг, яв­ляющихся членами саморегулируемой организации, установления правил и стандартов проведения операции с ценными бумагами. Саморегулируемая организация в соответствии с требованиями осу­ществления профессиональной деятельности и проведения опера­ций с ценными бумагами, утвержденными Федеральной комиссией, устанавливает обязательные для своих членов правила осуществле­ния профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг, стан­дарты проведения операций с ценными бумагами и осуществляет контроль за их соблюдением.

Саморегулируемые организации профессиональных участ­ников рынка ценных бумаг учреждаются не менее чем десятью учре­дителями, которые подают в Федеральную комиссию по рынку цен­ных бумаг заявление о приобретении организацией статуса саморе­гулируемой. Таким образом, приобретение официального статуса подобным объединением происходит только после специального разрешения, выданного указанным органом.

Биржи. Кроме уже перечисленных организационных форм, ко­торые регулируются ГК, следует обратить внимание еще на такую разновидность некоммерческих организаций, как биржи. Биржи – это организации, создаваемые предпринимателями для организации торговли. Они представлены в двух основных видах: фондовые бир­жи и биржи товарные, соответственно, первые – для организации рынка ценных бумаг, а вторые – для регулирования сделок с иным товаром. Существуют и смешанные формы бирж – товарно-фондовые, где представлен как обычный, так и фондовый товар.

В настоящее время законодательное регулирование различных видов бирж существенно отличается друг от друга. Так, понятие «фондовая биржа» не определяет самостоятельную организацион­ную форму, поскольку фондовые биржи могут создаваться только в форме некоммерческих партнерств, что же касается товарных бирж, то это самостоятельная организационная форма некоммерческих организаций. Эта особенность законодательного регулирования биржевой деятельности возможно является временной и еще раз подтверждает необходимость приведения нормативных актов, регу­лирующих биржевую деятельность, в соответствие с положениями ГК. Однако, имея в виду важность для организации предпринима­тельской деятельности такого инструмента, как биржи, на этом во­просе следует остановиться более подробно.

Деятельность товарных бирж урегулирована Законом РФ от 20 февраля 1992 г. № 2383-1 «О товарных биржах и биржевой торговле»[3].

Товарная биржа (далее «биржа») – это организация с правами юридического лица, формирующая оптовый рынок путем организа-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 146

ции и регулирования биржевой торговли, осуществляемой в форме гласных публичных торгов, проводимых в заранее определенном месте и в определенное время по установленным ею правилам. Бир­жа обладает ограниченной правоспособностью, поскольку она не может осуществлять торговую, торгово-посредническую и иную деятельность, непосредственно не связанную с организацией бирже­вой торговли, также биржа не вправе осуществлять вклады, приобре­тать доли (паи), акции организаций, если они не ставят целью осу­ществление деятельности, направленной на организацию публичных торгов.

Как и любые организации биржи могут создавать союзы, ассо­циации для координации своей деятельности, защиты интересов своих членов и осуществления совместных программ, в том числе для организации совместных торгов. Учредителями биржи могут выступать как юридические, так и физические лица, за исключением высших и местных органов государственной власти и управления;

банков и кредитных учреждений; страховых и инвестиционных ком­паний, фондов; общественных, религиозных и благотворительных объединений (организаций) и фондов; физических лиц, которые в силу закона не могут осуществлять предпринимательскую деятель­ность. Причем доля каждого учредителя или члена биржи в ее устав­ном капитале не может превышать десяти процентов.

После ее учреждения биржа подлежит государственной реги­страции в установленном порядке. Дальнейшая легализация бирже­вой деятельности осуществляется путем получения биржей специ­альной лицензии. Биржевая торговля может осуществляться на бир­жах только на основе лицензии, выдаваемой в установленном по­рядке Комиссией по товарным биржам при Государственном коми­тете Российской Федерации по антимонопольной политике и под­держке новых экономических структур. Биржа вправе подать заявле­ние о предоставлении ей лицензии, если к моменту обращения сум­ма вкладов в уставный капитал составляет не менее пятидесяти про­центов его объявленной суммы.

Членами биржи могут быть юридические или физические лица, которые участвуют в формировании уставного капитала биржи либо вносят членские или иные целевые взносы в имущество биржи и стали членами биржи в порядке, предусмотренном ее учредительны­ми документами. Причем членами биржи не могут быть: служащие данной или какой-либо другой товарной биржи; организации, если их руководители (заместители их руководителей или руководители их филиалов и других обособленных подразделений) являются слу­жащими данной биржи; а также те физические и юридические лица, которые не могут быть учредителями товарной биржи. Члены биржи делятся на две категории: полные члены – с правом на участие в биржевых торгах во всех секциях (отделах, отделениях) биржи и на

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 147

определенное учредительными документами биржи количество го­лосов на общем собрании членов биржи и на общих собраниях чле­нов секций (отделов, отделений) биржи; неполные члены – с пра­вом на участие в биржевых торгах в соответствующей секции (отделе, отделении) и на определенное учредительными документа­ми биржи количество голосов на общем собрании членов биржи и общем собрании членов секции (отдела, отделения) биржи.

Высшим органом управления биржей является собрание членов товарной биржи. Оно обеспечивает реализацию всех прав и обязан­ностей биржи и ее членов.

Статус фондовой биржи определяется уже названным Федераль­ным законом «О рынке ценных бумаг». Фондовой биржей (в даль­нейшем «биржа») признается организатор торговли на рынке ценных бумаг, не совмещающий деятельность по организации торговли с иными видами деятельности, за исключением депозитарной деятель­ности и деятельности по определению взаимных обязательств. Как уже было отмечено, фондовая биржа может создаваться только в фор­ме некоммерческого партнерства. Фондовая биржа организует торго­влю только между членами биржи. Другие участники рынка ценных бумаг могут совершать операции на бирже исключительно через по­средничество членов биржи. Целый ряд ограничений существует для служащих биржи: они не могут быть учредителями и участниками профессиональных участников рынка ценных бумаг – юридических лиц, а также самостоятельно участвовать в качестве предпринимателей в деятельности фондовой биржи. Эти правила распространяются так­же и на фондовые отделы товарных и валютных бирж, являющиеся таковыми согласно законодательству РФ.

Членами фондовой биржи могут быть любые профессиональ­ные участники рынка ценных бумаг. Порядок вступления в члены фондовой биржи, выхода и исключения из членов фондовой биржи определяется фондовой биржей самостоятельно на основании ее внутренних документов. Фондовая биржа вправе устанавливать ко­личественные ограничения числа ее членов. Не допускается нерав­ноправное положение членов фондовой биржи, временное членство, а также сдача мест в аренду и их передача в залог лицам, не являю­щимся членами данной фондовой биржи.

 

Глава IV. ОБЪЕКТЫ КОММЕРЧЕСКОГО ПРАВА

§ 1. Объекты вещных прав предпринимателя

Имущество – необходимая основа практически любой пред­принимательской деятельности. Поэтому правовой режим имущест­ва является одним из центральных институтов коммерческого права.

Общегражданское понимание имущественных прав предпола­гает их деление на права вещные и обязательственные. К вещным правам относят такие субъективные права, объектами которых вы­ступают вещи, к обязательственным же – права на совершение определенных действий или права на предъявление к контрагенту требований о совершении им определенных действий.

Для осуществления вещных прав субъекту – носителю таких прав в целом ряде случаев не требуется вступать в договорные и иные обязательственные правоотношения с другими лицами. Например, собственник для осуществления таких своих правомочий, как право пользования или владения имуществом не всегда нуждается в заклю­чении договоров с кем бы то ни было. Эти правомочия могут реали­зоваться в его собственных фактических действиях.

Вместе с тем названные правомочия, а также право распоряже­ния требуют подчас вступления в обязательственные правоотноше­ния. Например, если речь идет о такой форме распоряжения, как продажа – здесь продавец-собственник должен найти на рынке по­купателя, например, покупателя своих акций или иных ценных бу­маг, и только после этого он сможет реализовать свое право распоря­диться имуществом.

Как видим, и вещные и обязательственные имущественные права связаны между собой довольно тесно, однако, если всякое субъективное обязательственное право предполагает наличие кор­респондирующей ему субъективной обязанности конкретного лица, поскольку в обязательстве всегда есть хотя бы два участника, то субъективное вещное право в качестве обязательного условия своего существования требует или предполагает наличие соответствующего объекта – вещей во всем их многообразии, а субъект здесь один – это может быть собственник, носитель права хозяйственного веде­ния или иного вещного права.

В том случае, когда вещное право принадлежит нескольким ли­цам, все они имеют доли в таком праве и потому должны осущест­влять его по общему согласию. Их внутренние взаимоотношения

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 149

носят обязательственный характер, однако содержание вещного права, принадлежащего им всем – участникам такого общего вещ­ного права – это правомочия в отношении данного имущества.

В схематическом плане такие права могут быть представлены следующим образом: если это права обязательственные: субъект – права и обязанности – объект – права и обязанности – субъект; если же права вещные, то схема может выглядеть так: субъект – пра­ва и обязанности – объект (вещь).

Предметом рассмотрения в данной главе являются вещные права предпринимателя, т. е. такие права, субъектами которых могут быть либо все граждане и юридические лица различных видов, осу­ществляющие предпринимательскую деятельность в соответствии с требованиями действующего законодательства, либо хотя бы один из возможных субъектов коммерческого права.

В этом смысле можно говорить об универсальных и специаль­ных вещных правах предпринимателей.

К первой группе могут быть отнесены такие права, как право постоянного землепользования, сервитута, право залога недвижи­мости и аренды предприятий. Субъектами таких прав могут быть в принципе любые предприниматели.

Что же касается других вещных прав, то их субъектами могут быть не все предприниматели, а лишь некоторые их категории. Так, субъектами права хозяйственного ведения могут быть лишь государ­ственные и муниципальные унитарные предприятия, субъектами права оперативного управления – учреждения и казенные пред­приятия, а также – до своего преобразования, которое в соот­ветствии с п. 5 ст. 6 Федерального закона о введении в действие час­ти первой Гражданского кодекса Российской Федерации, должно произойти не позднее 1 июля 1999 г. – индивидуальные (семейные) частные предприятия и предприятия, созданные хозяйственными товариществами и обществами, религиозными организациями, объ­единениями, благотворительными фондами на праве полного хозяй­ственного ведения.

Общегражданское законодательство в ст. 216 ГК содержит пе­речень таких имущественных прав, которые наряду с правом соб­ственности относятся к числу вещных прав. Это следующие права:

– право хозяйственного ведения

– право оперативного управления

– право постоянного землепользования

– право пожизненного наследуемого владения земельным участком

– сервитута.

Приведенный перечень вещных прав, содержащийся в ст. 216 ГК, не назван в самой этой статье исчерпывающим. Напротив, текст

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 150

статьи содержит слова: «Вещными правами наряду с правом соб­ственности, в частности, являются: ...» Такая редакция дает основа­ния для различных толкований приведенного далее перечня: одни полагают, что слова «в частности» означают, что могут быть и иные, не поименованные в данной статье ГК вещные права, другие же склоняются к тому, что ст. 216 содержит исчерпывающий перечень вещных прав.

Спор этот важен прежде всего потому, что вещные права по сравнению с обязательственными имеют более сильную правовую защиту: при конкуренции двух исков в отношении одного и того же имущества, если один иск основан на вещном праве, а другой – на обязательственном, первенство принадлежит вещно-правовому иску.

Дискуссионность вопроса о перечне вещных прав по современ­ному российскому законодательству вызвана не только редакцией ст. 216 ГК, но и тем, что ст. 131, устанавливающая обязательную государственную регистрацию недвижимости и сделок с ней в п. 1 к тем вещным правам, которые названы в ст. 216, добавляет ипотеку, т. е. залог недвижимости, а в ст. 132, определяющей предприятие как специфический объект права – имущественный комплекс, в п. 2 к числу сделок, связанных с установлением, изменением или прекра­щением вещных прав, отнесены и залог в целом (а не только ипоте­ка), и аренда. Означает ли это, что право залога и право аренды, если их объектом является предприятие в целом как имущественный комплекс – это вещные права?

Ведь от ответа на этот вопрос может зависеть решение по се­рьезному имущественному спору в области коммерческой деятель­ности. Представляется, что, поскольку законодатель прямо отнес ипотеку к числу подлежащих государственной регистрации вещных прав на недвижимость, следует это право признавать вещным, наря­ду с сервитутами и иными правами, перечисленными в ст. 216.

Что же касается залога и аренды предприятия как имуществен­ного комплекса, то и здесь, с учетом того, что правовой режим этих объектов определяется специально посвященными им нормами час­ти первой и части второй ГК, следует прийти к выводу о том, что права арендаторов и залогодержателей предприятия – это права вещные.

В юридической литературе спорным является вопрос о право­вой природе права залога в целом: следует ли относить его к правам вещным или обязательственным? Конечно, у залогодержателя нет права стать собственником заложенной вещи преимущественно пе­ред другими лицами, если основное обязательство не исполнено должником-залогодателем. Однако права залогодержателя не огра­ничиваются правом на получение удовлетворения из стоимости за­ложенного имущества. Залогодержатель контролирует использова-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 151

ние предмета залога и распоряжение им залогодателем: ведь без со­гласия залогодержателя залогодатель, оставаясь собственником предмета залога, не вправе ни передать его другому лицу в пользова­ние, например, в аренду, ни распорядиться им путем продажи.

Кроме того, залогодержатель, хотя и не может стать на основе залога собственником предмета залога, вправе требовать продажи этого имущества в соответствии со ст. 349–350 ГК.

Поэтому представляется, что есть серьезные аргументы в пользу признания права залога вещным правом.

В ст. 216 ГК применительно к земельным участкам названы та­кие специфические вещные права, как право постоянного земле­пользования, право пожизненного наследуемого владения земель­ным участком. Названы и сервитута, однако практически этот ин­ститут может быть применен во всей полноте только после введения в действие гл. 17 ГК, посвященной регулированию земельных отно­шений.

Земельное законодательство, применяемое к сделкам с земель­ными участками в субсидиарном порядке наряду с общеграждан­ским законодательством, предусматривает такое право на земельный участок, как право аренды земельного участка. Многие предприни­матели, как в городах, так и в сельской местности, в том числе сель­скохозяйственные предприятия и фермеры, являются арендаторами земельных участков. Эти участки выступают и как территориально-пространственный базис, и как средство производства, или только в первом из этих качеств.

Возникает вопрос о правовой природе права аренды земельного участка: следует ли считать его правом обязательственным или вещ­ным?

Представляется, что есть основания относить это право к числу вещных прав, причем это специфическое вещное право, имеющее целый ряд особенностей в силу того, что его объектом является не­движимость особого рода – земельный участок.

Для содержания вещных прав предпринимателей характерно, что все они с точки зрения общегражданской классификации субъек­тивных прав относятся к числу абсолютных прав. К этой же группе прав принадлежат и такие права, как авторские, личные неимуще­ственные, право на имя, в том числе на фирменное наименование, права патентовладельцев и т. д. Все вещные права – это права абсо­лютные, однако не все абсолютные права являются вещными.

Для всех вещных прав характерны такие черты, или свойства, как право следования и право преимущества. В них ярко выражается специфика вещных прав в сравнении с правами относительными.

Так, при продаже имущества, обремененного залогом, право залога сохраняется за залогодержателем. Это пример того, что вещ­ные права как бы «следуют за вещью».

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 152

Право преимущества состоит в том, что если на одно и то же имущество заявлено два иска, т. е. налицо конкуренция прав – вещ­ного и обязательственного, преимущество имеет вещное право.

Правовая традиция большинства стран признает круг вещных прав ограниченным. Это означает, что субъекты права, в том числе и предприниматели, не вправе сами, по своему усмотрению, созда­вать, конструировать такие вещные права, которые не предусмотре­ны данной правовой системой. Это заметно отличает категорию вещных прав от прав обязательственных, так как применительно к договорному праву фундаментальное значение имеет принцип сво­боды договора, выраженный в ст. 421 ГК: «Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами».

Принцип ограниченности круга вещных прав действует и в оте­чественном праве, хотя история становления современного россий­ского коммерческого законодательства дает пример попытки нару­шить этот принцип.

Известно, что к 1990-м годам, в начальный период коренных экономических преобразований, направленных на формирование рынка, появились попытки использовать конструкцию траста – доверительной собственности в российских условиях.

С учетом того, что траст на его родине – в странах англо­-американского права, является одним из вещных прав, поскольку это доверительная собственность, применение траста в России требовало ответа на вопрос: предусмотрен ли этот институт российским правом. До декабря 1993 г. ответ был однозначно отрицательным. Поэтому все попытки использовать этот термин в российской коммерческой прак­тике приводили к тому, что то, что называлось трастом, было не вещ­ным, а обязательственным правом, основанным на договоре о переда­че в траст. Вместе с тем определение содержания самого этого права в законе отсутствовало.

Траст был введен в российское право президентским указом в декабре 1993 г. в отношении весьма узкого круга объектов – акций приватизированных бывших государственных предприятий, если эти акции остались в государственной собственности, т. е. были на первом этапе приватизации закреплены за Фондами имущества. Такие акции могли быть переданы по решению их держателей в траст юридическим или физическим лицам.

Однако широкого распространения эта практика не получила, а само существование траста прекратилось с принятием части первой ГК РФ в 1994 г.

Институт траста послужил основой специфической конструк­ции – права доверительного управления имуществом, которая появи­лась в российском гражданском праве благодаря теоретической кон­струкции, заложенной в п. 4 ст. 209 ГК и затем развитой в гл. 53 ГК.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 153

Это право является институтом обязательственного права, поскольку у носителя такого права не возникает права собственности оно сохраняется за учредителем траста. Ведь российская гражданско-правовая доктрина не признает, в отличие от системы общего права, возможности существования расщепленной собственности, а потому право собственности не может быть разделено, распределено между разными субъектами.

Существующая же заинтересованность коммерческого оборота в применении некоей конструкции, которая была бы хотя бы похожа на траст, привела к включению в гражданское законодательство до­верительного управления как такого вида договора, который позво­ляет при сохранении права собственности за учредителем такого управления передать не только достаточно широкие, по усмотрению этого учредителя, права по управлению переданным доверительному управляющему имуществом, но и наделить его правом совершать сделки с таким имуществом от своего имени.

Таким образом, анализ общегражданского и специального за­конодательства, обращенного к предпринимательской деятельности, позволяет отнести к вещным правам предпринимателей следующие субъективные вещные права:

– право собственности,

– право хозяйственного ведения,

– право оперативного управления,

– ипотека, залог,

– аренда предприятия,

– право постоянного землепользования,

– право пожизненного наследуемого владения земельным участком,

– право аренды земельного участка.

Кроме того, к числу вещных прав могут быть отнесены такие права на участки недр, обособленные водные объекты, леса, а также иные природные объекты, которые предусмотрены специальным законодательством об этих видах объектов коммерческого оборота.

Так, например, обособленные водные объекты могут находить­ся в собственности, аренде или пользовании, причем содержание соответствующего права на эти объекты будет определяться как об­щегражданским, так и, в субсидиарном порядке, специальным вод­ным законодательством. Последнее играет определяющую роль в установлении обязанностей носителя любого из этих вещных прав в связи с фактическим использованием таких объектов, ориентируясь прежде всего на экологические требования.

Следует особо подчеркнуть, что среди вещных прав, предусмот­ренных общегражданским законодательством, есть такие, субъекта­ми которых могут быть только предприниматели. Например, право хозяйственного ведения может принадлежать только государствен-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 154

ным или муниципальным предприятиям, право аренды предприя­тия – только предпринимателю.

С учетом сказанного, понятие вещных прав предпринимателей может быть сформулировано следующим образом: к числу вещных прав предпринимателей относятся предусмотренные законодатель­ством универсальные и специальные вещные права, объектом кото­рых выступает имущество, используемое предпринимателями в предпринимательской и иной деятельности.

§ 2. Правовой режим вещей

Объектами вещных прав предпринимателей могут выступать такие виды имущества, которые являются полностью оборотоспособными или ограниченно оборотоспособными. Такое разграниче­ние объектов в ст. 129 ГК основано на том, что некоторые объекты могут принадлежать не всем , а лишь указанным в законодательстве участникам оборота, а также на том, что использование определен­ных объектов возможно лишь по специальному разрешению.

Таким образом, ограничение оборотоспособности может быть установлено по субъектному или по объектному признакам. В по­следнем случае речь идет о разрешительном порядке включения в оборот.

Примерами ограничения оборотоспособности по субъектному признаку являются нормы об аренде предприятий, о найме жилого помещения, примерами же ограничений по объектному признаку могут быть правила о выпуске (эмиссии) ценных бумаг, о валютном регулировании.

Круг вещей и иного имущества, которое обычно является объ­ектом вещных прав предпринимателей, определяется, прежде всего, самой природой предпринимательской деятельности. Для нее харак­терно использование всякого имущества для извлечения прибыли. Последняя является основной целью и конституирующим призна­ком предпринимательской деятельности.

Вместе с тем следует учесть, что не во всех случаях, когда речь идет об использовании имущества в предпринимательской деятель­ности, мы имеем дело с вещными правами коммерческих организа­ций. Ведь предпринимательскую деятельность могут осуществлять не только профессиональные предприниматели, т. е. физические и юридические лица, зарегистрированные в качестве соответственно индивидуальных предпринимателей или коммерческих организа­ций. Предпринимательством вправе заниматься и некоммерческие организации.

Следовательно, если некоммерческая организация использует свое имущество для некоммерческой деятельности, то оно является

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 155

объектом общегражданского оборота и его правовой режим подчи­няется правилам общегражданского законодательства о вещных правах. Однако, если тот же субъект – некоммерческая организация в соответствии со своей специальной правоспособностью включает­ся в коммерческую деятельность, соответствующее имущество уже является объектом вещных прав предпринимателя.

Так, например, получив здание в собственность, такая органи­зация становится собственником в общегражданском смысле этого понятия, а осуществляя свои правомочия и предоставляя такое зда­ние в аренду или используя его в качестве предмета ипотеки для по­лучения банковского кредита, она ведет уже предпринимательскую деятельность.

Этот пример показывает, что практическое значение разграни­чения объектов вещных прав на такие, которые участвуют только в коммерческом обороте, и такие, которые участвуют в нем наряду с участием в общегражданском обороте, достаточно ограниченно. Вместе с тем это разграничение может иметь существенное значение в тех случаях, когда правовая норма прямо связывает саму возмож­ность существования тех или иных вещных прав с субъектом, кото­рому они могут принадлежать.

Например, если земельный участок был предоставлен или при­обретен в собственность для ведения фермерского хозяйства, то соб­ственником этого участка и в дальнейшем может быть только тот, кто ведет такое хозяйство: только фермер может быть наследником при наследовании такого земельного участка.

В определенном смысле можно утверждать, что объектом вещ­ных прав предпринимателя может быть практически любое имуще­ство, пригодное по своим качествам для роли товара или средства производства. С этой точки зрения в мире вещей найдется немного исключений. Однако основное значение в сфере предприниматель­ской деятельности имеют такие виды имущества, которые, во-первых, являются или могут быть средствами производства и, во-вторых, находятся в коммерческом, экономическом обороте.

Естественно, что для коммерческого права имеет значение об­щая классификация вещей, приведенная в гл. 6 ГК и включающая такие категории, как недвижимые и движимые вещи, делимые и неделимые, сложные вещи, главные вещи и принадлежности, пло­ды, продукция и доходы, а также такие специальные объекты , как деньги и валютные ценности.

Особое место среди объектов вещных прав предпринимателей занимают предприятия, каждое из которых выступает как единый имущественный комплекс, используемый для осуществления пред­принимательской деятельности.

Предприятия как единый имущественный комплекс в соот­ветствии со ст. 132 ГК признается недвижимостью. В этом качестве

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 156

предприятие в целом, а также его части могут быть предметом таких сделок, как купля-продажа, залог, аренда. Как явствует из текста ст. 132 ГК, во всех этих случаях речь идет о вещных правах.

Названная норма раскрывает содержание предприятия как единого имущественного комплекса и включает в это содержание не только то имущество, которое само по себе, вне комплекса, может быть отнесено к вещам, например, здания, сооружения, оборудова­ние, сырье и материалы, но также и права требования и долги, т. е. имущественные права и обязанности, которые вне единого имуще­ственного комплекса – предприятия вовсе не являются вещами.

Кроме того, в состав предприятия как единого имущественного комплекса включаются исключительные права, например, право на товарный знак, фирменное наименование, знаки обслуживания.

Эти объекты гражданских прав не являются сами по себе веща­ми и, соответственно, объектами вещных прав, однако в составе единого имущественного комплекса – предприятия выступают именно в качестве составляющих вещи, хотя и весьма специфи­ческой.

Здесь уместно вспомнить о философском подходе к соотноше­нию целого и частей: целое не есть просто сумма частей, а представляет собой новое качество, применительно к нашему при­меру – новый объект прав.

Отнесение предприятия к объектам недвижимости требует со­блюдения правил о нотариальной форме и государственной реги­страции сделок с ним, а также о государственной регистрации тех вещных прав, объектом которых оно выступает.

К числу таких вещных прав следует отнести права собствен­ности, хозяйственного ведения, оперативного управления, залога, аренды.

Предприятие выступает в роли объекта договоров купли-продажи, сделок приватизации, может быть предметом аукциона или конкурса. Во всех этих случаях оно рассматривается как единый комплекс и сделка совершается в отношении всего предприятия как единого целого на момент возникновения соответствующих прав и обязанностей, например, на указанную в самом договоре дату или на день составления последнего баланса, на день государственной реги­страции договора и т. д.

Однако, если заключается договор аренды предприятия, т. е. соглашение, по которому оно будет использоваться предпринимате­лем для предпринимательской деятельности, то предметом договора может стать не все предприятие как единый комплекс, а, как сказано в ст. 656 ГК, совокупность всех его основных средств и та часть иму­щества, относимого к средствам оборотным, которая включается в состав арендуемого предприятия на условиях и в порядке, пред­усмотренных договором аренды.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 157

Таким образом, основные средства – это постоянная и неотъ­емлемая часть предприятия как единого имущественного комплекса при заключении любых договоров, объектом которых является пред­приятие как единое целое, единый объект, а оборотные средства имеют переменное значение, если речь идет об аренде предприятия: их состав стороны определяют своим соглашением.

Наиболее распространенным объектом правоотношений и вещных прав в предпринимательской сфере является товар. Опреде­ление товара в Гражданском кодексе отсутствует: в ст. 454 ГК товар трактуется практически как синоним вещи. Представляется, однако, что этого явно недостаточно. Если для договора купли-продажи, о котором идет речь в указанной норме, такое тождество приемлемо, то для коммерческого права в целом вещь и товар – это далеко не одно и то же.

Так, антимонопольное законодательство определяет товар как то, что произведено или предназначено для продажи. В этом смысле товаром могут быть как вещи, так и права, и долги, услуги, работа, деньги.

Поэтому следует признать, что как общегражданское, так и коммерческое законодательство использует термин «товар» в разных смыслах: в одном, более узком, значении – это вещи, находящиеся в коммерческом обороте, выступающие предметом договоров купли-продажи между предпринимателями и гражданами – потребителями или хотя бы предназначенные для этого, в другом же значении – это любые объекты права, включенные в коммерческий оборот.

Современное законодательство о предпринимательской дея­тельности во всех развитых странах , а теперь – и в России, содер­жит весьма важный комплекс норм, направленных на защиту прав потребителей, т. е. граждан, приобретающих для своих потребитель­ских нужд товары или получающих услуги от коммерческих органи­заций и других лиц, осуществляющих предпринимательскую дея­тельность.

В этом смысле может быть выделена и особая категория товаров – потребительские товары. Эти вещи имеют заметные отличия в правовом режиме, прежде всего, это касается возможностей их обмена, ремонта, возврата покупателем, если последний выступает как потребитель.

Развитие рынка недвижимости потребовало достаточно бы­строго развития необходимой для этого нормативной базы.

С начала 1990-х годов берет начало формирование комплекса норм, образующих такой важнейший раздел коммерческого права, как правовой режим недвижимости.

Ст. 130 ГК относит к недвижимости, к недвижимым вещам та­кие объекты, которые, во-первых, прочно связаны с землей, а, во-вторых, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назна­чению невозможно.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 158

С точки зрения коммерческого права среди таких объектов центральное место после предприятий, о которых уже шла речь вы­ше, занимают здания и сооружения. В практике иногда возникает вопрос что имеет в виду законодатель, когда использует термины «здания и сооружения»?

Представляется, что толкование ст. 130, дающей понятие не­движимых вещей, приводит нас к выводу о том, что здание или со­оружение – это отдельный, целостный объект Помещения внутри здания или сооружения, так называемые встроенные помещения, используемые для различных, в том числе и предпринимательских целей, не могут рассматриваться как здание или сооружение и имеют отличный от них правовой режим.

Так, переход права собственности на здание или сооружение влечет за собой и переход соответствующего права на ту часть зе­мельного участка, на которой расположен этот объект и которая необходима для его использования

Переход же права, в том числе права собственности, на поме­щение внутри здания или сооружения, например, это может быть помещение магазина, склада, офиса и т.д., не является основанием возникновения каких бы то ни было прав на часть земельного участка, на котором расположено это здание, поскольку неразрывно связано с землей и расположено на ней именно здание в целом, а не помещения внутри здания.

Особенностью заключения договоров, объектом которых высту­пают такие недвижимые вещи, как предприятия, здания и сооруже­ния, а также земельные участки и иные природные объекты, является требование о составлении единого документа, подписываемого сторо­нами договора, в то время как по общему правилу о форме договора, закрепленному в ст. 434 ГК, письменная форма договора предполагает возможность использования обмена письмами, телеграммами и ины­ми средствами связи для его заключения. В отношении объектов не­движимости это не допускается: здесь необходимо составить единый документ, подписанный обеими сторонами.

Есть важная специфика и в процедуре перехода прав на недви­жимость: эти объекты должны быть переданы продавцом и приняты покупателем по передаточному акту или иному документу о передаче недвижимости, который подписывается сторонами и является, на­ряду с договором, основанием для перехода прав на эту недвижи­мость. Такое требование о передаче прав на недвижимость относится в силу ст. 556 и 560 ГК к договорам купли-продажи, а также в силу ст. 655 и 659 ГК – к договорам аренды предприятий, зданий и со­оружений.

Что касается момента возникновения прав на недвижимость при совершении сделок с ней, то следует учесть, что, во-первых,

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 159

сами договоры подлежат государственной регистрации и только с момента такой регистрации считаются заключенными.

Во-вторых, государственной регистрации подлежат права на недвижимость в соответствии со ст. 131 ГК.

Возникает вопрос: когда у приобретателя по договору купли-продажи недвижимости возникает право собственности: в момент государственной регистрации договора или государственной реги­страции права собственности? Регистрационная практика стреми­лась обойти этот вопрос и была ориентирована на регистрацию до­говора и права одновременно. Однако это явно не согласуется с кон­струкцией перехода прав на недвижимость, заложенную в законода­тельстве: оно предполагает известную поэтапность в возникновении прав на недвижимость – заключение договора, его нотариальное удостоверение, государственная регистрация договора, передача имущества на основе передаточного акта, регистрация прав нового собственника. Когда же возникает право собственности? Представ­ляется, что ст. 223 ГК, связывающая возникновение права собствен­ности на имущество, отчуждение которого подлежит государствен­ной регистрации, с моментом такой регистрации, использует термин «отчуждение» как синоним сделки и предполагает, что отчуждение – это и купля-продажа, и дарение, и наследование, и иные сделки с недвижимостью.

Земельные участки – один из важнейших видов объектов ком­мерческого права. Они могут принадлежать предпринимателям на праве собственности, аренды или постоянного землепользования. Кроме того, граждане – предприниматели, прежде всего – главы крестьянских (фермерских) хозяйств, могут иметь земли на праве пожизненного наследуемого владения.

Специфика земельных участков как объектов коммерческого права состоит в том, что они могут быть предметом коммерческого оборота и коммерческих сделок, но в подавляющем большинстве случаев выступают как территориально-пространственный базис производственной деятельности или как средство производства, а в сельском хозяйстве, как правило, эти две функции сочетаются.

Отличительной особенностью любого вещного права, объектом которого выступает земельный участок, является целевой характер использования этой земли, причем этот характер должен быть, соглас­но требований земельного законодательства, зафиксирован в правоустанавливающих документах на данный участок. Изменение целевого Щ назначения земельных участков возможно лишь с согласия того государственного органа, который предоставил на том или ином вещном праве данный участок.

Переход прав на данный участок не влечет изменения целевого характера использования участка. В этом смысле можно говорить, что все вещные права на земельные участки ограничены целевым

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 160

назначением этих участков. Так, они могут быть предоставлены для ведения предпринимательской деятельности, крестьянского хо­зяйства. Кроме того, серьезные ограничения на характер реализации прав на земельные участки содержат экологическое законодатель­ство, нормы градостроительного (урбанистического) законодатель­ства, законодательства об охране памятников, сельскохозяйственно­го законодательства и другие специальные нормы.

До принятия Земельного кодекса РСФСР 1991 г. отечественное земельное законодательство ограничивалось использованием таких юридических конструкций, как право постоянного или временного землепользования. Однако в ходе экономических и социальных ре­форм разнообразие возможных вещных прав в отношении земель возросло и в земельном законодательстве произошли самые ради­кальные перемены.

Земли могут быть отведены предпринимателям на праве соб­ственности, постоянного землепользования, на праве аренды, а если речь идет о гражданах-предпринимателях, то и на праве пожизнен­ного наследуемого владения.

Право собственности на земельные участки, отведенные для предпринимательской деятельности, может возникнуть на основе договоров купли-продажи. При этом право на приобретение земель­ных участков признается за теми, кто приобрел предприятие, распо­ложенное на данном участке, в результате приватизации, на конкур­се или аукционе. Эти лица могут выбрать, приобрести ли данный участок в собственность, взять ли его в аренду или остаться право­преемником приватизированного предприятия и сохранить преж­ний правовой статус участка, став землепользователем.

Участок может быть приобретен у государственных органов или органов местного самоуправления и в этом случае возникает, можно сказать, первичное право собственности, поскольку у данного участка не было прежде частного собственника.

В том случае, если предприятие, расположенное на данном участке, становится предметом договора купли-продажи, у покупа­теля есть право приобрести ту часть земельного участка, принадле­жащего продавцу, на которой расположено само предприятие и ко­торая необходима для его эксплуатации. Следует учесть, что этот участок может быть значительно меньше и даже составлять незначи­тельную часть того участка, который был отведен, например, перво­начальному собственнику для строительства и эксплуатации пред­приятия.

Объем прав собственника земельного участка, используемого для предпринимательской деятельности, указан в нормативных ак­тах и в первоначальном правоустанавливающем документе на этот участок. Следует отметить, что земельное законодательство содержит ограничения в отношении субъектного состава возможных соб-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 161

ственников земель: ими могут быть только граждане России или юридические лица. Последние могут быть учреждены как россий­скими гражданами, так и иностранцами, однако сами иностранные граждане не могут приобрести земельные участки в собственность.

Есть и еще одно заметное ограничение права собственности на землю, на этот раз по объектному критерию. Законодательство о крестьянском (фермерском) хозяйстве, допуская возможность при­обретения земель для ведения такого хозяйства в собственность, лишает собственника права продавать такой земельный участок ко­му бы то ни было, кроме органов местной власти. Вместе с тем эти участки могут быть предметом залога, аренды, они могут быть пере­даны по наследству или тому лицу, которое заменяет в случае выхода на пенсию или инвалидности прежнего главу крестьянского хо­зяйства и продолжает вести то же крестьянское хозяйство.

Земельные участки могут быть объектами не только права соб­ственности, но и права постоянного землепользования. В отличие от права собственности это вещное право может принадлежать любому лицу – как гражданам, так и юридическим лицам, оно может при­надлежать не только гражданам России, но и иностранцам или ли­цам без гражданства. Кроме того, на этом праве могут быть отведены земельные участки для любых целей, в том числе для самых разнооб­разных видов предпринимательской деятельности.

В отличие от собственности это вещное право не может быть передано кому бы то ни было по воле того лица, которому оно при­надлежит. Право постоянного землепользования – это такое вещное право, которое может быть лишь первоначальным. На этом праве земельные участки предоставляются землепользователям по реше­нию государственных органов или органов местного самоуправле­ния. Землепользователи уплачивают земельный налог.

Аренда земельных участков, согласно классификации ГК, так­же должна быть отнесена к числу вещных прав. В отличие от права постоянного землепользования это право может быть приобретено как на основании договора арендатора с собственником-государством, так и на основании договора аренды, где арендодате­лем выступает частный собственник земли. Арендатором может быть любое лицо – как физическое, так и юридическое. Однако следует подчеркнуть, что объем прав арендатора в отличие от объема прав собственником земельных участков и постоянных землепользовате­лей определяется не законом, а только договором с арендодателем – собственником этого участка. При этом целевое назначение аренду­емого земельного участка должно соответствовать указанному в пер­воначальном правоустанавливающем документе, во всяком случае цель использования должна входить в указанные рамки. Так, если участок приобретен для эксплуатации находящегося на нем произ-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 162

водственного объекта, аренда такого участка не может противоре­чить этой основной цели.

Таким образом, целевое назначение – это характеристика пра­вового режима самого участка, а объем и пределы прав лица, осу­ществляющего фактическое его использование, должны соответ­ствовать этому целевому назначению.

Важное место среди объектов вещных прав предпринимателей занимают здания и сооружения.

Среди них специальный правовой режим характерен для жилых домов, в том числе – многоквартирных.

Все эти объекты отнесены к недвижимости и наряду с такими видами имущества, как производственные и нежилые помещения в зданиях и сооружениях, жилые помещения в жилых домах могут быть предметом купли-продажи, аренды, залога и иных сделок. В том случае, если эти вещи выступают объектами коммерческих сделок, их можно отнести к объектам коммерческого права. Однако те же самые вещи могут находиться в пределах общегражданского оборота. Так, если здание или сооружение строится на основе дого­вора строительного подряда, – это объект коммерческого права, но если оно же в случае смерти собственника переходит по наследству, то такое имущество – объект общегражданских правоотношений. Если квартира в многоквартирном доме выставлена на продажу строительной организацией, возводившей дом, или агентством по недвижимости, то перед нами – объект коммерческого права, но если эта же квартира сдается ее собственником по договору найма жилого помещения, то она – объект общегражданских, точнее – жилищных правоотношений.

Особенностью этой группы объектов вещных прав предприни­мателей является прежде всего то, что право собственности на дома, квартиры, здания и сооружения и соответственно производственные и нежилые помещения в них возникает только после того, как эти объекты прошли этап своего юридического возникновения. В отли­чие от физического, вещественного существования, которое форми­руется постепенно и начинается с подготовки котлована под фунда­мент, или еще раньше – с первого эскиза архитектора, эти объекты нуждаются в особом юридическом оформлении их существования. Все эти физически уже существующие объекты становятся объекта­ми вещных прав только после того, как подписаны предусмотренные нормативными актами документы об их сдаче строителями и прием­ке заказчиками: акты сдачи-приемки. Они могут быть подписаны государственными или иными приемочными комиссиями, в состав которых входят представители всех сторон, участвовавших в инве­стиционном процессе. Только после подписания актов приемки, которые юридически фиксируют появление новых объектов – зда­ний, сооружений, квартир и т. д., они могут быть именно в этом ка-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 163

честве объектами правоотношений и прежде всего – вещных прав. До подписания актов приемки – это незавершенное строительство.

§ 3. Правовой режим денег

Деньги выполняют различные экономические функции в усло­виях рынка и являются важнейшим макроэкономическим регулято­ром. Сглаженность денежной системы – одна из центральных задач всякого государства и потому правовое регулирование в сфере де­нежного обращения относится к важнейшим разделам экономиче­ского законодательства, и в том числе коммерческого права.

Деньги как объект правоотношений, регулируемых нормами коммерческого законодательства – это один из видов имущества.

ГК относит деньги как объекты гражданских правоотношений к кругу вещей наряду с ценными бумагами.

Бесспорно, что в обыденном представлении деньги – это вещи, хотя и своеобразные. Историческое развитие денег также показывает нам, что они – лишь специфические вещи, выделившиеся посте­пенно из массы других вещей в силу сочетания ряда удобных для обслуживания экономического оборота свойств.

Однако нельзя не заметить, что использование в экономике на­ряду с наличными также безналичных денег – это основание для того, чтобы сделать вывод о достаточной условности отнесения денег к вещам.

Во всяком случае, если наличные деньги могут быть причисле­ны к вещам, причем, кроме случаев, когда они выступают как кол­лекционные вещи и являются индивидуально определенными, это – родовые вещи. Однако, если речь идет о деньгах безналичных, т. е. находящихся в банках и отраженных на счетах их клиентов, то эти деньги не могут рассматриваться как вещи. Ведь иметь безналичные деньги на счете – значит иметь их лишь как право на получение наличных денег.

Общегражданское законодательство использует такие термины, как «деньги» и «валюта». ст. 140 ГК позволяет считать, что это – синонимы.

В той же ст. 140 понятия безналичности и наличности отнесены к платежам и расчетам, но не непосредственно к деньгам. Вместе с тем специальное законодательство, регулирующее денежное обра­щение и банковскую деятельность, широко пользуется понятием «безналичные денежные средства», что и позволяет говорить о суще­ствовании как наличных денег, и они-то и могут быть отнесены к вещам, так и безналичных денег, которые, выполняя экономические функции денег, сами все же не являются вещами.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 164

Специальное законодательство, в частности, Закон РФ «О валютном регулировании и валютном контроле» определяет ва­люту, т. е. деньги РФ таким образом, что это понятие охватывает:

а) рубли в виде банковских билетов (банкнот), б) средства на бан­ковских счетах в банках РФ, в) средства на счетах в банках вне РФ, находящиеся там в соответствии с действующим законодательством.

Наряду с валютой России к деньгам как объекту коммерческого права следует отнести также иностранную валюту. Она может быть представлена: а) денежными знаками в виде банкнот, казначейских билетов или монет, б) средствами на счетах в денежных единицах ино­странных государств и международных денежных или расчетных еди­ницах (последние именуются в общегражданском законодательстве, в частности, в ст. 317 ГК условными денежными единицами).

Правовой режим денег как объектов коммерческого права имеет два аспекта: существует принципиальная разница между пра­вовым режимом валюты России и иностранной валюты.

Валюта России – рубль – является законным платежным сред­ством, обязательным к приему по его нарицательной стоимости на всей территории России.

Что же касается иностранной валюты, то возможности и усло­вия ее использования в качестве средства платежа, а также условия и порядок лицензирования такой деятельности определяются специ­альным законодательством о валютном регулировании и валютном контроле.

Так, в частности, продажа товаров за иностранную валюту на территории России требует лицензии. Лишь в разрешительном по­рядке открываются счета российским предприятиям для осущест­вления расчетов через иностранные банки: в этих случаях необходи­мо получить согласие Центробанка России.

Порядок использования средств на валютных счетах, открытых в российских банках, определяется специальными правилами, кото­рые, во-первых, не одинаковы для различных субъектов предприни­мательской деятельности, а, во-вторых, ограничивают возможности предпринимателей в использовании валютных средств по сравнению с рублевыми средствами.

Деньги отнесены к кругу вещей, однако не все юридические свойства вещей присущи деньгам. Так, если вещи могут быть пред­метом договоров купли-продажи, то деньги выступают в этой роли не как правило, а напротив, скорее – в порядке исключения. Так, они могут быть предметом договора купли-продажи, если приобре­таются денежные знаки в виде банкнот или монет в качестве коллек­ционного материала. Иностранная валюта также может быть пред­метом договоров купли-продажи, причем приобретать ее по догово­рам купли-продажи могут как юридические лица, так и граждане.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 165

Что же касается российских рублей, то они выступают предме­том договоров мены, а не купли-продажи, если речь идет об обмене иностранной валюты на российские рубли.

В предпринимательской практике возникал вопрос: может ли валюта, т. е. деньги, выступать в качестве предмета залога? Практика шла по пути использования таких своеобразных залогов при выдаче банковских кредитов. Однако следует иметь в виду, что, как указал Высший Арбитражный Суд РФ, деньги, в том числе денежные сред­ства на счетах, не обладают важнейшим свойством, необходимым для предмета залога: они не могут быть проданы в случае неисполне­ния должником основного обязательства перед кредитором-залогодержателем для получения денег, необходимых для расчетов с ним по долгам залогодателя.

Деньги как объект коммерческого права имеют различный пра­вовой режим не только с учетом разницы между российской и ино­странной валютой, но и с учетом разницы между наличными и без­наличными деньгами.

Деньги в наличной форме – это специфический род имущества, вещей. Свои экономические и правовые функции как средство плате­жа, расчетов, накопления и т.д. они выполняют именно как вещи определенного рода – родовые вещи. Такая роль денег определена не их естественной природой, а принятыми в каждом государстве прави­лами. В этом смысле наличные деньги как специфический род иму­щества – это плод деятельности государства. Сам институт денег, их «цена», правила денежного обращения, эмиссия, а также их физиче­ское существование – все это результат установленных государством правил. Поэтому можно сказать, что не только правовой режим денег, но и само их существование неразрывно связаны с государством и могут быть отнесены к одному из важнейших формальных его призна­ков.

История современных денег берет свое начало в период чекан­ки первых монет и, пройдя бурный период перехода к бумажным деньгам, уже давно включает наряду с наличными деньгами также деньги безналичные.

Появление последних вполне закономерно с точки зрения эко­номического развития, но в плане правовом это явление означает, что одинаково именуемые деньгами наличные и безналичные де­нежные средства – это совершенно разные виды объектов имуще­ственных прав.

Понятие безналичных денег подразумевает, как правило, что собственник денег как вещей – т. е. денег наличных, передал их в качестве вклада банку или иной кредитной организации и, таким образом, вместо наличных денег получил право потребовать в любой момент от банка выдачи такой же суммы денег. Естественно, что это

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 166

будут не те же деньги в вещественном плане: ведь деньги – это родо­вые вещи.

Таким образом, так называемые безналичные деньги – это в действительности, по своей правовой природе – имущественные права – права требования.

Открытие расчетного банковского счета предпринимателю означает, что он не только вправе требовать от банка переданной ему денежной суммы, но и вправе распоряжаться так называемыми «денежными средствами на счете». Такое распоряжение предполага­ет, прежде всего, возможность осуществлять расчеты со своими контрагентами, минуя наличное денежное обращение, а лишь путем списания, перевода безналичных денег со счета одного лица на счет другого.

В юридическом плане такие действия являются распоряжением своими имущественными, в данном случае – обязательственными правами.

Как видно из изложенного, понятием денег как вещей охваты­ваются, по современному российскому ГК, лишь наличные деньги. Безналичные же средства, т. е. записи на банковских счетах об объе­ме и характере обязательственных прав банка и его клиентов – это не вещи, не вещественные объекты коммерческого права, а иной вид таких объектов – это имущественные обязательственные права – права требования.

Коммерческое законодательство содержит некоторые ограни­чения в использовании наличных средств в коммерческом обороте. Назовем два самых существенных: это установление предельной суммы расчетов между юридическими лицами в наличных деньгах и обязательное использование контрольно-кассовых машин при рас­четах за товары, работы и услуги с потребителями, прежде всего – населением.

§ 4. Правовой режим ценных бумаг

Ценные бумаги, будучи объектами гражданских прав, являются одновременно с этим и наиболее характерными объектами коммер­ческого оборота, рассматриваемого в качестве специального элемен­та гражданского оборота (ст. 128, п. 2 ст. 130 ГК). Коммерческий характер ценных бумаг обусловлен тем, что они представляют собой один из наиболее удобных механизмов переноса меновой стоимости, могут, при известных обстоятельствах, выступать в качестве средства расчетов по обязательствам и способа кредитования. Таковы, на­пример, товарораспорядительные ценные бумаги, векселя, чеки. Участие в обращении таких ценных бумаг избавляет от необходи­мости физического перемещения товаров и денежных средств от

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 167

одних субъектов к другим. Учитывая же объемы товарно-денежного обращения в сфере коммерции, это означает, что именно предпри­ниматели являются в большинстве случаев участниками соответ­ствующих отношений в связи с выдачей (эмиссией), обращением и погашением ценных бумаг.

Несколько иначе обстоит дело с такими видами ценных бумаг, как акции, облигации, депозитные и сберегательные сертификаты. Их отнесение к числу характерных объектов коммерческого оборота объясняется тем, что величина получаемой прибыли по этим цен­ным бумагам (процентов, дивидендов либо курсовой разницы от перепродажи) напрямую зависит от их количества, находящегося во владении конкретного держателя. Очевидно, что физические лица не могут конкурировать в этом отношении с коммерческими организа­циями по причине отсутствия аналогичных финансовых возможно­стей. Поэтому именно коммерческие организации занимают основ­ную долю рынка акций, облигаций и иных доходных ценных бумаг.

Понятие ценной бумаги и ее характерные особенности. Определе­ние понятия ценной бумаги содержится в норме ч. 1 ст. 142 ПС. В соответствии с данным определением ценной бумагой признается документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении.

Из приведенной дефиниции с очевидностью явствует целый ряд характерных черт ценной бумаги. Во-первых, обязательным признаком ценной бумаги является ее документарность. Вне доку­мента такая бумага существовать не может. Установленная Граждан­ским кодексом возможность существования ценных бумаг в «бездо­кументарной» форме (ст. 149) является исключением и говорит об отказе от категорической формулировки общего правила о документарности всех ценных бумаг.

Вместе с тем обращает на себя внимание неудачность самого определения «бездокументарности» по отношению к ценным бума­гам, поскольку в действительности документ присутствует, но не в качестве единого бланка, а в виде «записи на счете» и (или) специ­ального реестра записей о закрепленных ценными бумагами правах. Поэтому можно говорить не столько о бездокументарности ценных бумаг, сколько о расширении понятия документа, охватывающего ныне не только традиционные бланки (отдельные листы), но и иные формы: книжно-журнальные реестры, распечатки компьютерной информации. Носителем же документированной информации мо­жет быть не только бумага, но, и, например, диск компьютера или иные средства электронно-вычислительной техники. Существенно важно и то, что документ может считаться ценной бумагой лишь в том случае, когда он назван в качестве таковой в самом ГК (ст. 143,

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 168

815, 816, 817, 843, 844, 877, 785, 912), в законах о ценных бумагах или в установленном ими порядке.

Следующей важной характеристикой ценной бумаги является ее формальность, означающая, что документ может быть признан цен­ной бумагой лишь в случае соответствия его форме и реквизитам, определенным в законе или в установленном им порядке для ценной бумаги данного вида. Например, в нормативных актах исчерпы­вающим образом установлены обязательные реквизиты переводного и простого векселей (ст. 1 и 75 Положения о переводном и простом век­селе). Отсутствие обязательных реквизитов ценной бумаги или несо­ответствие ценной бумаги установленной для нее форме влечет ее ничтожность (п. 2 ст. 144 ГК). Ничтожность самой ценной бумаги не означает ничтожности той сделки, в результате которой такая ценная бумага была выдана первоначально или отчуждена в последующем. Например, ничтожность товарораспорядительной бумаги не влечет отказ от признания за лицом, добросовестно приобретшим товар у продавца, права требовать передачи этого товара в собственность.

Ценная бумага удостоверяет, как правило, имущественные пра­ва[1]. Именно эти права являются тем, что составляет содержание доку­мента как ценной бумаги. Признак имущественности удостоверяемых прав означает, что ценные бумаги не могут иметь своим содержанием нравственные, моральные обязанности, а также административные обязанности, устанавливаемые в порядке подчиненности, и любые прочие отношения, не являющиеся предметом регулирования граж­данского права. Например, выпущенная муниципальным органом власти облигация может удостоверять право ее владельца на получение благоустроенного жилого помещения (квартиры), но лишь в том слу­чае, если указанное жилье будет специально определено в качестве опосредованного предмета исполнения обязательства по такой обли­гации. Непосредственным же предметом исполнения будет выступать сумма денежных средств, обращаемая с учетом предоставленных ски­док и льгот в счет получаемого владельцем облигации жилья. В случае, если документ будет удостоверять право его владельца на внеочередное или первоочередное получение жилья, то при обращении в органы распределения жилой площади указанное право, в связи с нахождени­ем его вне области гражданско-правового регулирования, не может быть признано надлежащим для цели определения документа в ка­честве ценной бумаги.

Выражение «ценная бумага удостоверяет право» не следует по­нимать буквально, поскольку каждому праву владельца ценной бу-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 169

маги корреспондирует соответствующая обязанность должника по ценной бумаге. В этом смысле ценная бумага удостоверяет не просто какое-либо право или группу взаимосвязанных прав, но и все право­отношение в целом. Действительно, в соответствии с формулиров­кой п. 2 ст. 147 ГК ценная бумага удостоверяет обязательство. Вари­анты же отражения наличия указанного правоотношения в самом тексте ценной бумаги могут быть совершенно различны. Например, именно через понятие прав определяется содержание акции и обли­гации (право на получение дивиденда, процента, право избирать и быть избранным в органы управления акционерного общества и т. д.). Наоборот, содержание простого векселя определяется путем указания на обязанность лица, выдавшего вексель, уплатить опреде­ленную сумму.

Имущественные права и обязанности, удостоверяемые ценны­ми бумагами, могут быть по своей природе правами вещными и обя­зательственными. В соответствии с этой классификацией все су­ществующие ныне отдельные виды ценных бумаг могут распреде­ляться на бумаги с обязательственно-правовым и вещно-правовым содержанием. Число первых явно преобладает над вторыми. Прак­тически все известные действующему гражданскому праву ценные бумаги удостоверяют именно обязательственные права требования. Таковы, например, акция, облигация, вексель, чек, депозитный и сберегательный сертификат, сберегательная книжка на предъявите­ля. Данный перечень не является исчерпывающим, поскольку могут существовать самые разнообразные обязательственные права и са­мые разнообразные вицы ценных бумаг, эти права удостоверяющие. Ограничением возможности для ценной бумаги удостоверять обяза­тельственное право требования выступает характеристика отчуждае­мости или оборотоспособности соответствующего права. Например, не могут являться содержанием ценной бумаги те права, которые в соответствии с действующим гражданским законодательством явля­ются неотчуждаемыми (ст. 383 ГК содержит открытый перечень та­ких прав: алиментные права требования, права требования о возме­щении вреда, причиненного жизни и здоровью, иные права, нераз­рывно связанные с личностью кредитора).

Что касается ценных бумаг с вещно-правовым содержанием, то к ним относятся все товарораспорядительные ценные бумаги, в част­ности, коносамент (п. 2 ст. 785 ГК), двойное складское свидетельство, складское свидетельство, варрант (ст. 912–917 ГК). Такие ценные бумаги удостоверяют уже не право требования владельца бумаги на получение денежных средств или натурального имущества, соверше­ния должником каких-либо действий, а само право собственности или иное вещное право на определенное в документе имущество. Этим имуществом, практически всегда являющимся товаром в обращении, владелец ценной бумаги может распорядиться (продать, обменять,

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 170

заложить и т. д.) путем заключения соответствующей сделки с самой ценной бумагой. Именно поэтому такие ценные бумаги именуются товарораспорядительными (п. 3 ст. 224 ГК).

Важнейшей характеристикой ценной бумаги, содержащейся в ее легальном определении, является презентационность. Презентационность ценной бумаги следует рассматривать в качестве непре­менного условия осуществления прав по бумаге и их отчуждения. Лишь в том случае владелец ценной бумаги вправе требовать испол­нения (уплаты денег, совершения каких-либо действий, передачи имущества), когда сама ценная бумага фактически предъявляется должнику в натуре. Точно так же обстоит дело и с передачей прав по ценной бумаге: она обязательно должна сопровождаться факти­ческой передачей приобретателю самой ценной бумаги (ч. 2 п. 1 ст. 142 ГК). Исключение из правила о презентационности ценной бумаги связано, как уже отмечалось выше, с возможностью суще­ствования ее в бездокументарной форме.

Из принципа презентационности следует важный вывод – ценная бумага является имуществом специального вида, ценным лишь в связи с удостоверяемым бумагой правом, которое может быть осуществлено лишь при фактическом нахождении бумаги у управомоченного лица. Это, очевидно, отличает ценные бумаги от нату­рального имущества, вещей в собственном смысле. Например, для того чтобы кредитор мог осуществить свое право залога, ему или уполномоченному им лицу вовсе не обязательно фактически владеть заложенной вещью. В это смысле принято говорить о праве «на бу­магу» и праве «из бумаги», которые в силу действия принципа пре­зентационности ценной бумаги являются неразрывными.

Следующий правовой феномен ценной бумаги – это ее так на­зываемая публичная достоверность. После передачи ценной бумаги ее приобретателю и, следовательно, перехода к последнему всех прав, ею удостоверяемых в совокупности, отношения должника по ценной бумаге с ее первоначальным владельцем (кредитором) зна­чения уже не имеют[2]. Поэтому, в отличие от общегражданских норм, должник не вправе выдвигать новому кредитору возражения, осно­ванные на его отношениях с первоначальным. В самом деле, предъ­явление ценной бумаги кредитором, надлежаще по ней легитимиро-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 171

ванным, само по себе уже является достаточным основанием для исполнения должником своей обязанности[3].

Все приведенные выше характеристики ценной бумаги отлича­ют ее не только от натуральных вещей, но и от обычных письменных договоров, а также от других документов, не являющихся ценными бумагами. В частности, по отношению к письменным договорам не применяется понятие обязательных реквизитов, а лишь понятие существенных для договоров данного вида условий. В отличие от ценной бумаги договор может быть составлен произвольно. Кроме того, чтобы осуществить права по договору, его не обязательно фак­тически предъявлять должнику.

Существует целый ряд письменных документов, которые также следует отличать от ценных бумаг. Таковы, например, проездные билеты, квитанции, накладные и т. д. Подобные документы, хотя и легитимируют определенным образом их держателя, однако не обла­дают характерным для ценных бумаг свойством публичной досто­верности.

Классификация ценных бумаг. Классификация ценных бумаг может быть проведена по различным основаниям[4]. Самая общая классификация по содержанию имущественных прав, удостоверен­ных ценными бумагами, уже была приведена выше (ценные бумаги с вещно-правовым и обязательственно –правовым содержанием). Непосредственно в Гражданском кодексе (ст. 145) содержится указа­ние на разделение всех ценных бумаг по способу легитимации управомоченного лица.

Под легитимацией следует понимать тот конкретный порядок, в соответствии с которым определяется лицо, имеющее имуще­ственное право (или их совокупность), удостоверенное ценной бума­гой. Таким лицом может выступать предъявитель ценной бумаги – в этом случае легитимирующим основанием является сам факт на­хождения ценной бумаги у данного лица. Управомоченным по цен­ной бумаге может являться лицо, непосредственно поименованное в самом тексте ценной бумаги. Наконец, управомоченным по ценной бумаге лицом может являться тот, кого назначил своим распоряже­нием (приказом, ордером) первоначальный владелец бумаги. Соот-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 172

ветственно, сами ценные бумаги могут являться предъявительскими, именными[5] или ордерными.

В соответствии со ст. 149 ГК все ценные бумаги могут быть раз­делены по способу документарного оформления на существующие в виде отдельных единых документов и ценные бумаги в бездокумен­тарной форме.

В качестве еще одного основания классификации может высту­пать определение правового статуса должника по ценной бумаге. Поэтому основанию из всех ценных бумаг выделяются государ­ственные ценные бумаги, которые, в свою очередь, могут разделять­ся на ценные бумаги, выпускаемые Российской Федерацией в целом либо отдельными территориально – государственными образова­ниями, в том числе муниципалитетами.

С точки зрения рассмотрения особенностей участия ценных бумаг в коммерческом обороте представляется важной еще одна классификация ценных бумаг – по содержанию выполняемых ими функций. Эти функции могут быть представлены также в виде тех конкретных целей, которые ставят для себя участники предприни­мательской деятельности, выпуская (выдавая) ценные бумаги.

Наиболее частой целью выпуска ценных бумаг (практически всегда массового) является привлечение средств населения или юри­дических лиц, например, для осуществления каких-либо инвестици­онных проектов либо ради увеличения стоимости активов эмитента. Такое привлечение средств может осуществляться на условиях сроч­ности, возвратности, платности (выпуск облигаций, банковских депозитных или сберегательных сертификатов, сберегательных кни­жек на предъявителя) либо на условиях участия приобретателей ценных бумаг в будущих прибылях эмитента (акции)[6]. Закон «О рынке ценных бумаг» содержит понятие эмиссионных ценных бумаг, выпускаемых в целях привлечения инвестиций. Особенность эмиссионных ценных бумаг состоит в том, что они размещаются выпусками, имеют равные объем и сроки осуществления прав внут­ри одного выпуска вне зависимости от времени приобретения цен-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 173

ной бумаги, а удостоверение, уступка и безусловное осуществление воплощенных в них прав подчиняются требованиям специального закона. Инвестиционный характер ценных бумаг-акций выступает в своем чистом виде. При выпуске облигаций можно также усмотреть определенные черты инвестиционного механизма, но в связи с тем, что выпуск облигации опосредует возникновение заемного правоот­ношения, право владельца облигации на получение дохода по ней не связано непосредственно с будущей прибыльностью того предприя­тия, которое создается (расширяется) за счет средств от реализации облигаций.

Двумя другими целями выпуска ценных бумаг могут выступать необходимость их использования в качестве средства расчета по обя­зательствам либо способа косвенного кредитования. Расчетная функция ценных бумаг наиболее характерна для чеков. Чекодатель, выдавая чек, например, при оплате покупки, рассчитывается таким образом с продавцом за приобретаемый товар, но не в наличной, а в чековой форме (ст. 877–885 ГК).

Способностью служить средством расчета по обязательствам могут обладать лишь некоторые ценные бумаги, хотя в этом случае фактически будет осуществляться обмен приобретаемого имущества на ценную бумагу. Например, во исполнение обязательства из дого­вора купли-продажи покупатель передает в счет покупной цены про­давцу облигацию с составлением соглашения об уступке прав по этой облигации продавцу. Однако такие ситуации не характерны, так как усложняют оборот ценных бумаг. Типичным же средством расчета выступает именно чек.

Кредитная функция присуща такой ценной бумаге, как вексель (ст. 815 ГК). В данном случае выдачу векселя в качестве основания установления кредитного отношения не следует понимать букваль­но, т. е. в качестве заемного правоотношения. Кредит предостав­ляется не в связи с тем, что получатель векселя, например, продавец товара, ссужает векселедателю (покупателю) денежную сумму, а тем, что оплата товара наличными деньгами отсрочивается во времени до срока оплаты самого векселя либо его дальнейшей продажи (учета) продавцом. Поэтому такой кредит именуется косвенным (или ком­мерческим), оказываемым не в форме займа денежных средств, а в форме отсрочки платежа наличными за проданный товар, оказанные услуги, выполненные работы.

Еще одна важная функция ценных бумаг характерна для това­рораспорядительных ценных бумаг. Эти бумаги опосредуют товар­ное обращение, осуществляемое без физического перемещения то­варов от изготовителей к покупателям, от продавцов к покупателям. Если речь идет об одноразовой покупке гражданином какой-либо вещи, используемой для удовлетворения его бытовых потребностей, то говорить о значении товарораспорядительной ценной бумаги в

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 174

этом случае не приходится. Иное дело, когда перемещаются крупные партии товаров, продавцы и покупатели находятся на значительном удалении друг от друга. В этой ситуации ускорить оборот товаров, а именно это является существенно важным для увеличения прибыль­ности торговых операций, можно путем выпуска товарораспоряди­тельных документов на оптовые партии товаров.

Отдельные виды ценных бумаг. Наиболее распространенным ви­дом ценных бумаг в коммерческом обороте в настоящее время явля­ются акции[7]. Акция удостоверяет не одно право, а целую совокуп­ность взаимосвязанных прав, как имущественных, так и неимуще­ственных.

Имущественными правами, принадлежащими акционеру, яв­ляются право на получение дивиденда (части чистой прибыли ак­ционерного общества, полученной им по итогам хозяйственной дея­тельности за какой-либо период, чаще всего – год, и пропорцио­нально номинальной стоимости акции или иной объективной вели­чине), право на получение части имущества акционерного общества, остающегося после завершения процесса его ликвидации и расчета с кредиторами предшествующей очередности, и другие права. Не­имущественными правами, объединяемыми в группу прав участия, являются: право акционера избирать и быть избранным в органы управления акционерного общества или его ревизионную комис­сию, право акционера знакомиться с финансово-хозяйственной документацией общества, в том числе в порядке внутренней провер­ки его деятельности, а также прочие подобные права, предусмотрен­ные в законодательстве и в уставе акционерного общества. Конкрет­ный объем правомочий акционера зависит, в первую очередь, от категории принадлежащей ему акции, которая может быть обыкно­венной или привилегированной.

Последние выпускаются в случае предоставления акционерам определенных преимуществ в правах. По общему правилу, привилеги­рованная акция не предоставляет акционеру права голоса (п. 1 ст. 32 Закона об акционерных обществах). Такое ограничение является своего рода платой (компенсацией) акционера за предоставляемые ему, в сравнении с владельцем обыкновенной акции, привилегий. Исключение из этого правила предусмотрено в Законе об акционер­ных обществах (п. 4 ст. 32) либо мо

§ 5. Объекты интеллектуальной собственности предпринимателя

Предпринимательская деятельность предполагает использова­ние не только вещественного имущества – того, что может быть объектом права собственности или иных вещных прав, но и иных экономических ценностей. К их числу относятся прежде всего объ­екты так называемой интеллектуальной собственности.

История законодательства и цивилистической науки включает в качестве одной из наиболее традиционных дискуссию о правовой природе прав на объекты интеллектуальной собственности.

Важно отметить, что термин «интеллектуальная собственность» имеет условный характер и применяется в российском законода­тельстве потому, что такая же терминология является общепринятой как в странах континентального, так и в странах общего права. Ко­нечно, никакого права собственности на такие объекты, как товар­ный знак, изобретение, фирменное наименование или произведение науки, литературы и искусства быть не может. Объектом права соб­ственности могут быть те материальные, вещественные носители, на которых зафиксированы соответствующие тексты, графические изображения, изложено ставшее изобретением техническое решение и т. д. Что же касается тех объектов, о которых принято говорить как об объектах интеллектуальной, в том числе промышленной соб­ственности, то они по своей природе не могут быть объектами тех же правовых отношений, которые складываются по поводу объектов вещественных.

Для коммерческого права среди объектов интеллектуальной соб­ственности на первое место выходят по своему практическому значе­нию объекты промышленной собственности. Как известно, эти объек­ты – один из видов объектов интеллектуальной собственности.

Таким образом, речь идет прежде всего о правах на товарный знак, фирменное наименование, изобретения и полезные модели, секреты производства и селекционные достижения.

Товарный знак. Право на товарный знак может принадлежать лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, будь то лица физические или юридические, а среди последних – органи­зациям коммерческим или некоммерческим, осуществляющим та­ковую деятельность.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 179

Нормативную базу этого института коммерческого права со­ставляют Закон РФ от 23 сентября 1992 г. № 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»[1]. Парижская Конвенция по охране промышленной соб­ственности от 20 марта 1883 г. с последующими изменениями и до­полнениями, Мадридское соглашение о международной регистра­ции знаков от 14 апреля 1891 г. с последующими изменениями и дополнениями, и такие важные правовые акты, как Указ Президента от 12 февраля 1993г. № 223, утвердивший Положение о Комитете Российской Федерации по патентам и товарным знакам и Постанов­ление Правительства РФ от 12 февраля 1993 г. № 122, которым было утверждено Положение о патентных поверенных.

Использование товарного знака в условиях жесткой конкурен­ции на рынках различных товаров, особенно если эти товары внеш­не довольно схожи и отличительные особенности, потребительские качества, технические характеристики каждого из них не очевидны для рядового потребителя, может иметь важное, а иногда и ре­шающее значение для предпринимателей, выпускающих и реали­зующих эти товары.

Термин «товарный знак», используемый в тексте закона, охваты­вает две его разновидности: собственно товарные знаки и знаки об­служивания. Строго говоря, услуга является таким же товаром, пред­метом договоров, как и вещественные объекты. Однако маркировать услугу, которая представляет собой, согласно ГК, определенную дея­тельность, невозможно. Поэтому говорят о знаках обслуживания, ко­торые, как правило, используются в различного рода рекламных мате­риалах, украшают оборудование и инвентарь, используемые для ока­зания услуг. Экономическое значение использования знаков обслужи­вания и коммерческая целесообразность правовой охраны этих зна­ков, общие начала оценки исключительного права на их использова­ние и предоставления права на такое использование – все эти аспекты знаков обслуживания такие же, как у товарных знаков.

Поэтому в дальнейшем изложении мы будем пользоваться тер­мином «товарный знак» в значении понятия, охватывающего как товарные знаки, так и знаки обслуживания.

Закон определяет товарный знак как обозначение, способное отличать товары или услуги одних юридических или физических лиц от однородных товаров или услуг других юридических или физиче­ских лиц.

Товарными знаками могут быть словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Как видим, закон дает достаточно широкий спектр возможно­стей для выбора способа и вида обозначения товаров каждого произ­водителя.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 180

Избранное в качестве товарного знака обозначение становится товарным знаком – объектом исключительных прав после его госу­дарственной регистрации.

Подобно тому как некоторые вещественные объекты могут быть объектами гражданских правоотношений и участвовать в опосредуемом нормами коммерческого права обороте лишь после их юридического возникновения (жилые дома, квартиры), обозначение становится товарным знаком – объектом исключительного права предпринимателя только после его государственной регистрации.

Документом, удостоверяющим исключительные права пред­принимателя на использование товарного знака и приоритет самого товарного знака, является свидетельство на товарный знак, выда­ваемое после его государственной регистрации.

Права предпринимателя, зарегистрировавшего товарный знак, относятся лишь к тем товарам, которые указаны в свидетельстве.

Регистрация товарных знаков и выдача свидетельств осу­ществляется Патентным ведомством. Оно проводит предварительную экспертизу и экспертизу заявленного обозначения. Эти действия весьма важны, так как закон содержит перечень оснований для отказа в регистрации заявленного обозначения в качестве товарного знака.

Так, основаниями для отказа в государственной регистрации товарного знака могут быть отсутствие различительной способности у представленного обозначения, фактическое всеобщее употребле­ние обозначения как обозначения товаров определенного вида, лож­ность или способность ввести в заблуждение потребителя относи­тельно товара или его изготовителя. Невозможна регистрация товар­ного знака, если данное обозначение является общепринятым сим­волом или термином, если оно указывает на вид, качество, количе­ство, свойства, назначение, ценность товаров, на место и время их производства или сбыта.

Невозможно использовать в качестве товарного знака обозна­чения, представляющие собой государственные гербы, флаги и эм­блемы, официальные названия государств, а также сокращенные или полные наименования международных межправительственных организаций, официальные, контрольные, гарантийные и пробир­ные клейма, печати, награды и другие знаки отличия или сходные с ними до степени смешения.

Основаниями для отказа в регистрации может быть также нали­чие тождественности или сходства до степени смешения с товарны­ми знаками, ранее зарегистрированными или хотя бы заявленными на регистрацию в РФ на имя другого лица в отношении однородных товаров, с товарными знаками других лиц, охраняемыми в силу меж­дународных договоров РФ даже и без их регистрации, и в некоторых иных случаях, прямо названных в законе.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 181

Следует отметить, что перечень оснований для отказа в государ­ственной регистрации товарного знака является исчерпывающим.

После государственной регистрации и получения свидетельства о ней владелец товарного знака приобретает исключительное право пользоваться и распоряжаться товарным знаком. Он вправе запре­щать другим лицам использовать этот знак.

Практическое значение исключительного права на товарный знак состоит не только в том, что его владелец может запрещать ис­пользование этого знака другим лицам, но и в том, что он получает возможность предоставлять за соответствующую плату право ис­пользовать этот товарный знак.

Заключая такого рода лицензионные договоры, владельцы по­пулярных товарных знаков используют полученное ими исключи­тельное право как объект имущественных правоотношений, а по классификации ГК – как неимущественное право, имеющее денеж­ную оценку.

Исключительное право владельца товарного знака может быть использовано им также при формировании уставного или складоч­ного капитала хозяйственных товариществ и обществ, это право может быть предметом договоров коммерческой концессии (или франшизы, франчайзинга), по которым предметом сделки являются наряду с иными, в том числе исключительными правами и права на использование товарного знака.

Закон перечисляет действия, которые являются нарушениями исключительных прав владельца товарного знака. Это может быть несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложе­ние к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смеше­ния, в отношении однородных товаров.

Владелец товарного знака приобретает в силу его государствен­ной регистрации исключительное право на его использование и мо­жет передать (уступить или предоставить лицензию) это право иным лицам.

Содержание такого права определено ст. 22 Закона. В качестве использования рассматриваются: применение товарного знака на товарах, для которых этот знак зарегистрирован, а также на их упа­ковке, применение этого знака в рекламе, печатных изданиях, на официальных бланках, на вывесках, при демонстрации экспонатов на выставках и ярмарках, проводимых в РФ.

Наряду с применением самого товарного знака его владелец вправе помещать рядом с товарным знаком предупредительную мар­кировку, указывающую на то, что применяемое обозначение являет­ся товарным знаком, зарегистрированным в РФ.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 182

Правовая охрана товарного знака может быть прекращена либо в результате признания недействительной регистрации товарного знака, либо в связи с аннулированием товарного знака.

В первом случае, когда регистрация может быть признана не­действительной, это означает, что она была таковой в течение всего срока ее действия. Такое решение может быть принято Высшей па­тентной палатой. Если регистрация признана недействительной, это означает, что никаких прав в отношении данного обозначения у заявителя не возникало никогда: юридические последствия реги­страции, если она признана недействительной, не возникли.

Аннулирование регистрации товарного знака, в отличие от при­знания недействительной его регистрации, означает, что с момента аннулирования исключительные права владельца прекращаются. Однако до этого момента владелец был носителем исключительного права на использование и распоряжение данным товарным знаком и все возникшие до аннулирования регистрации товарного знака юри­дические последствия его действий имеют и сохраняют свое право­вое значение.

Фирменное наименование. Подобно тому как всякий человек, выступающий в гражданских правоотношениях как лицо физиче­ское, имеет имя, всякое юридическое лицо имеет свое наименова­ние, называемое фирменным наименованием, или фирмой. Наиме­нование играет весьма важную роль в коммерческой сфере, где доб­рое имя и деловая репутация ценятся не меньше, чем иные матери­альные ценности.

Наименование коммерческой организации, так же как и наи­менование любого юридического лица, должно быть указано в учре­дительных документах.

Это общее требование содержится в ст. 52 ГК применительно ко всем юридическим лицам, а в отношении определенных их видов есть специальные требования, например, в отношении указания имен участников полного товарищества или имен полных товари­щей в товариществах на вере в составе фирменного наименования этих видов коммерческих организаций.

Специальный нормативный акт, посвященный фирменному наименованию или, кратко, фирме (от немецкого термина «Firma») – это Положение о фирме, утвержденное постановлением ЦИК и СНК СССР от 22 июня 1927 г.

В этом документе исключительное право на фирменное наиме­нование определяется как право помещать фирму на товарах и упа­ковке, на вывесках и в рекламе, в помещениях данной коммерческой организации и т. д.

Современное законодательство не содержит подробного опре­деления понятия фирменного наименования, поэтому можно опи-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 183

раться на то, которое есть в названном Положении о фирме, по­скольку оно формально не отменено.

Однако важно подчеркнуть, что если указанное Положение признавало исключительное право на использование фирмы за тем, кто фактически использует, ввел его в коммерческий оборот и не предусматривало какой-либо специальной регистрации фирмы или права на ее использование, то нормы современного ГК выражают иной подход к возникновению исключительного права на использо­вание фирмы.

Предприниматель может получить исключительное право на использование фирмы лишь в том случае, если это наименование зарегистрировано. Однако система и порядок регистрации фирмен­ных наименований не определены. Нет указаний в ГК на то, какие государственные органы должны заниматься регистрацией фирмен­ных наименований.

Все это позволяет утверждать, что до создания системы государ­ственной регистрации фирменных наименований и установления порядка такой регистрации предприниматели могут пользоваться опосредованными способами достижения такой цели, как приобре­тение исключительного права на фирменное наименование.

В этом качестве может быть использована возможность вклю­чения фирменного наименования, особенно – в его сокращенном виде, в состав товарного знака – в качестве одного из его элементов. Кроме того, возможно зарегистрировать фирму в качестве словесно­го обозначения, представляющего собой товарный знак.

Специальные правила ГК посвящены фирменным наименова­ниям отдельных видов коммерческих организаций. Так, наименова­ние коммерческой организации должно содержать указание на орга­низационно-правовую форму этой организации: ОАО, ЗАО, ООО, ОДО, Полное товарищество, Товарищество на вере, производствен­ный кооператив (в сельском хозяйстве это могут быть также сельско­хозяйственные и рыболовецкие артели (колхозы) и коопхозы.

Если обратиться к правилам о фирменных наименованиях го­сударственных или муниципальных предприятий, то их отличитель­ная особенность состоит в том, что фирма таких предприятий долж­на содержать указание на характер их деятельности. Кроме того, как правило, она включает указание на подчиненность такого предприя­тия, что было предусмотрено еще Положением о фирме 1927 г.

В связи с анализом правил, применяемых при определении фирменных наименований, возникает вопрос о правопреемстве в этой сфере. Несомненно, что право на фирменное наименование принадлежит тому, кому принадлежит право на иное имущество данного юридического лица. Так, если имущество АО является его собственностью, то и фирменное наименование принадлежит тому же субъекту – АО.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 184

Однако в глазах потребителя нередко фирменное наименование ассоциируется не столько с данной коммерческой организацией, сколько с технической базой предприятия как имущественного ком­плекса, научно-техническим уровнем производства, квалификацией персонала, традициями, дизайном и прочими категориями, весьма важными экономически, но никак не формализованными с точки зрения права. Поэтому традиционным является сохранение фир­менного наименования в тех случаях, когда данное предприятие как имущественный комплекс меняет собственника. Такое право сохра­нить фирменное наименование было прямо предусмотрено в зако­нодательстве об арендных предприятиях, есть такое правило и в за­конодательстве о приватизации государственных и муниципальных предприятий.

Таким образом, одно и то же юридическое лицо обязано иметь наименование, цель которого, как было точно указано в Положении о фирме 1927 г. – обеспечить отличие одного юридического лица от другого, и вместе с тем оно вправе пользоваться, в том числе моно­польно, фирменными наименованиями, принадлежавшими преж­ним собственникам производств, включенных впоследствии в состав имущества данного юридического лица.

При слиянии юридических лиц, особенно если речь идет об из­вестных на рынке данного товара производителях, традицией яв­ляется и создание объединенных фирменных наименований. Такой же прием используется и при присоединении одних юридических лиц к другим, а также в тех случаях, когда создается, например, но­вое АО или иная коммерческая организация с участием известных фирм. Так, работающий в Санкт-Петербурге банк со стопроцентным иностранным капиталом – «Дрезднер Банк – Банк Насьональ де Пари» является российским банком, юридическим лицом по рос­сийскому праву, однако имеет в своем наименовании прямое указа­ние на состав своих участников.

Наиболее существенной санкцией, которая может быть приме­нена к тем, кто в процессе внешнеэкономической деятельности воз­намерится использовать то фирменное наименование, на которое он не имеет законных прав, может быть предусмотренное Парижской Конвенцией наложение ареста на любой продукт (это может быть как товар, так и услуга), незаконно снабженный фирменным наиме­нованием или товарным знаком, при ввозе его в страну, где этот знак или фирменное наименование имеют право на законную охрану.

Изобретения, полезные модели и промышленные образцы. Для многих видов предпринимательской деятельности условием успеха является использование в производстве новых технологий, выпуск новых видов продукции, соответствующих требованиям современ­ного научно-технического развития.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 185

Юридическим инструментом повышения заинтересованности в использовании достижений технической мысли является предостав­ление законом исключительных прав на использование изобрете­ний, полезных моделей и промышленных образцов.

Правовой режим этих объектов прав предпринимателя определен в Патентном законе Российской Федерации от 23 сентября 1992 г. № 3517-1.

Для изобретений и полезных моделей документом, удостове­ряющим охраняемые законом права, является патент, а для полез­ных моделей – свидетельство.

Изобретение может получить правовую охрану, если оно отве­чает трем основным требованиям: является новым, имеет изобрета­тельский уровень и промышленно применимо. Критерии, позво­ляющие определить, отвечает ли данное техническое решение ука­занным требованиям, прямо сформулированы в Патентном законе. Таким образом, далеко не всякое техническое решение, при всей его внешней эффектности, может получить правовую охрану в качестве изобретения.

Эти объекты прав предпринимателя, подобно некоторым иным, существуют как специфические юридические понятия, во многом отличающиеся от общеупотребительного значения тех же самых терминов. Так, с точки зрения развития техники и даже при­кладной науки то или иное техническое решение может быть чрез­вычайно важным, несомненно оригинальным и новым, однако для того, чтобы иметь шансы получить правовую охрану, оно должно отвечать и такому требованию, как промышленная применимость. А это возможно далеко не во всех случаях.

Итак, важнейшим условием существования, приобретения ста­туса изобретения как объекта прав предпринимателя является одно­временное соответствие его трем указанным в законе условиям: но­визна, изобретательский уровень, промышленная применимость.

В качестве объектов изобретений могут выступать: устройство, способ, вещество, штамм микроорганизма, культура клеток расте­ний и животных, применение известного ранее устройства, способа, вещества, штамма по новому назначению.

В отличие от изобретения полезная модель – это новое и про­мышленно применимое конструктивное выполнение средств произ­водства и предметов потребления и их составных частей. Для полез­ной модели не требуется соответствия такому критерию, как изобре­тательский уровень. Полезная модель – это не само техническое решение определенной задачи, а конструктивное выполнение опре­деленных объектов. В отличие от изобретения, полезной моделью может быть лишь вещественный объект, эта категория неприменима

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 186

ни к способу, ни к веществу. Последние могут получить правовую охрану лишь в качестве изобретений.

Промышленные образцы – это художественно-конструк­торские решения изделий, определяющие их внешний вид.

Для того, чтобы стать объектом правовой охраны, художественно-контрукторское решение должно отвечать таким требованиям, как новизна, оригинальность и промышленная применимость. Таким образом, закон называет два необходимых для предоставления право­вой охраны условия, которые встречаются и в нормах об изобретениях и полезных моделях: новизна и промышленная применимость. Тре­тьим же критерием является оригинальность.

Промышленный образец признается оригинальным, если его существенные признаки обусловливают творческий характер эстети­ческих особенностей изделия.

Анализ критериев, которые используются законодателем для отнесения тех или иных решений к числу изобретений, полезных моделей и промышленных образцов, позволяет сделать вывод, что ответ на вопрос, есть ли в данном случае признаки этих объектов, во многом зависит от специальных знаний в довольно узких областях. Поэтому для получения правовой охраны заявитель, составив в соот­ветствии с достаточно формализованными требованиями заявку, должен обращаться в Патентное ведомство и проходить соответ­ствующую экспертизу. Этому ведомству государство предоставило полномочия для решения вопроса о том, относится ли данное реше­ние к числу объектов права промышленной собственности.

Патент может быть выдан либо автору изобретения, полезной модели или промышленного образца, либо тем лицам, которых он указал в заявке. Кроме того, в случаях, если данное решение получе­но в ходе выполнения служебного задания, патент может быть полу­чен работодателем автора. Для устранения такой возможности доста­точно заключения договора между работником и работодателем.

Содержание исключительного права патентовладельца опреде­лено в Патентном законе как возможность использовать охраняемый патентом объект по своему усмотрению. Такая возможность ограни­чена обязанностью не нарушать прав других патентовладельцев. Реализация указанной возможности может включать запрет на ис­пользование соответствующих объектов иными лицами.

При решении вопроса об использовании изобретения или иного охраняемого патентом объекта несколькими лицами, которым принадлежит патент, должно быть достигнуто соглашение между ними, а если этого сделать не удалось, то каждый вправе использо­вать объект по своему усмотрению, однако без согласия остальных он не может предоставить кому бы то ни было лицензию или усту­пить патент, т. е. такое исключительное право может быть осущест-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 187

влено самим патентовладельцем, однако без согласия других он не может распорядиться этим правом.

Запатентованный объект признается использованным в изде­лии или примененным в технологии, если использован каждый признак изобретения или полезной модели.

Возможные нарушения исключительного права патентовла­дельца названы в Патентном законе. К их числу отнесены несанк­ционированное изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хра­нение с этой целью продукта, содержащего запатентованное изобре­тение, полезную модель, промышленный образец, а также примене­ние способа, охраняемого патентом или введение в хозяйственный оборот или хранение с такой целью продукта, изготовленного спосо­бом, охраняемым патентом.

В случае сомнений, каким способом изготовлен данный про­дукт, действует презумпция, что он изготовлен именно запатенто­ванным способом Такая презумпция действует, пока не доказано обратное.

Патентовладелец может передать все свои исключительные права, т. е. уступить полученный патент любому физическому или юридическому лицу. В коммерческой практике нередко в результате таких передач патентовладельцем оказывается не сам автор изобре­тения, а коммерческая организация или индивидуальный предпри­ниматель, приобретший патент у автора изобретения. Важно под­черкнуть, что договоры об уступке патента подлежат обязательной государственной регистрации и без нее недействительны. По право­вой природе такие договоры – это договоры купли-продажи, по­скольку в соответствии со ст. 454 ГК предметом купли-продажи мо­гут быть не только вещи, но и имущественные права. Именно такого рода права и переходят при заключении договоров об уступке патен­та одним лицом другому.

Характерным для коммерческого оборота является также ли­цензионный договор, в силу которого любое лицо, не являющееся патентообладателем, вправе использовать изобретение, полезную модель или промышленный образец, защищенный патентом, в соот­ветствии с разрешением патентовладельца. По такому договору па­тентовладелец – лицензиар предоставляет лицензиату право ис­пользовать запатентованный объект в объеме, указанном в договоре, а лицензиат обязуется вносить в пользу лицензиара указанные в до­говоре платежи, использовать объект только в указанных в лицензи­онном договоре рамках и осуществлять все иные действия, указан­ные в договоре.

Лицензионный договор, так же как и договор об уступке патен­та, подлежит обязательной государственной регистрации, которая является условием действительности этого соглашения.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 188

Патентный закон предусматривает и так называемую открытую лицензию, которая означает предоставление патентовладельцем возможности использовать его изобретение всем желающим с усло­вием внесения в его пользу соответствующих платежей. Лица, ис­пользующие объект, на который есть открытая лицензия, обязаны заключить с патентовладельцем договор о платежах

Наконец, Правительство РФ вправе разрешить использование объекта промышленной собственности и без согласия патентовла­дельца, если основанием для такого решения являются интересы национальной безопасности. В этом случае выплачивается сораз­мерная компенсация, сумма которой определяется Высшей патент­ной палатой.


[1] Ведомости РФ. 1992. № 42. ст. 2322.

 

Глава V. ДОГОВОР. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

§ 1. Понятие договора в сфере предпринимательства

Договор в сфере предпринимательства (торговая сделка) по своей юридической природе является особой разновидностью гражданско-правового договора (общегражданской сделки). Поэтому его понятие основывается на том определении договора, которое за­креплено в Гражданском кодексе Российской Федерации. В соот­ветствии с ним «договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей» (п. 1 ст. 420 ГК).

Договор в сфере предпринимательства (торговая сделка) – это соглашение между сторонами, являющимися субъектами предприни­мательской деятельности, или с участием стороны-предпринимателя об установлении, изменении или прекращении прав и обязанностей, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Иными словами, договор в сфере предпринимательства – это гражданско-правовой договор, сторонами которого (или одной из сторон) являются предприниматели, заключаемый в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности.

Как гражданско-правовой договор, договор в сфере предприни­мательства подчиняется общим принципам гражданско-правового регулирования. Вместе с тем очевидно, что договор в любой сфере об­щественных отношений обладает специфическими особенностями, поскольку, выступая правовой формой этих отношений, он не может не нести на себе их печать. Характер опосредуемых отношений сказы­вается и на самом договоре (его субъектах, предмете, порядке заклю­чения, содержании). Отношения, связанные с осуществлением пред­принимательской деятельности, обусловливают соответствующую правовую форму – договор в сфере предпринимательства.

При определении понятия торговой сделки используются два различных критерия такой сделки – объективный и субъективный. Объективно-торговой является сделка, которой закон придает тор­говый характер независимо от того, кем она совершается. Субъек­тивно-торговой является сделка, осуществляемая предпринимателем (коммерсантом) или с его участием в коммерческих целях.

Признание правового статуса предпринимателя – важный юридический факт. Все заключаемые предпринимателем сделки презюмируются связанными с функционированием его предприятия

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 190

и имеющими торговый характер со всеми вытекающими из этого факта юридическими последствиями. Особое значение это правило имеет в странах, законодательство которых не содержит самого пе­речня торговых сделок, в частности в России.

Исторически российское торговое законодательство не содер­жало ни системы, ни даже перечисления торговых сделок. Вместе с тем с целью определения области применения специальных торго­вых законов в процессуальных вопросах – определение круга дел, подведомственных коммерческим судам, и финансовых – обложе­ние товара в его обращении от производителя к потребителю, рос­сийское право исходило из субъективного признака торговой сдел­ки, т. е. относило к торговым все сделки, «заключенные лицом, под­лежащим внесению в торговый реестр, и относящиеся к его торго­вому предприятию», торговому промыслу[1].

В частности, для решения вопроса о том, какие внебиржевые сделки должны признаваться торговыми и, следовательно, регистри­роваться, Народный Комиссариат СССР разъяснил в своей ин­струкции, что «сделка считается торговой в том случае, если хотя бы одна из заключивших ее сторон занимается торговлей или производ­ственной деятельностью в виде промысла»[2].

Наркомфин РСФСР признавал, что «покупка промышленными предприятиями материалов в целях переработки их в изделия для продажи последних или передачи этих изделий для дальнейшей пе­реработки в тех же целях в других промышленных предприятиях со­ставляет предмет торговой сделки». Покупка же промышленными предприятиями материалов в целях употребления для надобностей предприятия составляет предмет неторговой сделки[3].

Современное российское коммерческое законодательство так­же исходит из субъективного критерия торговой сделки, т. е. призна­ет, что торговыми являются сделки, совершаемые предпринимате­лями или с их участием в процессе осуществления ими предприни­мательской деятельности[4].

Предпринимательская деятельность обусловливает признаки торговой сделки. К числу таких признаков относится особый субъ­ектный состав участников торговой сделки. Сторонами или одной из сторон торговой сделки являются зарегистрированные в устано­вленном законом порядке индивидуальные предприниматели, ком­мерческие юридические лица различных организационно-правовых

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 191

форм, а также некоммерческие юридические лица в пределах осу­ществления ими предпринимательской деятельности.

Одна и та же сделка может быть торговой (когда обе стороны договора являются предпринимателями), неторговой (когда обе сто­роны договора не предприниматели), а также торговой для одного лица-предпринимателя и неторговой (бытовой) для другого лица-непредпринимателя. В отношении предпринимателя, преследую­щего коммерческие цели, применяются правила коммерческого за­конодательства, а в отношении обычного частного лица – обще­гражданского законодательства[5].

В зависимости от субъектного состава участников договора ГК называет предпринимательскими такие договоры, сторонами кото­рых являются предприниматели. К ним относятся, например, по­ставка, контрактация, поставка для государственных нужд, договор простого товарищества.

К предпринимательским договорам относятся и договоры, в которых одной из сторон в силу закона может быть только предпри­ниматель. К таким договорам ГК относит, в частности, розничную куплю-продажу, энергоснабжение, прокат, бытовой подряд, договор доверительного управления имуществом, кредитный договор, дого­вор банковского вклада и банковского счета.

Вторым отличительным признаком торговых сделок является цель, которой служат торговые сделки. Сделка становится торговой потому, что она совершается для торговли[6], т. е. в коммерческих це­лях.

Заключая договор в сфере предпринимательства, предпринима­тель стремится к определенной цели – получению прибыли. Полу­чение прибыли, расчет на прибыль (спекуляция) является побуди­тельной причиной для ведения всей вообще предпринимательской деятельности. Поэтому торговыми сделками признаются, прежде всего, сделки, совершаемые между предпринимателями или с их участием с целью осуществления ими предпринимательской дея­тельности. К таким сделкам относятся, в частности, продажа пред­приятия, аренда предприятий, финансовая аренда (лизинг), ком­мерческая концессия. Предприниматели не названы ГК сторонами этих сделок. Однако, исходя из целей совершения, следует сделать вывод, что их сторонами или одной из сторон являются предприни­матели.

Коммерческий характер торговых сделок предполагает их возмездный характер. Презумпция возмездности договора закреплена ГК, в соответствии с которым договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа до­говора не вытекает иное (п. 3 ст. 423). Если предприниматель совер-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 192

шает безвозмездную сделку (например, дарение), такая сделка не яв­ляется торговой, поскольку она не преследует извлечение прибыли.

Споры, возникающие между субъектами предпринимательской деятельности о разногласиях по договору, обязательное заключение которого предусмотрено законом или передача разногласий по кото­рому на разрешение арбитражного суда согласована сторонами; об изменении условий договора или о его расторжении; о неисполне­нии или ненадлежащем исполнении обязательств, являются эконо­мическими спорами, которые разрешаются арбитражным судом в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом РФ.

Отмеченные признаки договора в сфере предпринимательства: особый субъектный состав, расчет на прибыль при осуществлении предпринимательской деятельности, возмездность – должны рас­сматриваться в целостности и во взаимосвязи.

Например, если гражданин-предприниматель приобретает ав­томобиль для личного пользования, то тем самым он совершает гражданско-правовой договор розничной купли-продажи, где он вы­ступает как частное лицо, а договор опосредует имущественные от­ношения «житейского» (бытового) характера. Когда же он покупает автомобиль с целью перепродажи, то его отношения с покупателем могут оформляться либо договором розничной купли-продажи, либо договором поставки, в которых он как продавец осуществляет пред­принимательскую деятельность, поэтому для него такая сделка будет являться торговой со всеми вытекающими последствиями.


[1] Нефедьев Е.А. Учебник торгового права. В 2-х т. М., 1904. С. 20; Шершеневич Г.Ф. Учебник торгового права. М., 1994 (по изданию 1914 г.) С. 48; Гордон В.М. Система советского торгового права. Харьков, 1924. С. 84.

[2] Инструкция НКТорга СССР от 17 марта 1926 г. // Советская торговля. 1928. № 22.

[3] Устав о гербовом сборе 17 августа 1923 г. О торговых сделках. Циркуляр Налогового Управления НКФ РСФСР от 8 января 1924 г. // Вестник финансов 1924. № 4.

[4] Попондопуло В.Ф. Правовой режим предпринимательства. СПб., 1994. С. 151.

[5] Попондопуло В.Ф. Правовой режим предпринимательства. С 152.

[6] Шершеневич Г.Ф. Учебник торгового права. С. 49.

§ 2. Заключение, изменение и расторжение договоров

Принципы заключения договоров в сфере предпринимательства. Признание за сделкой торгового характера подчиняет ее не только общим нормам гражданского права, но и в первую очередь специ­альным нормам коммерческого права.

К заключению и исполнению торговых сделок применяются специальные нормы коммерческого права, не действующие в отно­шении обычных гражданских сделок. Особенности регулирования содержания сделок нормами коммерческого права проявляются, с одной стороны, в упрощении формы и порядка их заключения сто­ронами, а с другой стороны, в усилении защиты интересов участни­ков торговой сделки и в предъявлении к содержанию самой торговой сделки особых требований.

При заключении договоров в сфере предпринимательства должны соблюдаться определенные условия, закрепленные ГК. При этом имеются в виду не условия договора, а основополагающие на­чала, принципы, которые лежат в основе заключения общеграждан­ских договоров вообще, и торговых сделок в частности.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 193

Первый принцип – это свобода договора. Свобода договора означает, что субъекты предпринимательской деятельности сво­бодны в заключении договора. Для такого договора не имеет значе­ния, от кого исходит инициатива заключить договор. Сторона дого­вора самостоятельно находит своего контрагента, используя в этих целях рекламу, коммерческие предложения, коммерческое предста­вительство и другие возможные формы поиска партнера, убеждается в его надежности, платежеспособности, выясняет его правовой ста­тус и решает, иметь с ним дело или не иметь.

Свобода договора означает, что какое-либо понуждение к за­ключению договора не допускается, кроме случаев, предусмотрен­ных ГК, законами или добровольно принятым обязательством. До­говор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем суще­ственным условиям договора. Если стороны не могут прийти к тако­му соглашению, то, по общему правилу, их нельзя понудить заклю­чить между собой договор. Естественно, имеется в виду исключи­тельно легальный способ такого понуждения – через арбитражный суд.

Из общего принципа свободы заключения договора и недопу­стимости понуждения к заключению договора есть исключение, со­стоящее в том, что для одной из сторон заключение договора может быть не правом, а обязанностью, и заключение договора для такой стороны становится обязательным.

Такая обязанность заключить договор должна быть предусмот­рена только ГК или законами РФ, а также добровольно принятым обязательством.

Если сторона, для которой в соответствии с ГК или иными за­конами заключение договора обязательно, уклоняется от его заклю­чения, то другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. Кроме того, сторона, необоснован­но уклоняющаяся от заключения договора, должна возместить дру­гой стороне причиненные этим убытки.

Гражданский кодекс предусматривает следующие случаи, когда заключение договора является для одной из сторон обязанностью.

Во-первых, это так называемый публичный договор, т. е. дого­вор, заключаемый между коммерческим юридическим лицом и по­требителями товаров (работ, услуг), которые выпускает (осуществляет) данная коммерческая организация по характеру своей деятельности в отношении каждого, кто к ней обратится. При наличии возможности предоставить потребителю соответствующие товары, услуги или выполнить для него определенную работу ком­мерческая организация не вправе отказаться от заключения догово­ра. В случае необоснованного уклонения от заключения такого дого­вора потребитель вправе через суд понудить коммерческую органи-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 194

зацию заключить с ним договор, а также требовать возмещения при­чиненных этим убытков.

При разрешении споров по искам потребителей о понуждении коммерческой организации к заключению публичного договора бремя доказывания отсутствия возможности передать потребителю товары, выполнить соответствующие работы, предоставить услуги возложено на коммерческую организацию. Разногласия сторон по отдельным условиям публичного договора могут быть переданы по­требителем на рассмотрение суда, независимо от согласия на это коммерческой организации[1].

Во-вторых, обязанность заключить договор предусмотрена предварительным договором (ст. 429 ГК). Если сторона, заключив­шая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, то другая сторона вправе требовать понуждения к заклю­чению основного договора на условиях, определенных предвари­тельным договором, и возмещения убытков.

В-третьих, если договор заключается на торгах, а предметом торгов является только право на заключение договора, стороны не вправе уклониться от подписания договора. В случае уклонения од­ной из них от заключения договора другая сторона вправе обратить­ся в суд с требованием о понуждении заключить договор, а также о возмещении убытков, причиненных уклонением от его заключения.

В-четвертых, в соответствии с п. 4 ст. 527 ГК, для государствен­ного заказчика заключение государственного контракта с поставщи­ком является обязательным, если заказ на поставку товаров для госу­дарственных нужд размещался по конкурсу, и поставщик объявлен его победителем.

Заключение договора в обязательном порядке предусмотрено рядом российских законов. В частности. Закон Российской Федера­ции от 13 декабря 1994 г. «О поставках продукции для федеральных государственных нужд»[2] предусмотрел, что поставщики, обла­дающие монополией на производство отдельных видов продукции, не вправе отказаться от заключения государственных контрактов в случае, если размещение заказа не влечет за собой убытков от ее производства.

В соответствии с этим же Законом Правительство Российской Федерации может в необходимых случаях вводить для федеральных казенных предприятий режим обязательного заключения государ­ственных контрактов на поставку продукции для федеральных госу­дарственных нужд.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 195

При необоснованном уклонении поставщика от заключения государственного контракта на поставку продукции для федераль­ных государственных нужд в случаях, когда обязательность заключе­ния установлена Законом «О поставках продукции для федеральных государственных нужд», поставщик уплачивает покупателю штраф в размере стоимости продукции, определенной в проекте контракта.

В соответствии с Федеральным Законом от 23 декабря 1994 г. «О государственном материальном резерве»[3], обязанность заключе­ния государственных контрактов (договоров) на поставку матери­альных ценностей в государственный резерв возложена на постав­щиков, занимающих доминирующее положение на товарном рынке, а также на организации-монополисты и организации, в объеме про­изводства которых государственный оборонный заказ превышает 70 процентов.

В случае отказа таких поставщиков от заключения государ­ственных контрактов (договоров) на поставку материальных ценно­стей в государственный резерв или неполучения ответа в течение 20 дней на предложение о заключении контракта (договора) государ­ственный заказчик и его территориальные органы вправе обратиться в арбитражный суд с иском о понуждении указанных поставщиков к заключению государственных контрактов (договоров). При необос­нованном уклонении поставщика от заключения государственного контракта (договора) в обязательном порядке поставщик уплачивает штраф в размере стоимости продукции, определенной в проекте го­сударственного контракта (договора).

Закон «О государственном материальном резерве» устанавли­вает для подрядчика обязательность заключения договора подряда на строительство, реконструкцию и техническое перевооружение объектов системы государственного резерва. При необоснованном уклонении от заключения такого договора подрядчик, помимо по­нуждения к заключению договора, уплачивает штраф в размере го­дового объема капитальных вложений, определенного в договоре, с учетом индексации.

Заключение договоров на поставку и перевозку продукции для агропромышленного комплекса является обязанностью поставщика такой продукции, вытекающей из российского Закона «О приори­тетном обеспечении агропромышленного комплекса материально-техническими ресурсами»[4]. За уклонение от заключения договора на поставку продукции для агропромышленного комплекса этим же За­коном установлена материальная ответственность поставщика (изготовителя).

Обязанность заключить договор может быть предусмотрена добровольно принятым стороной обязательством. Так, в соот-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 196

ветствии со ст. 446 ГК стороны вправе по своему соглашению пере­дать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмот­рение арбитражного суда. При этом условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с реше­нием суда. Из этого правила можно сделать вывод, что сторона обя­залась заключить договор на условиях, которые сформулирует суд.

Свобода договора означает также, что субъекты предприниматель­ской деятельности могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Стороны вправе также заключить смешанный договор, т. е. до­говор, в котором содержатся элементы различных договоров, пред­усмотренных законом или иными правовыми актами. В предприни­мательской практике довольно часто встречается договор арендного подряда, который содержит элементы договора аренды и договора подряда, предусмотренные действующим ГК, и является смешан­ным договором. В этом смысле к отношениям сторон по смешанно­му договору применяются в соответствующих частях правила о дого­ворах, элементы которых содержатся в смешанном договоре (соответственно – правила о договоре подряда и правила о договоре аренды). Важным в смешанном договоре является то, что элементы различных договоров, составляющие смешанный договор, должны быть предусмотрены законом или иными правовыми актами.

Второй принцип заключения договора в сфере предпринима­тельства – это принцип законности договора, закрепленный ГК. Этот принцип означает, что торговая сделка как и любая общеграж­данская сделка действительна, если она соответствует предъявляе­мым к ней требованиям закона или иных правовых актов.

К условиям действительности общегражданской сделки отно­сятся: законность содержания; способность лиц, ее совершающих, к участию в сделке; соответствие воли и волеизъявления; соблюдение формы сделки. Это же относится и к торговым сделкам, но к ним предъявляются и особые требования.

Законность содержания договора в сфере предпринимательства заключается в том, что он должен не только соответствовать обяза­тельным для сторон правилам, установленным законом или иными правовыми актами, но и отвечать особым требованиям, установлен­ным законом или иными правовыми актами для торговых сделок.

Торговая сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, признается ничтожной, если закон не устана­вливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.

К участникам торговой сделки также предъявляются особые требования. Если участники общегражданской сделки должны обла­дать общегражданской правосубъекгностью, то участники торговой сделки – предпринимательской правосубъектностью. Они должны

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 197

быть зарегистрированы в качестве лиц, занимающихся предприни­мательской деятельностью, а в случаях, установленных законом – получить лицензию на право занятия определенным видом пред­принимательской деятельности и соответственно – на совершение связанных с этим торговых сделок. В противном случае торговые сделки признаются недействительными в соответствии со ст. 173 ГК.

Для действительности любой сделки необходимо совпадение воли и волеизъявления. Для торговой сделки требуется, чтобы воля была сформирована и волеизъявление выражено либо уполномочен­ным органом управления юридического лица, либо уполномочен­ным на совершение сделки лицом, например, коммерческим пред­ставителем. Несоответствие между волей и волеизъявлением являет­ся причиной для признания торговой сделки недействительной.

Сделка порождает права и обязанности при условии соблюде­ния ее формы, под которой понимается способ выражения воли вступающими в нее лицами или способ официального засвидетель­ствования. Наряду с общими для всех сделок требованиями о форме, к торговым сделкам в случаях, установленных законом, иными пра­вовыми актами и соглашением сторон, могут предъявляться особые дополнительные требования, которым должна соответствовать фор­ма торговой сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и др.) и предусматриваться последствия несо­блюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотре­ны, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки.

Договор в сфере предпринимательства, как и всякий общеграж­данский договор, должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным теми законами или иными правовыми ак­тами, которые действуют в момент заключения договора. Это озна­чает, что обратная сила закона не допускается, кроме случаев, когда в самом законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Содержание договора в сфере предпринимательства составляют условия, определяющие права и обязанности субъектов предприни­мательской деятельности, связанные с ее осуществлением. Существо торговой сделки заключается в получении прибыли от совершения такой сделки, т. е. в получении платы или иного встречного предо­ставления за исполнение своих обязанностей по сделке. Поэтому торговая сделка всегда возмездная, и при заключении стороны обычно предусматривают оплату ее исполнения.

В случае, когда в договоре нет прямого указания о цене и она не может быть определена исходя из условий договора, оплата должна производиться по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги (п. 3 ст. 424 ГК).

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 198

При этом наличие сравнимых обстоятельств, позволяющих од­нозначно определить, какой ценой необходимо руководствоваться, должно быть доказано заинтересованной стороной. При наличии разногласий по условию о цене или недостижении сторонами соот­ветствующего соглашения договор считается незаключенным[5].

Вместе с тем ГК предусматривает ряд случаев, когда определе­ние цены указанным образом не допускается, в частности, при со­вершении сделок с недвижимостью.

По общему правилу, цена устанавливается соглашением сто­рон. В случаях, предусмотренных законом, применяются цены, ко­торые устанавливаются или регулируются уполномоченными на то государственными органами.

Изменение цены после заключения договора допускается в слу­чаях и на условиях, предусмотренных самим договором, законом ли­бо в установленном законом порядке. Например, Федеральный за­кон «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд» определяет, что «договор считается действующим по тем договорным ценам, кото­рые на момент его заключения были определены по соглашению между поставщиком и потребителем (покупателем), и не может быть в последующем расторгнут одной из сторон на основании несогла­сия с установленной ценой. Определенные в договоре на момент расчета цены на закупаемую и поставляемую продукцию для госу­дарственных нужд индексируются с учетом уровня инфляции».

Условия договора в сфере предпринимательства и порядок их определения. Поскольку в основе заключения общегражданского договора вообще и договора в сфере предпринимательства в част­ности, лежит принцип свободы договора, то общим правилом яв­ляется свобода сторон в определении условий договора. Условия договора формулируются сторонами по их усмотрению.

Вместе с тем действие принципа законности договора предпо­лагает законодательное регулирование договорных отношений сто­рон. В зависимости от обязательности применения правовой нормы, устанавливающей порядок определения условий договора, нормы делятся на императивные и диспозитивные.

При императивном регулировании условия договора определя­ются в соответствии с содержанием соответствующего условия, предписанного законом или иным правовым актом. Договор должен соответствовать тем обязательным для сторон правилам, которые установлены законом или иными правовыми актами. Стороны дого­вора не могут ни изменить это правило, ни заключить между собой соглашение о неприменении этого правила. Такое предписанное за-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 199

коном условие договора будет действовать даже тогда, когда стороны не включат его в договор. Если условие договора противоречит им­перативным нормам, установленным законом или иными правовы­ми актами, оно признается недействительным.

Существование императивных норм, определяющих содержа­ние некоторых торговых сделок, продиктовано необходимостью за­шиты либо публичных интересов, либо прав той стороны в предпри­нимательских отношениях, чьи интересы и права могут быть чаще всего нарушены. В качестве примера защиты публичных интересов можно привести такие публичные договоры, как договор розничной купли-продажи и договор бытового подряда. В частности, права по­купателя в случае продажи ему товара ненадлежащего качества и права заказчика в случае ненадлежащего выполнения или невыпол­нения работы по договору бытового подряда прямо регламентирова­ны ГК РФ и не могут определяться соглашением сторон.

В большинстве случаев императивные правовые нормы, опре­деляющие условия торговых сделок, установлены, как правило, фе­деральными законами. Вместе с тем такие нормы могут определяться и иными правовыми актами, в частности Указами Президента и По­становлениями Правительства РФ. В случаях, предусмотренных за­коном, Правительством Российской Федерации издаются правила (типовые договоры, положения, правила и т. п. ), обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров.

Публичный договор, выделенный ГК, характеризуется следую­щими чертами. Во-первых, в качестве одного из субъектов этого до­говора выступает коммерческая организация. В качестве контраген­та такой организации может оказаться любое физическое или юри­дическое лицо, являющееся, как правило, потребителем товаров, ра­бот, услуг, соответственно производимых или осуществляемых ком­мерческой организацией.

Во-вторых, коммерческие организации, являясь стороной пу­бличного договора, осуществляют определенные виды предприни­мательской деятельности (розничная торговля, перевозка транспор­том общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицин­ское, гостиничное обслуживание и т. п. ) в отношении каждого, кто к ним обратится.

Для коммерческой организации исключается действие прин­ципа свободы договора: она не может по своему усмотрению ни вы­бирать партнера, ни решать вопрос о заключении договора.

В случае необоснованного уклонения коммерческой организа­ции от заключения договора с контрагентом (потребителем) такой договор может быть заключен в принудительном порядке через суд. Кроме того, потребитель вправе потребовать взыскания убытков, вызванных уклонением от заключения.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 200

В-третьих, предметом публичного договора выступают обязан­ности по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг, которые коммерческая организация по характеру своей деятельности должна осуществлять в отношении каждого, кто к ней обратится.

Коммерческая организация не вправе оказывать предпочтение кому-либо из обратившихся к ней в отношении заключения догово­ра потребителей. Исключения из этого правила могут предусматри­ваться только законом или иными правовыми актами.

Цена товаров, работ, услуг, иные условия публичного договора устанавливаются одинаковыми для всех потребителей. Льготы для отдельных категорий потребителей могут устанавливаться только за­конами или иными правовыми актами.

Соглашение между коммерческой организацией, которая по ха­рактеру своей предпринимательской деятельности выполняет обя­занности по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг в отношении каждого, кто к ней обратится, и каждым и любым потребителем таких товаров (работ, услуг), называется публичным договором.

Вместе с тем публичный договор не является особым типом гражданско-правового договора. Понятие «публичный договор» ис­пользуется как обобщенное понятие, характеризующее особенности определения условий договоров между определенными коммерче­скими организациями и массовым потребителем.

Необходимость защиты прав и законных интересов потребите­лей требует оперативного и гибкого регулирования условий таких договоров. Именно для этого Правительство РФ в случаях, устано­вленных законом, издает правила, обязательные для определенных коммерческих организаций и их контрагентов (потребителей, поль­зователей) при заключении и исполнении договоров в определенных сферах предпринимательства: в сфере энергоснабжения, связи, пе­ревозки транспортом общего пользования, в сфере розничной тор­говли и т. д. Такие правила содержат минимум обязательных условий договора в соответствующей сфере[6].

В отличие от императивной диспозитивная норма применяется лишь постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное. Стороны же могут своим соглашением установить условие, от­личное от предусмотренного диспозитивной нормой, либо вообще исключить применение такой нормы. И только тогда, когда такого соглашения сторон не существует, условие договора определяется

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 201

диапозитивной нормой. По сути, вторая часть ГК, регламентирую­щая отдельные виды обязательств, и построена на основе диспозитивного регулирования по принципу «если иное не предусмотрено договором, то действует правило, установленное ГК РФ».

Целесообразность существования довольно большого коли­чества диспозитивных норм, определяющих условия торговых сде­лок, продиктована вовсе не тем, что диспозитивные нормы являются подсказкой для российских предпринимателей со стороны законода­теля в условиях крайне низкого уровня работы по заключению дого­воров[7].

Напротив, в целом все предпринимательское законодательство, хотя и не лишено императивных норм, характеризуется преимуще­ственно диспозитивными правилами, отсутствием детальной регла­ментации договорных отношений, т. е. отражает общедозволитель­ный режим предпринимательской деятельности, оставляя широкий простор для собственного усмотрения предпринимателя.

Общедозволительный режим предпринимательской деятель­ности позволяет субъектам торговой сделки определять ее условия на основе примерных условий. Примерные условия разрабатываются применительно к конкретным видам договоров (например, договор аренды, купли-продажи нежилого помещения и др.) и публикуются в печати, как правило, в форме примерного договора. Однако это может быть и какой-либо иной документ, содержащий примерные условия (Рекомендации, Правила). Например, в Постановлении Правительства РФ № 1445 от 30 декабря 1994 г. «Об утверждении Правил поставки газа потребителям Российской Федерации» запи­сано, что положения раздела VIII Правил, предусматривающего от­ветственность за нарушение Правил поставки газа потребителям РФ, являются примерными условиями на поставку газа, т. е. сторо­ны могут определить условия об ответственности, сославшись на примерные условия раздела VIII Правил, либо могут своим соглаше­нием установить условия, отличные от примерных.

Примерные условия договора должны быть известны сторонам и они могут указать либо общедоступное средство печати, в котором публиковались примерные условия, либо иной способ их распро­странения. Например, постановлением Правительства РФ от 26 сен­тября 1994 г. № 1090 «Об утверждении Правил комиссионной тор­говли непродовольственными товарами» Комитету РФ по торговле с участием заинтересованных федеральных органов исполнительной власти поручено разработать и довести до сведения заинтересован­ных организаций примерную форму договора комиссии, т. е. напра­вить ее во все организации, осуществляющие комиссионную торго-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 202

влю непродовольственными товарами, и опубликовать в средствах печати.

Как показывает опыт других стран, примерные условия догово­ров разрабатываются различными ассоциациями (союзами) товаро­производителей либо потребителей. К сожалению, в России практи­ка разработки таких профессиональных текстов примерных догово­ров не получила широкого распространения.

В договоре стороны предусматривают, что его отдельные усло­вия определяются примерными условиями. При этом предполагает­ся, что сторонам договора примерные условия известны и доступны для ознакомления, если сторона (стороны) не знает содержания этого условия.

Таким образом, при заключении договора в сфере предпринима­тельства стороны должны учесть в договоре прежде всего условия, определенные императивными нормами законов и иных правовых ак­тов. Все условия, содержание которых не предписано императивными нормами, определяются по соглашению сторон. По соглашению сто­рон условия договора определяются примерными условиями. Нако­нец, если соглашение сторон в отношении условия, предусмотренного диспозитивной нормой, отсутствует, условие договора определяется такой нормой.

В случае, если условие договора в сфере предпринимательства не определено сторонами или диспозитивной нормой, оно может быть определено обычаями делового оборота, применимыми к от­ношениям сторон. В качестве обычаев делового оборота к отноше­ниям сторон по договору применяются и примерные условия дого­вора, в случае, когда в договоре не содержится отсылка к примерным условиям. Но при этом примерные условия должны отвечать требо­ваниям обычая делового оборота, под которым законом понимается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области пред­принимательской деятельности правило поведения, не предусмот­ренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе. Пока в сфере предпринимательства применение обычаев делового оборота не получило широкого рас­пространения.


[1] Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбит­ражного Суда РФ № 6/8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с при­менением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Россий­ская газета. 1996. 13 авг.

[2] СЗ РФ. 1994. № 34. ст. 3540.

[3] СЗРФ.1995. № 1.Ст. 3.

[4] Ведомости РСФСР. 1991. № . 26. ст. 878.

[5] Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Ар­битражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 618 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ».

[6] В соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей» Правитель­ством Российской Федерации утвержден, например, ряд правил: Правила продажи отдельных видов продовольственных и непродовольственных товаров. Правила пре­доставления услуг междугородной и международной телефонной связи. Правила продажи гражданам товаров длительного пользования в кредит. Правила бытового обслуживания населения в Российской Федерации, Правила скупки у населения драгоценных металлов, драгоценных камней в изделиях и ломе и др.

[7] Комментарий к ГК РФ/ Под ред. М.И. Брагинского. М., Спарк. 1995. С.

Порядок заключения договоров в сфере предпринимательства – это предусмотренные законом последовательность и способы оформле­ния договорных отношений. Способы – определенного вида дей­ствия, посредством которых достигается взаимосогласованная воля сторон, а последовательность заключения договора выражается в определенных стадиях.

В соответствии с ГК представляется возможным выделить сле­дующие способы заключения договора в сфере предпринимательства:

общий порядок заключения договора, когда стороны не ограничены в свободе заключения договора; заключение договора в обязательном

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 203

порядке; заключение договора путем присоединения (договор присое­динения); заключение договора на торгах.

Как и любой гражданско-правовой договор, договор в сфере предпринимательства считается заключенным, когда между сторона­ми достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, и это соглашение облечено в ту форму, которая требуется для договора данного вида. Но некоторые договоры считаются заключенными лишь с момента государственной регистрации (п. 2 ст. 558, п. 3 ст. 560, ст. 650 ГК и др.) С момента заключения договор вступает в силу и ста­новится обязательным для сторон.

Существенными условиями договора закон называет следую­щие: о предмете договора; условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для дого­воров данного вида; условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Независимо от способа заключения договора порядок его за­ключения состоит в том, что одна сторона направляет другой свое предложение о заключении договора (оферту), а другая сторона, по­лучив оферту, принимает предложение заключить договор. Иными словами, процесс заключения любого договора, в том числе и дого­вора в сфере предпринимательства, состоит из трех этапов: направ­ление одной стороной оферты; рассмотрение другой стороной офер­ты и ее акцепт; получение акцепта стороной, направившей оферту. Вместе с тем на каждом из отмеченных этапов заключение договора в сфере предпринимательства имеет свои особенности.

В предпринимательской деятельности предложению заключить договор (оферте) часто предшествуют реклама и иные предложения, адресованные, в отличие от оферты, не одному или нескольким кон­кретным лицам, а неопределенному кругу лиц.

В соответствии с Законом РФ от 18 июля 1995 г. «О рекламе»[1], реклама – это распространяемая в любой форме, с помощью любых средств информация о физическом или юридическом лице, товарах, идеях и начинаниях (рекламная информация), которая предназна­чена для неопределенного круга лиц и призвана формировать или поддерживать интерес к этим физическому, юридическому лицу, то­варам, идеям и начинаниям и способствовать реализации товаров, идей и начинаний. Закон «О рекламе» не распространяется на объ­явления физических лиц, в том числе в средствах массовой инфор­мации, не связанные с осуществлением предпринимательской дея­тельности.

Предложения, адресованные неопределенному кругу лиц, рас­сматриваются как приглашение делать оферты, если иное прямо не указано в самом предложении.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 204

При заключении договора в сфере предпринимательства значи­тельное место занимает публичная оферта, т. е. содержащее все су­щественные условия договора предложение, из которого усматри­вается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым и каждым, кто к нему обратится.

В соответствии с ГК совершение лицом, получившим оферту (в том числе и отозвавшимся на публичную оферту), действий по вы­полнению указанных в ней условий договора, считается акцептом, если иное прямо не предусмотрено законом, иными правовыми ак­тами или не указано в оферте. Следовательно, отношения между стороной, сделавшей оферту (в том числе и публичную оферту), и стороной, принявшей оферту (в том числе и путем совершения дей­ствий по выполнению условий договора), являются договорными со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями.

Как уже отмечалось, один из признаков действия принципа свободы договора заключается в том, что понуждение к его заключе­нию не допускается, кроме случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК законом или добровольно принятым обя­зательством.

Правила о заключении договора в обязательном порядке, сформулированные в ст. 445 ГК, касаются двух различных ситуаций, ког­да обязанная сторона выступает в роли лица, получившего предло­жение заключить договор, или сама направляет контрагенту предло­жение о его заключении. И в том, и в другом случае правом на обра­щение с иском в суд о разногласиях по отдельным условиям догово­ра, а также о понуждении к его заключению наделяется то лицо, ко­торое вступает в договорные отношения со стороной, обязанной за­ключить договор.

Получив оферту (проект договора), сторона, для которой за­ключение договора обязательно, должна в 30-дневный срок рассмот­реть предложенные условия договора. При этом рассмотрение усло­вий договора и подготовка ответа на предложение заключить договор являются обязанностью, а не правом стороны, получившей оферту, как это происходит при заключении договора в обычном порядке.

Сторона, для которой заключение договора обязательно, долж­на в течение 30 дней со дня получения оферты направить другой сто­роне извещение об акцепте, с момента получения которого другой стороной договор будет считаться заключенным, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях (протокол разно­гласий к проекту договора).

Если оферта исходит от стороны, обязанной заключить дого­вор, и ей в течение 30 дней будет направлен протокол разногласий к проекту договора, она обязана также в течение 30 дней со дня полу-

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 205

чения протокола разногласий известить другую сторону о принятии договора в ее редакции либо об отклонении протокола разногласии.

При отклонении протокола разногласии либо неполучении из­вещения о результатах его рассмотрения в указанный 30-дневный срок сторона, направившая протокол разногласий, вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда.

Сроки, установленные ст. 445 ГК, являются диспозитивными и применяются тогда, когда другие сроки не установлены законом, иными правовыми актами или не согласованы сторонами.

Уклонение от заключение договора может повлечь для стороны, обязанной заключить договор, следующие юридические послед­ствия: во-первых, решение суда о понуждении к заключению дого­вора, которое может быть принято по заявлению другой стороны, направившей оферту, и, во-вторых, обязанность возместить другой стороне убытки, причиненные необоснованным уклонением от за­ключения договора.

Особым способом заключения договора в сфере предпринима­тельства является договор присоединения. Как способ заключения договора, договор присоединения отличается следующими харак­терными чертами.

Во-первых, его условия должны быть определены одной из сто­рон в формулярах или иных стандартных формах. Во-вторых, сторо­ной, разрабатывающей такие формуляры или стандартные формы, является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность в таких сферах, которые либо рассчитаны на массового потребителя, либо связаны с совершением однотипных сделок. В-третьих, такие условия могут быть приняты другой стороной не иначе, как путем присоединения к предложенному договору в целом. Иными слова­ми, дело стороны, присоединяющейся к предложенному договору, – присоединиться к договору в целом (или не присоединяться), не за­являя каких-либо разногласий по его отдельным условиям.

Случаи, когда условия договора могут быть приняты другой стороной не иначе, как путем присоединения к предложенному до­говору в целом, предопределяются либо законодательным регулиро­ванием соответствующих договоров, когда условия, содержащиеся в формулярах или стандартных формах, вытекают из императивных правовых норм, либо рассчитаны на отношения с массовым потре­бителем (гостиничное обслуживание, услуги связи, энергоснабже­ние и т. п. ). Последнее обстоятельство обусловливает связь между договором присоединения как способом заключения договора и пу­бличным договором как способом определения условий договора.

В предпринимательской деятельности договор присоединения имеет широкое распространение в банковской, биржевой сферах, в сфере страхования и некоторых других.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 206

Юридическим последствием признания договора как договора присоединения является наделение присоединившейся стороны правом требовать расторжения или изменения договора по особым основаниям. Они заключаются в том, что присоединившаяся сторо­на вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения, хотя и не противоречит закону и иным пра­вовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответствен­ность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие, явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интере­сов, не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Вместе с тем то же требование о расторжении или изменении договора при наличии указанных оснований, но предъявленное сто­роной, присоединившейся к договору в связи с осуществлением своей предпринимательской деятельности, удовлетворению не под­лежит, если присоединившаяся сторона (предприниматель) знала или должна была знать, на каких условиях она заключает договор.

Тем самым договор присоединения, с одной стороны, ограни­чивает права присоединяющейся стороны-предпринимателя, повы­шая ее риски, а с другой стороны, значительно облегчает процесс за­ключения договора в сфере предпринимательства.

Договор в сфере предпринимательства может быть заключен путем проведения торгов. В принципе путем проведения торгов мо­жет быть заключен любой договор, если только это не противоречит его существу. Не существует и препятствий для продажи в порядке проведения торгов какого-либо имущества, включая недвижимость, ценные бумаги, имущественные права. Кроме того, в случаях, пред­усмотренных в ГК или ином законе, договоры о продаже вещи или имущественного права могут быть заключены только путем проведе­ния торгов.

Организатором торгов выступает собственник вещи или обла­датель имущественного права либо специализированная организа­ция, действующая на основании договора с собственником вещи (обладателем имущественного права) от их имени или от своего имени.

Торги проводятся в форме аукциона или конкурса. На аукционе выигравшим торги признается лицо, предложившее наиболее высо­кую цену, а по конкурсу – лицо, которое по заключению конкурс­ной комиссии предложит лучшие условия. Форма торгов опреде­ляется самим собственником продаваемой вещи или обладателем имущественного права, если иное не установлено законом.

Аукционы и конкурсы могут быть закрытыми и открытыми. В открытом аукционе и открытом конкурсе может участвовать любое

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 207

лицо, а соответственно в закрытом – только лица, специально при­глашенные для этой цели. Вместе с тем аукционы и конкурсы могут быть открытыми по составу участников и закрытыми по форме по­дачи заявок, когда заявки подаются в закрытых конвертах. Такими являются аукционы и конкурсы по продаже акций акционерных об­ществ, созданных в процессе преобразования государственных предприятий. Аукцион и конкурс, в котором участвовал только один участник, признаются несостоявшимися.

Организатор торгов (собственник вещи или обладатель имуще­ственного права либо специализированная организация) должен из­вестить всех предполагаемых участников о проведении торгов не ме­нее чем за 30 дней до их начала. Извещение должно содержать сведе­ния о времени, месте и форме торгов, их предмете и порядке прове­дения, о начальной цене, а также сведения об оформлении участия в торгах и определении лица, выигравшего торги.

Участники торгов должны внести задаток в размере, сроки и порядке, которые указываются в извещении о проведении торгов. Задаток подлежит возврату в двух случаях: во-первых, если торги не состоялись, и, во-вторых, он возвращается лицам, которые участво­вали в торгах, но не выиграли их.

Лицо, выигравшее торги, и организатор торгов подписывают в день проведения аукциона или конкурса протокол о результатах торгов, который имеет силу договора.

При заключении договора в лицом, выигравшим торги, сумма внесенного им задатка засчитывается в счет исполнения обяза­тельств по заключенному договору. Если лицо, выигравшее торги, уклоняется от подписания протокола, то оно утрачивает внесенный им задаток. Если от подписания протокола уклоняется организатор торгов, то он обязан возвратить задаток в двойном размере и возмес­тить лицу, выигравшему торги, убытки, причиненные участием в торгах, в части, превышающей сумму задатка.

Если предметом торгов являлось только право на заключение договора, такой договор должен быть подписан сторонами не позд­нее 20 дней или иного указанного в извещении срока после заверше­ния торгов и оформления протокола. Если одна из сторон уклоняет­ся от заключения договора, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор, а также о возмеще­нии убытков, причиненных уклонением от его заключения.

Торги, проведенные с нарушением правил, установленных за­коном, могут быть признаны судом недействительными по иску за­интересованного лица, что влечет недействительность договора, за­ключенного с лицом, выигравшим торги.

По общему правилу, договор считается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта, т. е. тогда, когда

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 208

между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достиг­нуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Вместе с тем, если в соответствии с законом для заключения договора требуется не только направление оферты и получение ак­цепта, но и передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи самого имущества.

Если договор требует государственной регистрации, то он счи­тается заключенным с момента такой регистрации, если иное не предусмотрено законом. Государственной регистрации подлежат сделки с землей и другим недвижимым имуществом, направленные на возникновение, переход и прекращение права собственности и других вещных прав на недвижимое имущество, а также иных прав в случаях, предусмотренных ГК РФ и другими законами, в частности, законом о регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Немаловажное значение имеет форма договора – внешнее вы­ражение взаимосогласованного волеизъявления сторон, объективно доступное для восприятия.

Договор может быть заключен в любой форме, предусмотрен­ной для совершения сделок, за исключением тех случаев, когда за­коном установлена определенная форма для договоров данного вида.

Торговые сделки между предпринимателями и между предпри­нимателем, с одной стороны, и непредпринимателями, с другой сто­роны, должны совершаться в простой письменной форме, а в случа­ях, указанных в законе или предусмотренных соглашением сторон, быть нотариально удостоверены. Торговая сделка не может быть со­вершена устно.

Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, которая законом и не требуется для договоров данного вида, договор считается заключенным после придания ему условленной формы.

Письменная форма торговой сделки заключается в том, что стороны составляют один документ – договор, выражающий содер­жание сделки и подписанный лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Кроме составления одного документа, торговая сделка может совершаться путем обмена документами (письмами, телеграммами, телефонограммами и т. п. ) посредством почтовой, телеграфной, те­летайпной, телефонной, электронной и иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по догово­ру, т. е. подписан той стороной, которая их посылает. В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами и соглашени­ем сторон, к форме торговой сделки могут предъявляться дополни­тельные требования: совершение на бланке определенной формы

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 209

 (например, бланк с фирменным наименованием юридического ли­ца), скрепление печатью и др.

Несоблюдение простой письменной формы торговой сделки влечет ее недействительность в случаях, прямо указанных в законе (например, несоблюдение простой письменной формы внешнеэко­номической сделки влечет ее недействительность) или в соглашении сторон.

Несоблюдение нотариальной формы торговой сделки, а также несоблюдение требования о ее государственной регистрации в слу­чаях, установленных законом, влекут недействительность сделки. Такая сделка считается ничтожной.

Изменение и расторжение договоров в сфере предприниматель­ства. По общему правилу, изменение и расторжение договора в сфе­ре предпринимательства возможны по соглашению сторон. Однако ГК, другими законами или самим договором может быть предусмот­рено иное. К примеру, в соответствии со ст. 430 ГК, с момента вы­ражения третьим лицом должнику намерения воспользоваться сво­им правом по договору стороны не могут расторгать или изменять а заключенный ими договор в пользу третьего лица без его согласия, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в случаях, предусмотренных Ц ГК, другими федеральными законами или договором (п. 2 ст. 450 ГК).

Существенным нарушением договора является такое наруше­ние, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в зна­чительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. Нарушение договора в качестве суще­ственного должно быть определено законом.

Односторонний отказ от исполнения договора полностью или частично допускается тогда, когда это предусмотрено законом. Од­нако односторонний отказ от исполнения договора, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, допускается и тогда, когда это предусмотрено не только законом, но и договором, если иное не вытекает из закона или существа обяза­тельства.

В случае одностороннего отказа от исполнения договор счита­ется соответственно расторгнутым или измененным.

Изменения условий договора оформляются дополнительным соглашением в той же форме, в какой был заключен и сам договор. Однако, законом, иными правовыми актами, договором или обыча­ями делового оборота могут предусматриваться иные требования к форме соглашения об изменении и расторжении договора.

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 210

Изменение и расторжение договора по решению суда возможно при соблюдении особого порядка урегулирования спора непосред­ственно между сторонами договора. Суть его состоит в том, что сто­рона, желающая внести изменения в договор или расторгнуть дого­вор, направляет свои предложения другой стороне по договору. В случае получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор или в случае неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом или догово­ром, а при его отсутствии – в тридцатидневный срок, заинтересо­ванная сторона вправе предъявить иск в суд.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 618 от 1 июля 1996 г. отмечено, что «спор об изменении или расторжении договора может быть рас­смотрен судом по существу только в случае представления истцом доказательств, подтверждающих принятие им мер по урегулирова­нию спора с ответчиком, предусмотренных п. 2 ст. 452 ГК».

Изменение и расторжение договора влечет определенные пра­вовые последствия, касающиеся содержания договора. При растор­жении договора обязательства сторон прекращаются, а при измене­нии договора – сохраняются в измененном виде.

По общему правилу, стороны договора не вправе требовать воз­вращения того, что было исполнено ими по обязательству до момен­та расторжения или изменения договора. Однако законом или со­глашением сторон может быть установлено иное правило, в соот­ветствии с которым сторона возвращает полученное по договору другой стороне.

Кроме того, если основанием для изменения или расторжения договора являлось существенное нарушение договора одной из сто­рон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причи­ненных изменением или расторжением договора.

Основанием для изменения и расторжения договора в сфере предпринимательства является существенное изменение обстоя­тельств, из которых стороны исходили при заключении договора, ес­ли иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы за­ключен на значительно отличающихся условиях (ст. 451 ГК).

Если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут по решению суда по требованию заинтересованной стороны при наличии одновре­менно ряда условий, определенных п. 2 ст. 451 ГК. При расторжении договора вследствие существенно изменившихся обстоятельств по

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 211

решению суда между сторонами распределяются расходы, понесен­ные ими в связи с исполнением этого договора.

Изменение договора в связи с существенным изменением об­стоятельств допускается по решению суда по требованию заинтере­сованной стороны также при наличии одновременно условий, опре­деленных п. 2 ст. 451 ГК, но только в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, не­обходимые для исполнения договора на измененных судом условиях.


[1] СЗ РФ. 1995. № 30. ст. 2864.

§ 3. Исполнение обязательств

Принципы исполнения обязательств. Особенности правовой рег­ламентации отношений, связанных с осуществлением предпринима­тельской деятельности, отражены в нормах, посвященных обязатель­ственному праву и, в частности, исполнению обязательств. Граждан­ский кодекс Российской Федерации закрепляет единственный прин­цип исполнения обязательств – надлежащее исполнение. Его суть со­стоит в том, что обязательства должны исполняться в соответствии с его условиями и требованиями закона, иных правовых актов, а при от­сутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями (ст. 309 ГК). Обычаи делового оборота приобретают все большее зна­чение в сфере предпринимательства, особенно во внешнеторговых сделках.

По поводу принципов исполнения обязательств в литературе высказаны и иные суждения. Некоторые авторы полагают, что дей­ствующее гражданское законодательство предусматривает наряду с принципом надлежащего также и принцип реального исполнения обязательств[1]. Действительно, ГК содержит правила о реальном ис­полнении (исполнении в натуре), причем прямо противоположные для двух различных ситуаций. В соответствии с п. 1 ст. 396 ГК при ненадлежащем исполнении (например, при передаче продавцом по­купателю товара ненадлежащего качества, при недопоставке по­ставщиком товаров в соответствующий период поставки и т. п. ) должник, уплативший неустойку и возместивший убытки, не осво­бождается от исполнения в натуре, если иное не предусмотрено за­коном или договором. Например, при неисполнении обязательства, т. е. при полном отсутствии совершения должником каких-либо дей­ствий на дату исполнения, должник, возместивший кредитору убыт­ки, вправе не исполнять обязательство в натуре. Охарактеризованное

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 212

правило (п. 2 ст. 396 ГК) также носит диспозитивный характер. По­этому нельзя теперь утверждать, что наше гражданское право в принципе не допускает замены исполнения в натуре денежной ком­пенсацией убытков. Сказанное не опровергается и наличием диспозитивных норм, содержащих специальные меры по обеспечению ре­ального исполнения (ст. 397, 398 ГК), ибо эти меры не носят всеобъ­емлющего характера и применяются лишь в строго очерченных пре­делах. Так, при неисполнении должником обязанности изготовить и передать вещь в собственность либо в пользование или оказать услугу, выполнить работу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами и потребовать от должника возмеще­ния понесенных необходимых расходов и других убытков. Приве­денная норма применяется лишь в случаях, когда иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязатель­ства. Норма ст. 398 содержит правила, призванные стимулировать исполнение обязательства по передаче индивидуально определенной вещи. Однако и в этом случае вместо требования передать ему вещь, являющуюся предметом обязательства, кредитор вправе потребовать возмещения убытков.

В целях обеспечения устойчивости гражданского оборота зако­нодательство закрепляет нормы, направленные на сохранение ста­бильности обязательственных правоотношений. В то же время закон позволяет в сфере предпринимательства максимально учитывать бы­стро меняющуюся обстановку, и поэтому вводит правила, но редко, дающие сторонам возможность в договоре решать вопрос о стабиль­ности обязательства так, как это в наибольшей степени отвечает их интересам.

В соответствии со ст. 310 ГК односторонний отказ от исполне­ния обязательства и одностороннее изменение его условий не допус­каются (за исключением случаев, предусмотренных законом). Одна­ко в этой же статье формулируются существенно иные правила для субъектов, действующих в сфере предпринимательства. Так, если обязательство установлено между сторонами в связи с осуществле­нием ими предпринимательской деятельности, то односторонний отказ от обязательства и изменение его условий допускаются также в случаях, предусмотренных договором. Из сказанного следует, что обязательство, возникшее из договора, участниками которого явля­ются только граждане – непредприниматели, по общему правилу, нельзя в одностороннем порядке изменить либо от него отказаться. Подобное имеет место и при условии, что сторона-предприниматель связана обязательством с гражданином или юридическим лицом, не осуществляющим предпринимательскую деятельность. Например, банк, заключивший договор о банковском вкладе с гражданином, не вправе в одностороннем порядке изменять размер процентов по

Коммерческое право. Ч. I. Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. – СПб., С.-Петербургский университет, 1997. С. 213

вкладу. Однако, если закон для определенных обязательств предо­ставляет право одностороннего отказа, то действуют нормы этого за­кона. Так, в соответствии с п. 2 ст. 977 ГК в отношениях между граж­данами доверитель вправе отменить поручение, а поверенный